Дом призрака

– Ну и как вы сами-то думаете – кто это мог быть? Кому понадобилось передавать вам такие материалы? И главное – зачем? Неужели кто-то до такой степени заботился о вашей журналистской карьере, что решил состряпать такую дезинформацию?
– Ну, во-первых, я не думал, что это дезинформация. Думал, что это настоящие вырезки из дореволюционной газеты.
– А во-вторых?
– Кому была выгодна такая публикация?
– Вот именно – кому?
– Я могу сказать, кому такая статья была невыгодна. Владельцу Дома призрака. Потому что после этой статьи стоимость дома на рынке недвижимости резко понизилась. Сами посудите – кому захочется жить в доме, где жителей с завидным постоянством убивают, да еще при таких загадочных обстоятельствах!
– Ну… вероятно, вы правы… – промямлил Михаил, – то есть постойте… вы хотите сказать, что тут замешано риелторское агентство?
– Да ничего я не хочу сказать! – с досадой махнула рукой Надежда. – Я надеялась, что вы мне что-то полезное скажете! А от вас толку, как от козла молока!
– За козла, между прочим, и ответить можно, – окончательно обиделся Михаил и ушел не прощаясь.
Надежда же подумала немного и направилась в бильярдную «Мартиника». Что она надеялась там найти, она и сама не знала.
К счастью, бильярдная оказалась недалеко от редакции, в полуподвальном помещении серого каменного здания дореволюционной постройки, каких в Выборге большинство.
Бильярдная представляла собой длинное помещение со сводчатым потолком и небольшими окнами. Возле входа стояло чучело медведя, слегка поеденное молью. Надежда помнила, что в прежние времена такие чучела часто попадались в магазинах, торгующих изделиями из меха, но в последнее время они стали редкостью. Медведь стоял на тяжелой подставке с важным видом, как будто это он – здешний хозяин. Большая часть помещения была полутемной, только над бильярдными столами висели яркие светильники, освещавшие зеленое сукно и катающиеся по нему шары. За тремя столами шла игра, еще три стола по причине дневного времени пустовали.
Слева от входа находилась стойка бара, за которой бармен, он же, по-видимому, администратор, занимался традиционным для бармена занятием – перетирал полотенцем чистые бокалы, добиваясь от них ослепительного блеска. Это был коренастый человек средних лет, красное обветренное лицо и шкиперская бородка которого выдавали бывшего моряка.
За спиной бармена красовалась шеренга разноцветных бутылок, отражаясь в огромном зеркале. В этом же зеркале отражалось все помещение – полутемный сводчатый подвал, бильярдные столы, перемещающиеся вокруг них игроки.
Надежда подошла к стойке бара.
– Чем могу помочь, дама? – осведомился бармен, отставив бокал и окинув Надежду изучающим взглядом. По-видимому, она не была похожа на обычную посетительницу заведения.
– Можете! – оживленно проговорила Надежда. – Очень даже можете! Во-первых, чашечку кофе, пожалуйста… без сахара и без сливок! – добавила она, вспомнив о стремлении похудеть.
– Это запросто! – Бармен отвернулся, поколдовал над кофейным автоматом и поставил перед Надеждой дымящуюся чашечку. – Я так понимаю, что это не все?
– Совершенно верно, – Надежда понизила голос. – Дело в том, что я – сотрудница известной петербургской газеты…
– То-то я вижу, лицо незнакомое!
– Так вот, наша газета перепечатала статью вашего выборгского журналиста Михаила Северова о Доме призрака…
– И что? – поторопил ее бармен.
– А то, что я была в тот день ответственным выпускающим, – продолжила Надежда, – а сведения, приведенные в статье, оказались недостоверными. Так что на меня теперь сыплются все шишки…
– Сочувствую, – сухо проговорил бармен, – только не понимаю, чем могу вам помочь. Разве что налить еще кофе.
– Кофе хватит, – остановила его Надежда, – то есть вы его очень хорошо варите, но мне уже достаточно. Я и так на взводе. А помочь вы можете вот чем. Я нашла этого самого Михаила Северова и потребовала, чтобы он предоставил мне свои источники. А он сказал, что материалы для статьи получил у вас… – Бармен собрался возразить, но Надежда остановила его: – Я понимаю, что вы их только передали Северову, но вы хотя бы видели того человека, который их принес. Может быть, вы его знаете? Или хотя бы сумеете описать?
 
Надежда где-то читала, что, когда человек собирается соврать, он перед этим скашивает глаза налево. Так вот теперь, прежде чем заговорить, бармен скосил глаза именно налево. Потом откашлялся, потер переносицу и проговорил:
– Никогда его раньше не видел. Не наш человек, не местный.
– Но как он выглядел?
Бармен снова покосился налево, потом взглянул на что-то или на кого-то за спиной у Надежды и проговорил, растягивая слова и потирая переносицу:
– Маленький такой, худощавый… лет тридцати… волосы светлые… а так – ничего особенного!
И он снова посмотрел на кого-то за спиной Надежды.
Надежда бросила взгляд в зеркало за стойкой. В этом зеркале хорошо был виден весь зал, в частности – игроки за бильярдным столом. Один из этих игроков, крупный, вальяжный мужчина, чем-то напоминающий римского сенатора, отвлекся от игры и стоял, искоса глядя в сторону Надежды.
– Спасибо, вы мне очень помогли! – проговорила Надежда Николаевна с наигранным энтузиазмом.
Она положила на стойку деньги за кофе и направилась к выходу.
Однако у самой двери задержалась и оглянулась на бармена.
Тот смотрел не в ее сторону, а на игроков. Воспользовавшись этим, Надежда юркнула в закуток за чучелом медведя и замерла там, выглядывая в зал. В закутке было жарко, душно и пахло шерстью. От этого запаха в носу у Надежды зачесалось, ей захотелось чихнуть. Однако она героически преодолевала это желание и следила за происходящим в зале.
А происходило там вот что. Игрок, похожий на римского сенатора, положил кий и подошел к стойке. Он о чем-то вполголоса спросил бармена, а тот так же тихо ему ответил. Мужчины еще немного поговорили, «сенатор» положил на стойку деньги и направился к выходу, забыв о своей игре.
Надежда спряталась поглубже за медведя. Мужчина прошел мимо нее, вышел из бильярдной. Надежда выждала полминуты и последовала за ним. Крупная мужская фигура быстро удалялась по улице.
И тут Надежда заметила, что за этой фигурой незаметно следует другая – худощавая женщина с короткими черными волосами… та самая зловещая брюнетка, которая не раз попадалась на ее пути!
– Вот как! – вполголоса проговорила Надежда. – Интересно! И очень опасно…
И в этот самый момент зазвонил телефон Надежды. Она вздрогнула и взглянула на дисплей. Звонила Дина.
Надежда закусила губу, не зная, что выбрать – ответить Дине или следить за подозрительным мужчиной. Она подняла взгляд – но ни мужчины, ни следившей за ним брюнетки не было видно.
То есть вопрос решился сам собой.
– Ну что, ты наконец освободилась? – проворчала Надежда, поднеся трубку к уху.
– Ой, ну ты же знаешь – в этих организациях всегда проторчишь черт знает сколько времени! – вздохнула Дина.
– Ну, хоть все получилось, что хотела?
– Все! Так что теперь мы с тобой пойдем обедать. Я тут знаю такой славный ресторанчик на Крепостной улице…
– Ресторанчик от нас не уйдет, – перебила ее Надежда. – Но сперва, раз уж ты заговорила о Крепостной улице, я хотела бы осмотреть Дом призрака.
– Ну, мы по дороге к ресторану на него и посмотрим. Это же совсем рядом!
– Нет, ты меня не поняла! Я хочу посмотреть на него не только снаружи, но и внутри. В частности, хочу взглянуть на ту самую «запертую комнату»…
– Да зачем это тебе? – удивилась Дина.
– Ну, считай это моим капризом! – уклончиво ответила Надежда. – Ты же знаешь мою страсть к детективным загадкам. Вот хочу взглянуть на эту комнату. Может, мне что-то придет в голову. И пожалуйста, очень тебя прошу, не вспоминай больше про Катьку Ягодкину, слышать уже про нее не могу!
Услышав про страсть к детективным загадкам, Дина вспомнила, что именно благодаря этому хобби Надежды ей удалось вернуть драгоценную табакерку, а вместе с ней – их с Никитой будущее семейное благополучие. Она устыдилась и неуверенно проговорила: