Цветы из огненного рая
Ида нахмурилась. Это наверняка не понравится Петеру Брандманну.
– И вся община собирается ехать? – Кэт снова перевела разговор на Австралию. – Мне показалось, что она разбегается.
И это была правда. На протяжении последних недель многие из жителей Санкт-Паулидорфа покинули Нельсон. Некоторые решили попытать счастья на Северном острове, другие – на равнине Кентербери, еще кто-то отправился в Отаго, где под присмотром Фредерика Таккетта строился новый город Данидин. В нем поселятся глубоко верующие шотландцы, с которыми у старолютеран было много общего. Молодые семьи, такие как Краузе, неплохо устроились в Нельсоне. Найдется ли достаточно людей, чтобы основать новый Рабен-Штейнфельд в Австралии?
– Отец беседует со всеми, – сказала Элсбет. – Господин Брандманн согласен, и, конечно же, фермер Фрисманн. Он очень хочет получить новую землю, ему в Нельсоне совсем не нравится. Наверняка они скоро будут беседовать и с Оттфридом. Отговори его, Ида! Прошу тебя, отговори!
Глава 2
Ида не особенно надеялась на то, что сможет отговорить Оттфрида, если он уже вобьет себе это в голову. Однако ей не пришлось даже пытаться. Оттфрид Брандманн не собирался ехать в Австралию, впрочем, и в Нельсоне тоже не хотел оставаться. Вместо этого он нашел – конечно же, в пабе – иную возможность построить свое счастье. В тот же день, когда приходила Элсбет, он, волнуясь, рассказал Иде о своем плане, прекрасно зная, что Кэт в это время находится на рынке.
– Колонизация, Ида! Покупка и освоение земли для переселенцев. Тут никогда не возникает проблем, на этом всегда зарабатывают деньги, ты только посмотри на Бейтов и Уэйкфилдов…
– Бейт бежал в Австралию, а Уэйкфилд мертв, – напомнила мужу Ида.
– Только один Уэйкфилд, – поправил ее Оттфрид. – Второй же… я понятия не имею, где он, но он наверняка богат. И Бейт тоже. Вряд ли он обрабатывает поля в Австралии. А что получилось у него, то получится и у нас.
Ида подняла брови. Насколько она знала, Бейт, хоть и был пройдохой и крайне неприятным человеком, но получил хорошее образование, владел несколькими языками и ораторским искусством. Оттфрид же закончил только деревенскую школу, а по-английски он по-прежнему говорил с трудом.
– А где ты возьмешь землю, которую потом продашь переселенцам? – поинтересовалась она.
Оттфрид с гордостью улыбнулся:
– У меня есть связи, Ида. Я ведь уже упоминал об этом… А вчера я общался с одним старым добрым приятелем…
Ида вспомнила, что он называл другом и Пэдди, когда они только пришли в Нельсон. Трактирщик же смотрел на этот вопрос иначе. Ведь Оттфрид знал английский ровно настолько, чтобы вести самый поверхностный разговор, но этого явно недостаточно для того, чтобы завязалась дружба.
– Джоуи Гибсон! – продолжал тем временем Оттфрид. – Он работал землемером у Таккетта, но потом ушел. Считает, что с Таккеттом тяжело, он скряга и вообще квакер. С такими трудно.
Ида нахмурилась:
– А я слышала, что квакеры – очень верующие люди, похожие на нас. И… – Она оборвала свою мысль на полуслове: «…Карл отлично сработался с Таккеттом».
– Гибсон говорит, что он мерзавец, – произнес Оттфрид и потупился, когда Ида посмотрела на него с укором. Раньше Брандманн подобных слов не произносил. В церковной общине брань не поощрялась. – Ну, как бы там ни было, – продолжал Оттфрид, – он здесь ориентируется. Я имею в виду Гибсона. Он действительно понимает, что к чему. И он считает, что на равнинах есть свободная земля – столько, что даже представить себе невозможно. И почти нет маори. Им вовсе не нужна эта земля. И живут они, едва сводя концы с концами. Они слишком ленивы для того, чтобы что-то выращивать, как говорит Гибсон. В общем, они готовы продать тебе участок за бутерброд. Пара одеял, да кастрюли, да бутылка виски – и вот у тебя уже есть ферма! А переселенец заплатит за нее три сотни фунтов. Ну, как тебе идея?
Иде это показалось похожим на обман, но злить Оттфрида ей не хотелось.
– А откуда возьмутся деньги на одеяла, кастрюли и виски? – спросила она. – У нас нет ни одного лишнего пенни, Оттфрид, и ты прекрасно об этом знаешь.
Оттфрид просиял, улыбка озарила его красное от волнения лицо.
– Да, но у нас есть другое. Это ведь сделка, тут нужно иногда мыслить шире. У Джоуи Гибсона деньжата водятся. Он может купить столько вещей, чтобы загрузить одну-две повозки. А у меня… у меня есть Кэт.
– Мы все отправимся в Пурау, это на равнине Кентербери. Где-то рядом ловят китов. Там есть одна или две фермы и дом для нас, наверное, там раньше жил Джоуи Гибсон. Оттуда Оттфрид и его друг собираются идти к маори, чтобы торговать с ними. А ты будешь переводить.
Когда Ида рассказывала Кэт о планах Оттфрида, в ее голосе звучали то недоверие, то надежда. Она даже не стала дожидаться, пока подруга разложит свои покупки – целую гору свежих овощей. Наконец-то наступило лето, и фермеры доставили на рынок урожай. Однако приготовлением блюд для паба они успеют заняться потом.
Кэт удивленно подняла брови.
– И что следует понимать под словом «торговать»? – с сарказмом поинтересовалась она. – Они хотят выменивать обширные земли на пару одеял? Или как они себе это представляют?
Ида покраснела. Ей уже было стыдно за Оттфрида и его друга.
– Примерно так, – призналась она. – Мне это тоже не нравится. Но, Кэт, это наш шанс! Мне не придется ехать в Австралию с отцом и другими поселенцами, и ты сможешь остаться с нами!
Кэт покачала головой и принялась разбирать покупки.
– Ида, я не могу поехать с вами или хотя бы остаться здесь. Я с удовольствием отправилась бы в Пурау, если вы действительно будете этим заниматься. Там есть маори, почти все местные племена причисляют себя к нгаи таху. Но я не могу присоединиться к первому попавшемуся племени, если вы будете неподалеку. Ты забываешь о ребенке, Ида. Или ты все же решила рассказать о нем Оттфриду?
Ида закусила губу.
– Ты могла бы солгать, что он от кого-то другого, – пробормотала она.
Кэт сердито сверкнула на нее глазами.
– И чьей же шлюхой я была, а? – злобно спросила она.
Ида понурилась.
– Извини, – сказала она. – Но ведь было бы так чудесно… Мы окажемся далеко от общины. Никто в той местности нас не знает, никто не будет о нас говорить.
– Все быстро изменится, если Оттфрид приедет туда с двумя женщинами! – усмехнулась Кэт. – О таких вещах всегда болтают, даже в самых отдаленных селах.
– Мы представим тебя как служанку… – Ида отчаянно пыталась что-нибудь придумать.
– Тем хуже! – строго сказала Кэт. – Подумай, Ида! У вас даже своего дома нет, не говоря уже о хозяйстве, и вы уже наняли служанку? Вам ведь никто не поверит! И ты не похожа на женщину, которой нужна горничная. Не говоря уже о том, что горничных и домработниц, забеременевших вне брака, добропорядочные христиане не балуют, а выгоняют прочь. По крайней мере, так было принято у Бейтов. Мистер Ханзен постоянно напоминал мне и Мэри об этом, когда у нас выдавался свободный вечер.
– Можно сказать, что ты моя сестра, – рассуждала Ида.
Кэт закрыла лицо ладонью.
– Мы не похожи, – возразила она. – А вот дети будут похожи. Хватит, Ида. Я не смогу остаться с вами, если Оттфрид не узнает о беременности.
– Но если ты пойдешь к маори, а он явится туда вместе с этим Гибсоном, то рано или поздно он все равно увидит ребенка, – напомнила ей Ида.
– Я уйду подальше, не обязательно ведь оставаться в первом же племени, – решительно ответила ей Кэт. – Я просто спрячу младенца, если он вдруг покажется на горизонте. Очнись, Ида, этому Гибсону нужен не Оттфрид, ему нужна я! Или, точнее, ему нужен кто-то, кто поможет ему обмануть маори на их собственном языке. Если я уйду, Оттфрид станет ему неинтересен.
Ида опустила голову.
– И тогда у него снова не будет работы, а я останусь с ним наедине в Пурау, – прошептала она.
Кэт потерла ладонью лоб.