Книга гор: Рыцари сорока островов. Лорд с планеты Земля. Мальчик и тьма.

Они не спорили. И никак не пробовали поймать меня на лжи. Лишь Шоки спросил, да и то без всякой подозрительности, явно из любопытства:
– Ты из какого города, Старший, просящий защиты?
Ни с того ни с сего я соврал:
– Из Москвы.
Москва прокатила. Да и любой другой город прокатил бы, я думаю. Шоки кивнул и заявил:
– Вроде слышал о таком… Ты придешь вечером в Клуб?
Я кивнул, потому что другого ответа от меня явно не ждали. И пошел вслед за Лэном, который уже с минуту делал мне глазами знаки: сваливаем, мол. Но когда мы отошли метров на пять, Шоки еще раз окликнул меня:
– Эй, Старший из чужого города!
Обернувшись, я уставился на него.
– Ты что, собираешься работать с Лэном?
Я вообще еще ничего не собирался и не нашел, что ответить. Шоки добавил:
– Не советую. Он трус. Сгинешь, как Керт. До вечера!
Мы двинулись дальше. Лэн молчал, я тоже не знал, что сказать. Впрочем, впечатлений мне хватало и так, и я почти сразу забыл об этом разговоре – смотрел по сторонам.
Когда я сказал, что город был самый обычный, я, конечно же, не имел в виду наш город. Этот был обычным именно для такого, сказочного мира. Булыжные мостовые, и каменные дома со всякими башенками, похожие на маленькие замки, и несколько самых настоящих замков, правда, вдалеке. Только народа не видно.
– Никого нет, – сам себе сказал я.
– Так поздно уже, пока с ребятами болтали, часы восемь пробили, – торопливо сказал Лэн. – Кто в клубах, кто в соборе, кто по домам разошелся. У нас не любят ходить вечерами.
Только через несколько секунд я допер до смысла его слов.
– Восемь? Вечера?
– Да. Мы встретились утром, потом ты спал, потом пока добрались… Что-то не так?
Лэн очень уж суетился, но я сейчас не обращал на это внимания. Я наконец-то признался себе в том, что понял уже давно. Здесь нет дня. Или он есть, но ничем не отличается от ночи.
А значит, Котенок не сможет вернуть меня домой. Да и хватит ли ему сил облететь мир, раз повсюду тьма?
– Лэн, мне нужен Настоящий свет, – тихо сказал я.
– Да мы почти дошли, – быстро сказал Лэн. – Сейчас включим свет, снимем очки…
Он не знал, что такое Настоящий свет. Его нельзя включить.
– Лэн, Лэн… – пробормотал я. – Ты бы знал, как я влип.
– Мы пришли, – враз изменившимся голосом сказал Лэн. Он подошел к двухэтажному дому с высокой круглой башенкой и открыл выходящую прямо на улицу деревянную дверь. Она была похожа на ту, Потаенную, через которую мы с Солнечным котенком сюда пришли, и мне стало еще тоскливее.
– Дай руку, – сказал Лэн, и я заметил, что у него дрожит голос. – Пусть дверь тебя запомнит… Даже если ты передумал.
Я не понял, но руку дал. Лэн приложил мою ладонь к бронзовой ручке, сверху положил свою ладонь. И тихо сказал:
– Это друг. Он всегда может войти.
– Классные у вас замки, – сказал я, когда мы вошли и закрыли дверь.
– Не у всех, только у нас, Крылатых, – рассеянно сказал Лэн. Хлопнул в ладоши, и в комнате вспыхнули ярким светом белые стеклянные шары. Не электрические – никаких проводов от них не шло, – но все равно здорово. Я снял очки, Лэн стянул свой комбинезон, потом задумчиво посмотрел на меня.
– Слушай, Данька, я бы тебе дал одежду Керта, ты же будешь Старшим, а ему уже не понадобится, но он куда здоровее… Может, пока мою возьмешь?
– Давай, – согласился я, озираясь.
Комната, куда мы вошли прямо с улицы, была огромной, наверное, весь первый этаж занимала, и выглядела очень забавно. Посредине – круглый стол, вокруг несколько мягких кресел – это все нормально. Зато вдоль стен! Словно собрали мебель из самых разных помещений и установили по периметру. Шкафы с книгами и мягкий диван со столиком; ковер с наваленными на него подушками; грубый стол с колбами и ретортами, а над ним, в шкафчике, куча всяких химикатов; часть стены увешана всяким холодным оружием – ножами, мечами, арбалетами и совсем непонятными штуками; какой-то музыкальный инструмент вроде маленького пианино… а, вспомнил, кажется, клавесин; огромный аквариум с яркими рыбками; картины на стене, а под ними – задернутый тканью мольберт…
 
Картины я рассмотреть не успел, ко мне подошел Лэн с одеждой. Мрачноватой такой одеждой: серый костюм, в каких только юные вундеркинды-скрипачи выступают, белая рубашка и светло-синий галстук.
– Шикарная комната, – честно сказал я.
Лэн гордо улыбнулся и протянул мне одежду.
– А другого ничего нет? – неуверенно поинтересовался я.
– Ты же в Клуб идешь. У нас положено так…
– Ясно. Ну, у нас не так строго, – начал я выкручиваться. Но Лэн на это особого внимания не обращал. Он мялся, потом раскрыл рот, но сказал явно не то, что собирался:
– Ванная – там, на втором этаже, где спальни. Можешь выбирать любую комнату, Керта или мою, все равно.
– А твои родители не будут против? – на всякий случай спросил я.
Лэн выпучил глаза:
– Родители? Я же Крылатый и… и тем более папа давно исчез, а мама редко заходит.
– Да, я пошел, – засуетился я, чувствуя, что прокалываюсь, и направился к лестнице, что вела на второй этаж.
– Данька! – окликнул меня Лэн. Резко, словно вдруг собрался с духом.
– Что?
– Я в пару не навязываюсь, не думай. Если хочешь выбрать другого партнера, я помогу. Только Шоки все врал, не думай. Я не трус. И Керта я не бросал.
Что тут можно было сказать? Я в их взаимоотношениях понимал меньше, чем в званиях кувейтской армии. Но Лэн стоял и смотрел на меня с таким видом, словно от моих слов вся его судьба решалась. Не говорить же ему, что никакой я не Старший, тем более – не Крылатый.
– Младший, найди чего-нибудь пожевать, а? – попросил я. И Лэн сразу просиял и кивнул.
Ванную я нашел без труда, хлопнул в ладоши, от чего тут же включился свет, и присвистнул.
Ничего себе. Целый маленький бассейн. И две толстенные трубы с кранами: горячая и холодная вода.
Я включил воду посильнее, разделся, что в моем положении много времени не заняло, и забрался в горячую воду. Класс! Это не бегать в одних трусах по горам, прячась от каких-то непонятных монстров. Как бы выудить из Лэна всю информацию, да еще так, чтобы он ничего не заподозрил?
Блаженствовал я довольно долго, потом понял, что вот-вот засну, вытерся первым попавшимся под руку полотенцем и оделся в «клубный» костюм. Ничего, только в плечах пиджак немного жал и галстук я так и не смог завязать. Спустившись вниз, я обнаружил, что Лэн нарезал целую гору бутербродов с мясом, а посреди стола поставил большую бутыль с каким-то оранжевым соком.
Совсем здорово. Только поесть мне не удалось, потому что Лэн быстро сказал:
– Данька, ты уже опаздываешь в Клуб. Без пяти девять.
Он тоже был в костюме, только белом, и без всякого галстука. Перехватив мой взгляд, Лэн объяснил:
– Я тоже в Клуб, неудобно после вылета не прийти. Что, галстук?
Он забрал у меня эту самую дурацкую часть гардероба, плюхнулся в кресло, накинул галстук на колено и стал завязывать.
– Керт тоже не умел завязывать. Ну, умел, только не любил, меня всегда заставлял.
Это «заставлял» меня неприятно резануло.
– Вы с ним были друзьями?
– Мы? Ну, в общем, да. Мы же партнеры…
Углубляться в расспросы я не стал. Лэн справился с галстуком, помог мне затянуть его на шее, критически осмотрел и кивнул:
– Пойдет. Смешно, конечно, но это потому, что ты для Старшего слишком молодой…
Лэн запнулся и вдруг поднял на меня глаза. Очень серьезно спросил:
– Данька, ты действительно был Старшим?
Отступать было поздно:
– Конечно. А чего ты спрашиваешь?
Лэн расслабился:
– У нас за такой обман убивают. Вот… я испугался.
 
Прелесть. Я вдруг понял, что, несмотря на светящиеся шары и горячую воду, вокруг все-таки средневековье.
– У нас не так строго, – заставил я себя улыбнуться. – Разве что шею намылят.
– Нет, у нас вешают только предателей, – не понял меня Лэн. – Обманщиков убивают мечом. – Он отвел взгляд, поколебался, но все же добавил: – И трусов тоже.