Наследник для бандита (СИ)

— Что там?
— Верхняя одежда, — уклончиво отвечает Миша. Достаёт из чехла мягкую меховую накидку и накидывает мне на плечи.
— Просто поблагодари, — говорит с нажимом, почувствовав мое напряжение.
— Спасибо… — шепчу.
Ночной город мелькает за стёклами автомобиля. Я провожаю глазами яркие билборды с глупой рекламой. Буров всю дорогу продолжает работать. Искоса поглядываю в экран его телефона: чаты, письма, отчеты… Мне становится скучно и я кладу голову ему на плечо.
— Поговори со мной, Миш…
— Что ты хочешь услышать? — легко скользит губами по моим волосам.
— Расскажи мне про Тимура, — выдаю и чувствую, как мужские мышцы каменеют, — Если вы росли вместе, то почему перестали общаться?
— Хмм… — он закрывает не дочитанное электронное письмо и откладывает телефон, — Когда Ярослав служил на контракте, он случайно узнал, что у старшего Зорина есть доля в продаже оружия. Длилось это не долго. Одно дело быть вором, совершенно другое — спонсировать военные действия. Его прижали, лавочку прикрыли.
— Какой кошмар… — прикрывая пальцами губы, мотаю головой, — Это очень страшно, Миш…
— Наши законы гораздо жёстче и понятнее гражданских. Их нельзя обойти, найдя лазейку, поэтому, в целом, если не ввязываться в откровенные беспределы, можно и до годков деда дожить, — хмыкает Миша.
— Это обнадеживает… — я ехидно поджимаю губы и отворачиваюсь к окну. Желание задавать вопросы дальше резко пропадает.
Спустя пять минут машина останавливается в узком переулке. Я вижу в окно красиво подсвеченный боковой фасад церкви. Вопросительно оборачиваюсь на Мишу.
— Равновесие… — ухмыляется он, — Я же обещал показать. Леш, тачку во двор соседний отгони и будь на телефоне.
— Хорошо, — отзывается парень.
Миша помогает мне выйти из машины.
— Пойдём, — Буров тянет меня за руку.
— Прости… — чувствуя в душе что-то совершенно неудобоваримое, я выдёргивают руку, — Перед игрой что? Благословения нужно взять?
— Типо того, — он кивает и хватает меня за локоть, — Машенька, давай сейчас немножко ты утихомиришь свою мораль. А потом я тоже тебя чем-нибудь порадую.
— То есть, — я закипаю, — Ты сейчас тонко намекаешь, что мне нужно молчать и держать своё мнение при себе?
— Именно так. Но совсем молчать необязательно. Поверь мне, что на общем фоне женского контингента ты и так, как бриллиант.
— Да уж… — фыркаю и, подчиняясь Мише, иду следом.
Слава Богу (как бы странно это сейчас не звучало), в основное здание церкви с алтарем мы не заходим. Заворачиваем во двор, где располагаются пристройки, слитые с жилыми домами. Здесь повсюду брошены дорогие автомобили. Рядом с некоторыми стоят нетрезвые представители «золотой молодежи». Мне кажется, что девушки даже выглядят старше меня. Слишком откровенная одежда, слишком дорогая. Рваные жесты и полное отсутствие стеснения… Неожиданно осознаю, что таращусь на пару, которая жарко целуется на капоте Мерседеса. Резко отворачиваюсь и сталкиваюсь взглядом с Мишей.
— Хочешь? — он хитро прищуривается.
— Я? — вопросительно отзываюсь, чувствуя, как заливаюсь краской, — Они просто пьяные.
— Хм… — двусмысленно качает головой Буров.
— Почему мы ближе не подъехали? — шепчу Мише,
— Чтобы не было проблем уехать.
— Ясно… — меня пробирает нервным ознобом, и я веду плечами.
Мы подходим к ничем неприметной серой двери, и Миша открывает ее электронным ключом типо домофонного. Пройдя по короткому коридору, попадаем в просторный холл со стойкой ресепшн. Здесь глухо слышны музыкальные басы, удушливо пахнет восточными запахами и сладким дымом. «Кальянная» — догадываюсь я. Вот почему так много молодёжи.
— У вас заказан столик? — холодно по поднимает на нас глаза от компьютера брюнетка.
— Да, — кивает Миша, кладя на стойку электронный ключ.
— Тогда прошу за мной.
Девушка выходит из-за стойки, проводит пластиковой картой вдоль стены, и я замечаю в нише дверь. Она открывается. Мысленно прикинув планировку, понимаю, что сейчас мы просто перешли из одного подъезда в другой.
— Вам нужно спуститься вниз, — инструктирует нас брюнетка, — И открыть дверь вот этим ключом, — подаёт Мише карту, — Приятного отдыха.
 
— Зачем такие сложности? — спрашиваю тихо и вздрагиваю, когда за нагими спинами захлопывается дверь.
— Это казино в центре города, детка, — хмыкает Буров, — Представь масштабы. Помещение старший Зорин оторвал с руками и ногами у какого-то депутата совершенно случайно. У этого жилого дома с церковью единое бомбоубежище. Они спорили и дрались с властями до усрачки, кто крыс травить будет. Такие жирные были, — он с издевательской улыбкой разводит в стороны руки до размеров мелкой кошки, — Трубы и провода жрали.
— Ужас… — морщусь от чувства брезгливости, — С первого взгляда и не скажешь, — оглядываю слишком хороший ремонт для обычной лестницы.
— Воот! Как в аренду не сдали, все стали довольны.
— Кальянная прикрывает казино?
— Официальная версия такая да, — кивает Миша, — Захотят накрыть — найдут там все, что захотят от колёс и гаша до чего-то потяжелее. И дальше не полезут.
— Тут есть другой выход? — догадываюсь я.
— Именно! — Миша прикладывает ключ к датчику, — А пароли на электронных ключах меняются каждые пол часа. Чтобы ты понимала, даже самые секретные коды доступа, ради которых все подписку о неразглашении подписывают, меняются всего лишь раз в год. В ноль ноль тридцать первого декабря.
Дверь со слабым попискиванием электроники открывается, и теперь до нас начинают доноситься звуки классических мелодий. Едва сделав первый шаг, я шокировано начинаю оглядываться по сторонам.
— Здесь интерьер не хуже большого театра… — говорю, прижимаясь к Мишиному плечу.
— Дороже, — скептично склоняет голову в бок, — Раз в десять.
— Ооо…
В коридоре с игровыми автоматами нам начинают попадаться первые люди.
— Миша, — дергаю его за рукав, — Это же тот актёр…
— Спокойно, — он отцепляет мои пальцы и целует, — Знаменитости здесь тоже бывают. Смотри, сейчас мы с тобой пройдём в первый зал. Рулетка и покер. Ты умеешь играть в покер?
— Нет… — отрицательно качаю головой.
— Тогда можешь присесть за стол рулетки. Там самой нужно делать только ставки. Максимум не важен…
— Нет, спасибо, — чувствуя, что Миша хочет оставить меня одну я напрягаюсь, — Если тебе нужно отойти, то посади меня где-нибудь на диванчик.
— Уверена? — вскидывает брови, — Поброди. Здесь безопасно и интересно. Я найду тебя.
— Уверена! — часто киваю, как китайский болванчик.
— Тогда пойдём в бар.
Мы пересекаем зал рулетки и покера по диагонали. И чем глубже мы проходим в игровую зону, тем тяжелее мне становится дышать от кокофонии запахов сигарет, духов и элитного алкоголя.
— Не смущайся, — Миша целует меня в уголок губ, воспринимая мою заторможенность по-своему. — Ты — прекрасно выглядишь.
— Да, спасибо… — машинально скольжу губами по его щеке в ответ.
И вынужденно признаю, что мне действительно стоит поблагодарить Бурова за то, что не выгляжу белой второй среди всеобщего треска кошельков и блеска бриллиантов.
Женщины выглядит здесь, так дорого, будто восточные жёны, готовые в любой момент к тому, что супруг пожелает с ними развестись. И тогда им придётся уйти из дома в чем есть. Ну… года на четыре вполне нескромной жизни здесь хватит каждой.
— Что будешь пить? — Миша делает жест бармену.
— Сок апельсиновый.
— Машунь, — Буров снисходительно улыбается. — Ну расслабься ты. Давай шампанское?
— Давай, — отзываюсь обречённо.
Миша делает заказ и целует меня в шею сзади.
— Не скучай. Скоро вернусь.
 
— Конечно…
Жду пока Миша скроется из зоны видимости. Отставляю свой бокал с шампанским в сторону и заказываю сок.
— Прошу вас… — передо мной оказывается стакан с трубочкой.
— Спасибо… — отвечаю бармену и разворачиваюсь на стуле лицом к залу.
Здесь людей намного больше, чем в предыдущих.