"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Не сегодня, — продолжила я.
— Но сегодня особый случай, — говорил Сет, — большие проводы.
— Я же не сказала, что мы не можем делать ничего, — отозвалась я. — Просто не так много, как ты хочешь. — Со времен целомудренности нам досталось в наследство несколько приемов, которые в основном состояли в том, чтобы оставлять при себе то, что мы не могли выпустить друг в друга. — Вопрос в том, не создадут ли нам проблем твои гости?
— Нет, если мы не будем шуметь, — сказал Сет. Помолчав немного, он добавил: — Забудь об этом. Мне все равно. Пусть слышат.
Я усмехнулась.
— О, да. Чтобы твоя матушка ворвалась в дверь с бейсбольной битой.
— Не беспокойся, — сказал Сет и поцеловал меня в щеку. — Она не соперница тебе и тому словарю.
  
Глава 6
 
К счастью, ни биты, ни словари в дело пущены не были, и мы с Сетом провели вместе волшебную ночь. Он провожал меня на выходные в хорошем настроении, и, пока мы были вместе, казалось, все может кончиться хорошо. Но как только я осталась одна и началась унылая часть моего путешествия, сомнения вернулись.
Поездка в аэропорт, досмотр, инструктаж по безопасности… Все эти маленькие, само собой разумеющиеся формальности накладывались одна на другую, и я все меньше верила в возможность приезда Сета в Лас-Вегас, по крайней мере в ближайшее время. Оставалось поддерживать связь на расстоянии, но представить, что мы будем совершать такие поездки каждый… черт, я не знала, как часто. Это стало еще одной проблемой. Что на самом деле означает «поддерживать связь на расстоянии»? Встречаться каждую неделю? Месяц? Слишком частые поездки неизбежно вызовут утомление и раздражение. Слишком редкие создадут опасность охлаждения чувств: с глаз долой — из сердца вон.
Такие мысли занимали меня все время до посадки в Лас-Вегасе. Странно, но меня утешали воспоминания о том, что говорил Джером. Если уж мы с Сетом одолели препятствия, которые встают на пути сближения смертного с бессмертным, что в сравнении с этим двухчасовой перелет?
Мы с этим справимся. Должны справиться.
— Вот она!
Раздался знакомый рокочущий голос, пока я ждала багаж. Вздрогнув от испуга, я обернулась и увидела загорелого красавца Луиса, главного демона Лас-Вегаса. Я утонула в его широких объятиях; надо признать, он обнял меня с отменной деликатностью, хоть и обладал медвежьей силой.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я, когда мускулистые руки ослабили хватку. И тут меня осенило: — Ты ведь не за мной приехал? Разве у тебя нет людей, у которых есть люди, которые выполняют такие поручения?
Луис осклабился, сверкнув темными глазами.
— Само собой, но я не мог доверить мелким сошкам встречать моего любимого суккуба.
— Ой, стой, — вскрикнула я. Моя сумка проехала мимо на карусели. Я рванулась к ней, но Луис отстранил меня и легко подхватил мой багаж. Мы пошли на стоянку, а я все пыталась вообразить Джерома в такой роли. Не получалось.
— Ты смеешься, а мне до смерти надоели все здешние суккубы. И большинство прочих адских наймитов тоже, — говорил Луис. — Полный набор разномастных личностей, по-своему одаренных, ординарных и исключительных. Ты, дорогуша, относишься к разряду исключительных.
— Не стоит соблазнять меня новым местом работы, — сказала я, улыбаясь помимо воли. — У меня все равно нет выбора.
— Верно, — согласился Луис. — Но я хочу, чтобы ты была здесь счастлива. Пусть каждый, кто на меня работает, потом рассказывает, какой я обалденный. Вот мое желание. Это повысит мой рейтинг на ежегодной конференции.
— Джером пытается поднять своей победой в боулинг над командой Нанетт.
Луис рассмеялся и подвел меня к небрежно припаркованному за краем стоянки блестящему черному «Ягуару». Он закинул в багажник мою сумку и дошел до того, что открыл для меня дверцу машины. Прежде чем тронуться, Луис заговорщицки склонился ко мне и громко прошептал:
— Если хочешь переодеться, пока мы в машине — самое время.
— Переодеться во что?
Он пожал плечами.
— Ты же в Вегасе. Вживайся в образ. К черту джинсы и шлепанцы. Надень что-нибудь для коктейля, секвинс, платье с корсетом. В общем, смотри на меня.
 
Величественным жестом Луис указал на себя самого, как будто без этого на его эффектный, явно сшитый на заказ в Италии костюм можно было не обратить внимания.
— Но еще нет и полудня, — заметила я.
— Не имеет значения. Я одеваюсь так, как только встаю с постели.
Оглянувшись на стоявшие рядом машины, я быстро переоделась из дорожной одежды в маленькое платье на одной бретельке, которое обтянуло меня, как греческая сорочка. Ткань отливала серебром, когда на нее под определенным углом падал свет. С ней дивно сочетались мои длинные светло-каштановые волосы. Луис одобрительно кивнул.
— Теперь ты готова к «Белладжио».
— «Белладжио»? — удивленно спросила я. — Я думала, меня запихнут в какой-нибудь дешевый мотель милях в десяти от Стрипа. — Я посчитала нелишним сделать макияж поярче.
— Ну, — сказал Луис, выезжая со стоянки, — обычно, когда прибывает новичок, выделенных на прием денег только на это и хватает. Мне удалось выбить кое-какие дополнительные средства, потом я пошуршал в своих карманах, чтобы тебя побаловать.
— Не надо было этого делать, — воскликнула я. — Я могла бы и сама заплатить за комнату. — Говоря это, я прекрасно понимала: если уж мне за долгие годы стало легко получать финансирование, то Луису с его сроком службы сделать это в миллион раз легче. Машина и костюм, вероятно, были приобретены на карманные деньги от его доходов. Он развеял мои сомнения.
— Это ерунда. Кроме того, мою машину тут же угонят, стоит припарковать ее у какого-нибудь малобюджетного стойла.
Датчик в машине показывал, что температура за бортом не сильно отличалась от той, что бывает в декабре в Сиэтле. Разница была в свете.
— О, боже, — воскликнула я, прищурившись глядя в окно. — Я два месяца не видела солнца.
Луис тихо посмеивался.
— Подожди лета, когда температура поднимется до трехзначных чисел. Большинство людишек варятся заживо, но тебе это понравится. Жара и сушь. По ночам не меньше восьмидесяти градусов [277].
Я любила Сиэтл. Даже если бы на горизонте не появился Сет, я могла быть там счастлива долгие годы. Но, должна признаться, единственной неприятностью для меня была погода. В сравнении с крайностями Восточного побережья, климат в Сиэтле мягкий и приятный для проживания. Но это означает — ни то ни се. Не слишком холодно, не слишком жарко. Жара наступала только в середине лета и быстро проходила, мягкость зимы портили дожди и постоянная облачность. К февралю я обычно была готова пачками глотать витамин D. Я выросла на пляжах Средиземноморья, и мне их по-прежнему не хватало.
— Это здорово, — сказала я. — Лучше бы я приехала в более теплое время.
— О, тебе не придется долго ждать, — заверил Луис. — Еще месяц, и температура начнет расти. В марте можешь доставать бикини. — Я подумала, что это явное преувеличение, но на его слова ответила улыбкой.
Мы приближались к великолепному Стрипу. Дома становились все более роскошными и дорогими на вид. На тротуарах и боковых улицах прибавлялось народу. Рекламные щиты предлагали все виды увеселений, какие только можно вообразить. Это было похоже на парк развлечений для взрослых.
— Тебе тут, похоже, неплохо живется, — сказала я.
— Еще бы, — согласился Луис. — Мне повезло. Место отличное, к тому же у меня под началом одна из самых многочисленных в мире групп служителей Ада. Когда я увидел в списке твое имя, то решил: я должен ее заполучить.
От его слов на розовых очках, сквозь которые я таращилась на ослепительные виды, появилась трещинка.
— Когда пришло мое имя?
— Мы ведь постоянно получаем письма о переводах, новых вакансиях и прочем. Когда я прочитал, что тебя переводят из Сиэтла, тут же закинул удочку.