"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
– Нисколько. – Я терпеть не могла этот неотъемлемый атрибут свиданий.
Приходилось редактировать свое прошлое. Лгать. И запоминать собственную ложь.
– Я думаю, прошлое только отягчает настоящее. Предпочитаю смотреть вперед, а не назад.
Я посмотрела на него с любопытством.
– Значит, прошлое у тебя было тяжелое?
– Именно так. Я сражаюсь с ним каждый день. Иногда побеждаю я, иногда оно.
О господи, как он был прав! Со мной творилось то же самое. Но говорить об этом с другим человеком оказалось непривычно. Я не могла понять, как люди ходят по земле с таким невидимым бременем и умудряются скрывать его от других. Мне это давалось с огромным трудом. В худшие моменты моей жизни я заставляла себя делать веселое лицо, улыбаться и кивать. А когда этого казалось недостаточно, убегала, заплатив за побег собственной душой…
Я слегка улыбнулась.
– Вот и хорошо. Я рада, что мы с тобой любим настоящее.
– И я рад. Честно говоря, настоящее мне по душе. И будущее тоже может сложиться неплохо, если мне удастся побороть твою решимость.
– Не надо об этом.
– Ай, брось. Тебе нравятся мои попытки вести себя вызывающе. Они кажутся тебе эротичными.
– Скорее забавными. Если ты любишь вызывать возмущение, то присоединись к моему коллеге Дагу. У вас много общего. Днем он уважаемый заместитель заведующего, а вечером – солист группы, выражающей свое недовольство обществом с помощью музыки.
В глазах Романа появился интерес.
– Они где-нибудь выступают?
– Да. В ближайшую субботу у них будет концерт на пивоварне «Олд гринлейк». Меня и кое-кого из сотрудников пригласили лично.
– Серьезно? Во сколько мы встретимся?
– Я не собиралась брать с собой.
– Да ну? Тогда зачем ты назвала день и место? Лично мне это кажется пассивным приглашением. Намеком на то, что я должен сказать: «Ничего, если я приду?» Тогда ты ответишь «нет проблем», и дело будет сделано. Я просто пропустил несколько фраз.
– Да, ты времени даром не тратишь, – признала я.
– Значит, ничего, если я приду?
Я застонала.
– Роман, мы не можем продолжать встречаться. Сначала это было очень мило, но мы договорились, что свидание предполагается только одно. И уже нарушили договор. Сослуживцы думают, что ты мой бойфренд. – Кейси и Бет недавно сказали мне, что я «заарканила настоящего „красавчика“».
– Правда? – искренне обрадовался он.
– Я не шучу такими вещами. Если говорю, что в данный момент не хочу серьезных отношений, значит, так оно и есть.
Но на самом деле я так не думала. В глубине моей души скрывалось желание разделить одиночество с близким человеком. Желание, с которым я боролась несколько веков. Когда я намеренно вступала в связь с хорошим парнем – даже в период расцвета своей деятельности в качестве суккуба, – то исчезала сразу после секса. В каком-то смысле сейчас мне жилось еще труднее. Я не испытывала чувства вины за то, что крала жизненную энергию у хороших людей, но страдала от одиночества. Никто обо мне не заботился. Конечно, у меня имелись друзья, однако у них была своя жизнь. А тех, кто подходил ко мне слишком близко (вроде Дага), приходилось отталкивать. Ради их же блага.
– Ты не считаешь, что бывают свидания, которые ни к чему не обязывают? Не веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?
– Нет, – решительно ответила я. – Не верю.
– А как же ты общаешься с другими мужчинами? Например, с тем же Дагом? С парнем, который помогает тебе вести уроки танцев? Даже с этим писателем? Ты дружишь с ними, не так ли?
– Ну да, но это совсем другое дело. Меня к ним не влечет…
Я прикусила язык, но сделала это слишком поздно. Лицо Романа разрумянилось от радости и надежды. Он протянул руку и коснулся моей щеки.
Я проглотила комок в горле, взволнованная и даже испуганная его близостью. Пиво и сакэ сделали свое дело, и я поклялась в следующий раз больше не пить. Впрочем, ведь следующего раза все равно не будет… Алкоголь ударил мне в голову, и я уже не могла понять, где кончается инстинкт суккуба и начинается физическое желание. И то и другое было для него опасно.
Но все же… сейчас главным являлось не физическое желание, а он сам. Стремление быть с ним. Разговаривать. Снова чувствовать рядом родного человека. Человека, которому я небезразлична. Человека, который меня понимает. Человека, к которому я могла бы возвращаться после работы. И жить с ним.
– Так в котором часу мы встречаемся? – пробормотал он.
Я покраснела и опустила глаза.
– Концерт начнется поздно…
Его ладонь переместилась с моей щеки на затылок, его пальцы вплелись в волосы и заставили меня поднять лицо.
– Может быть, сходим куда-нибудь до его начала?
– Мы не должны… – Мои слова и движения были такими медленными, словно я плыла в сладком сиропе.
Роман наклонился и поцеловал меня в ухо.
– Я приеду к тебе в семь.
– В семь, – повторила я.
Он поцеловал меня в ухо, потом в щеку и потянулся к моему рту. Его губы оказались совсем рядом с моими, и от этой близости меня бросило в дрожь. Я ощущала исходивший от них жар, казалось, они обладали собственной аурой. Я хотела, чтобы он поцеловал меня, хотела ощутить обжигающее прикосновение его губ и языка. Хотела и боялась одновременно. Но сил предпринять что-то самой у меня уже не было.
– Принести вам что-нибудь еще?
Слегка смущенный голос официанта позволил мне справиться с наваждением. Я заставила себя вспомнить, чем обернется для Романа этот поцелуй. Да, конечно, ничего особенно страшного не случится, но все же… Я высвободилась из его рук и покачала головой.
– Ничего. Только счет.
После этого мы с Романом почти не разговаривали. Он привез меня домой, проводил до дверей, но даже не попытался поцеловать. Только снова приподнял мне подбородок, по-дружески улыбнулся и напомнил, что в субботу заедет за мной в семь часов.
Я легла в постель, изнывая от желания. Алкоголь помог мне уснуть, но утром я снова вспомнила близость его губ, и моя тоска вернулась с новой силой.
– Ничего не могу с собой поделать, – пожаловалась я Обри, слезая с кровати.
До начала смены оставалось еще три часа. Необходимо было выбросить все мысли о Романе и заняться чем-то полезным. Вспомнив об Эрике, я решила нанести ему визит. Судя по всему, версия об охотнике на вампиров потеряла актуальность, но он все же мог предложить что-то еще. Кроме того, Эрик наверняка знал и о падших ангелах.
Поскольку угроза отправить меня в тартарары все еще висела, мне следовало воздержаться от посещения «Аркана лимитед». Однако я почему-то чувствовала себя в безопасности. Насколько я знала, к «жаворонкам» архидемон не относился. Конечно, в отдыхе Джером не нуждался, но привычки смертных были ему не чужды. Сейчас он наверняка спал и не догадывался о том, что я задумала.
Я оделась, позавтракала и поехала в Лейк-сити. На сей раз я без труда нашла магазин. Меня снова привела в уныние его заброшенность и отсутствие посетителей. Тем не менее, в углу маячила какая-то темная фигура, слишком высокая для Эрика. Я испытала удовольствие при мысли о том, что бизнес Эрика налаживается, но оно исчезло, когда человек выпрямился и насмешливо посмотрел на меня.
– Привет, Джорджина.
Я проглотила слюну.
– Привет, Картер.
Глава тринадцатая
Картер взял книгу и стал неторопливо листать ее. На его голове красовалась бейсболка, надетая козырьком назад, а его фланелевая рубашка явно знавала лучшие дни.
– Что ищешь? – спросил он, не поднимая глаз. – Церковную утварь? Или решила освежить в памяти познания в астрологии?
– Вас это не касается, – огрызнулась я.
Я была слишком рассержена, чтобы придумать какой-нибудь другой ответ.
Картер прищурился.
– Джером знает, что ты здесь?
– Его это тоже не касается. А что? Хотите наябедничать?
Мои слова прозвучали дерзко. Я все еще подозревала, что за всеми этими нападениями скрывался Картер. Если так, то гнев Джерома было не самое страшное из того, что мне грозило.