"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Каэлас станет охранять сад. Там ему будет удобнее.
— В таком случае желаю вам доброй ночи — и доброй охоты, — пожелал Деймон. И склонил голову: — Повелитель. Леди.
— Возникли проблемы? — спросила Джанелль, когда ее Консорт вернулся в гостиную.
Деймон поколебался, но так и не сумел подобрать более мягкое выражение своих мыслей.
— Советник официально потребовал моего присутствия в твоей комнате сегодня ночью.
Проблеск паники в ее взгляде причинил Деймону боль, однако в следующий момент напряженный, отсутствующий взгляд синих глаз, сосредоточенный на двери, заставил его забеспокоиться — особенно когда он упал на него самого.
— Эта просьба передана всем Консортам и Первым Эскортам? — спросила Ведьма своим полуночным голосом.
— Да, Леди.
Долгое молчание. Наконец Джанелль наморщила нос:
— Официальная просьба… Это уж слишком напыщенная формулировка для того, чтобы сегодня лишить мальчиков заслуженного отдыха.
Деймон подавил желание вздохнуть от облегчения. Она решила притвориться, что иной подоплеки у этой просьбы не было. Скорее всего, Джанелль хотела еще на несколько часов отложить необходимость признать, что Александра — или кто-то из ее эскорта — могла совершить нечто серьезное, с чем требовалось разобраться.
— Не хочешь сыграть еще разок? — поинтересовался Деймон, заняв свое место.
Джанелль, прищурившись, нехорошо посмотрела на него:
— Кто будет сдавать?
Деймон улыбнулся:
— Я.
— Почему ты ничего не сказал ему о запятнанном порчей мужчине? — спросила Тишьян.
— Я сейчас не могу полагаться на власть Деймона над собой, — после долгого молчания отозвался Повелитель. — Верховный Князь, сосредоточившийся на том, чтобы быть принятым в роли Консорта, обладает слишком изменчивым темпераментом.
Тишьян покачала головой:
— Но даже если все остальные не почувствовали заклинаний, созданных Доротеей и Гекатой, я никак не могу понять, почему Джанелль не заметила неладное.
— Я тоже. Однако, как я уже говорил, Доротея и Геката прекрасно знали, от кого его присутствие необходимо скрыть, — отозвался Сэйтан, чувствуя, как биение сердца постепенно ускоряется, становясь громче и интенсивнее, пока не стало напоминать настоящие удары по грудной клетке.
— Даже если и так, Джанелль ведь всегда внимательно присматривается к людям, желающим остаться в Кэйлеере.
— Точно так же у нее не было никаких причин приглядываться к тому, кто не собирался оставаться в Кэйлеере, особенно если учесть, что эмоциональные и личные проблемы неминуемо превратились в занавес, скрывший истинную цель прибывших.
Тишьян нахмурилась:
— А кто еще сейчас гостит в Зале?
— Родственники Джанелль с Шэйллота и их сопровождающие.
На лице Гарпии Сэйтан увидел отражение собственной ненависти.
— И ты ничего не сделал с ними?
— Моя официальная просьба об их казни была отклонена, — ответил Сэйтан, ценой колоссальных усилий не ответив на отчетливо прозвучавшие в голосе Тишьян обвиняющие нотки рычанием. — Меня коробит от одной мысли об этом, однако я не ослушаюсь приказа Королевы. Кроме того, еще будет время и место взыскать с них оплату за все долги, — мягко добавил он.
Тишьян кивнула:
— Если проберусь в их комнаты, возможно, я вновь что-нибудь почувствую. Тогда мы сможем тихо и мирно позаботиться об устранении запятнанного самца.
Сэйтан только устало оскалился.
— Если не считать этой суки Веньи, ни один из них не сделал пока ничего оправдывающего казнь. — Он покачал головой. — Мы позаботились о том, чтобы сегодня ничего подобного не случилось. А после завтрака я первым делом поговорю с Джанелль о том, что пора выставить этих… людей из Зала — и из Кэйлеера.
— Полагаю, это только к лучшему.
Какое-то время они молча шли по коридору.
— Скажи, здесь все родственники Джанелль?
— Кроме Роберта Бенедикта. Он умер несколько лет назад и попал в Темное Королевство… на весьма недолгое время.
Тишьян замерла на месте. Сэйтан повернулся к ней. Гарпия подняла руку и легонько прижала ладонь к его щеке.
 
— И полагаю, в какой-то момент у него состоялась интересная беседа с Повелителем Ада? — со зловещей безмятежностью поинтересовалась она.
— Да, — с обманчивой мягкостью ответил Сэйтан. — Он получил аудиенцию.
  
Глава 6
 
1. Кэйлеер
Деймон и так был на нервах, когда они с Джанелль наконец вошли в столовую на следующее утро, и любопытные взгляды других мужчин, принадлежащих к Первому Кругу, отнюдь не помогли ему успокоиться. Даже то обстоятельство, что у Королевы сейчас были лунные дни и он мог согревать ее постель только в буквальном смысле слова, не имело никакого значения. Деймон прекрасно понимал, какого рода услуги ожидаются от Консорта и что остальные знают о том, что он эти обязанности не выполняет.
Он попытался отбросить эти мысли в сторону. Сегодня у всех имелись веские причины быть настороже.
Люцивар стоял рядом с буфетом с чашкой кофе в руках, а Кхардеен и Аарон наполняли едой свои тарелки. Леланд и Филип, единственные спутники Александры, сегодня спустившиеся к завтраку, сидели рядом за столом в дальнем конце комнаты. Сюрреаль и Карла устроились за другим.
В глазах Джанелль появился жадный блеск, стоило ей увидеть чашку в руках Люцивара.
— Надеюсь, ты поделишься?
Эйрианец надменно осклабился:
— Нет.
Она одарила его кислым взглядом и нехотя чмокнула в щеку.
Деймон с радостью прибил бы своего брата на месте за один этот поцелуй. Пусть он был неохотным, привычным, но все же был поцелуем — и это было куда больше того, что сегодня утром получил он сам. Однако, поскольку убийство Люцивара в его планы не входило — по крайней мере на данном этапе, — Деймон удовольствовался наблюдением за Джанелль, которая придирчиво выбрала два кусочка груши и положила на тарелку омлет.
Когда она отвернулась от буфета, Люцивар протянул руку, воткнул вилку в кусок стейка и бросил его на тарелку девушки.
— Тебе сегодня понадобится мясо. Ешь.
Джанелль зарычала на него. Люцивар продолжал невозмутимо пить кофе.
— Долгая выдалась ночь? — тихо спросил Деймон.
— Бывали и длиннее, — отозвался Люцивар и усмехнулся. Однако ухмылка мгновенно стала хищной, стоило ему бросить взгляд на Филипа и Леланд, и эйрианец спросил чуть громче: — А ты как себя чувствуешь, старина? Если судить по твоему лицу, у тебя самого ночка выдалась та еще.
— Она была вполне интересной, — осторожно отозвался Деймон. Он не собирался признаваться, что они с Джанелль играли в карты до тех пор, пока, с покрасневшими, закрывающимися глазами, не рухнули в постель, уделив беспокойному сну не больше трех-четырех часов.
Джанелль фыркнула:
— Есть что-то очень странное в том, как работает эта двадцать седьмая вариация… У мужчины в ней слишком большое преимущество, но я никак не могу понять, в чем именно оно заключается… пока.
Деймон заметил, что Филип побледнел, с трудом сдерживая гнев, и обратил внимание, что Кхардеен и Аарон навострили уши.
— Ты знаешь двадцать седьмую вариацию? — медленно уточнил Кхари.
Деймон предпочел не отвечать на этот вопрос.
— Знает, — проворчала Джанелль. — И эта вариация просто великолепна. Коварна, но великолепна. — Она изучила тарелку с мясом, выбрала еще два куска и направилась к столу.
Прежде чем Деймон успел взять чистую тарелку, Кхардеен и Аарон подхватили его под руки и бесцеремонно потащили прочь из столовой.
— Позавтракаем позже, — прозорливо произнес Кхари, открывая ближайшую дверь, за которой оказалась пустая комната. — Сначала нам нужно побеседовать по-мужски.
— Это не то, о чем вы подумали, — произнес Деймон. — Ничего не было.
— «Ничего»?! — возмутился Аарон, а Кхари продолжил:
— Если ты сумел создать новую вариацию «люльки», которая дает мужчине преимущество перед женщиной, твой долг, как Брата, принадлежащего к Первому Кругу, заключается в том, чтобы как можно быстрее поделиться с остальными товарищами по несчастью, прежде чем ковен сумеет вычислить, как нас обойти!