Кривая усмешка Фортуны (СИ)
— Я тоже.
Нужно было что-то делать, как-то дать знать о своей принадлежности к разумным, но как это сделать, если понять-то ты понял, а вот говорить на неведомом языке не пробовал никогда.
— Ми-и прошали си мром. — прозвучало противно, похоже с акцентом.
Впрочем Алексей остался собой доволен.
Гномы начали громко шептаться, видя замешательства на лицах людей, на их бородатых рожах появились ухмылки. Похоже контакт стал налаживаться.
— Кто вы такие и как оказались в пределах славного Казар-Дын-Кана? — вожак, видя вытянувшиеся лица друзей, усмехнулся.
Странные какие-то это люди, говорят… хотя это еще не факт, но вот понимают гномий точно, глаза тупые, ничего не понимающие, зачем-то тряпьё гоблинское на себя нацепили.
— Казар-Дын-Кана граница мы не хотеть пройти. — один из них попытался оправдаться, что радует, — Мы еть не знать что хотеть, а хотеть мир.
Один из стоявших позади гномов подошел к вожаку.
— Гнади, не стоит их убивать. Лучше возьмем их с собой.
— С чего ты так решил Дмалин? — вожак сделал шаг назад и оказался за строем.
— А откуда здесь взяться людям? — Дмалин закопошился в сумке, — вот печать правды, проверь их.
— Но как они узнали наш язык? — Гнади не был скептиком, правда и специалистом по проклятьям не являлся.
— Наверное им что-то помогли забыть, а знания не могут пропасть просто так, на их место встают другие, — гном теребил бороду, наверное по привычке, — Посмотри на них, они говорят на Языке Скал в первый раз, и сами не могут понять как у них это получается.
— Хорошо, я проверю. — вожак выхватил печать и с грозным видом направился к людям.
— Если это окажется правдой мы должны будем им помочь.
Вот теперь Гнади обернулся и прищурившись посмотрел на Дмалина.
— Эт-то почему еще?
— Потому, что беспамятство это страшная кара… — вожак собирался его перебить, сказав что-то вроде "прирежем по тихому и славненько", но Дмалин не дал ему, — им клеймят тех, до кого не могут добраться. И на скале законов, четко написано, что беспамятному обязан помочь любой гном… это завет предков.
Гномы дружно загомонили, что бы они не думали, а завет предков обязателен к выполнению. А если никого убивать не предвидится, то можно немного расслабиться.
* * *Алексей видел как бородатый крепыш, сто пудово вожак двинулся к нему.
— Дай руку, — без обидняков сказал гном.
— Деражии — черт, почему в их языке столько согласных. Рука легла в протянутую ладонь.
Надо признать сил у коротышки было немерено, да и ладонь, вся покрытая мозолями, обхватила предплечье как тиски.
Гном достал какую-то каменную матрешку и прислонил к внутренней стороне локтя.
— Теперь говори правду.
— Ок.
— Что? — он явно растерялся.
— Кшорошош.
— Вот и славненько. — гном так сдавил руку, что она побелела.
— Как ты оказался в Казар-Дын-Кан?
— Не заннаю.
— Ты лазутчик?
— Нет Гном все время поглядывал на верхнюю часть матрешки.
— Откуда ты?
Любопытный вопрос, ну как ему объяснить то, что они вообще пока ничего не понимают.
— Из дома!
Печать вспыхнула ярко-алым цветом. Алексей счел за лучшее поправиться:
— Не знаю! — он чуть ли не кричал. Печать осталась черна.
Гном как-то странно взглянул из-под густых бровей и пошел к Тошику.
Больше никаких инцидентов не последовало.
Увидав, что все хорошо, гномы расслабились окончательно, распаковали свои мешки и с флягами в руках затрусили к "Унитазу".
Тоха, начиная осознавать, куда он справил свои потребности, выскочил наперерез размахивая руками, всем своим видом показывая, что этого делать не стоит. Внимания на него особо не обращали, поэтому он подлетел к вожаку:
— В-да!!!
— Чего, — Гнади даже присел от такой прыти.
— Во-ода плоховать!!!
— Хочешь сказать, что воду отравили?
— Да.
— Кто?
Тошик указал пальцем на трупы под ногами.
— Гоблины?
— Да.
— Вот подлое племя. — гном подошел к "унитазу" и заглянул в него, — Да еще и нагадили туда! Правильно, что перебили, только нужно было вначале кожу содрать, да солью посыпать! Это же надо в колодец глубинный нагадить… Ууу! — Гнади аж побагровел от злости.
Тоха скромно промолчал.
* * *Гномы бодро топали по туннелю, ребята плелись сзади, поминутно оглашая своды тяжелыми вздохами. Похмелье всегда, знаете ли приходит нежданно.
Тохе, чувствовавшему себя явно трезвее, точнее совершенно сбитым с толку событиями последних нескольких часов, вздохи удавались особенно жалобные.
Шедшие спереди бородачи с сочувствием поглядывала на стонущую троицу.
Гнади, шагая в голове отряда, жестом подозвал к себе Дмалина.
— Беспамятные всегда себя так ведут?
Дмалин оглянулся, окинул взглядом людей.
— Не знаю, я их никогда не видел, только в книгах читал.
— Мучаются бедняги…
— Не волнуйся, старейшины им помогут, — гном с самозабвением ковырялся в носу, — отведут им теплую келью в главном чертоге, будут кормить, поить…
— Почему ты в этом так уверен? — в голосе Гнади перемешались удивление и зависть, видать от такой жизни и сам бы не отказался.
— Помнишь про заветы предков?
Гном утвердительно кивнул.
— На самом основании столба законов выгравирована фраза, — Дмалин воровато оглянулся, — говорят ее выбил Сам Первый гном.
— Да-а-а… — у вожака отвисла челюсть, — И что там?
Дмалин набрал побольше воздуха и с чувством продекламировал:
— "Каждый гном, будь молодой иль старый, на войне аль в мире, должен помочь беспамятному, ибо кара его страшна, а польза может быть велика!" — А кому польза?
Дмалин почесал затылок.
— Об этом не сказано…
— Даже так..
— А ты думал все просто, — губы гнома разошлись в ухмылке. — Это тебе не секирой махать.
Гномы посмотрели на отстающих с не скрываемым уважением. Жалко они это оценить были совершенно не в состоянии. Постепенно приходило понимание происходящего и реакция незамедлительно проявилась.
Алексей подозрительно часто бегал к стенкам пописать, поразительно сколько человек может из себя выдавить. Тоха суетливо крестился и подвывал что-то совершенно нечленораздельное, поминутно оглядываясь, вероятно в поисках чуда. А Колян садился на первый попавшийся более или менее крупный камень, обхватывал голову руками и вопил что ни куда не пойдет, с этими глюками из белой горячки.
Гномы с пониманием останавливались и уговорами или пинками подбитых сталью ботинок указывали верный путь.
Наверняка это кончилось бы глубокой депрессией, граничащей с суицидом, но гномы милостиво поделились пивом…Посидели, пообщались.
К концу вторых суток похода, парни начали приходить в себя, теперь уже ни кто не сомневался, что это ни глюк и не игра, а самый что ни на есть натуральный мир. Другой мир, непонятный и совершенно чужой.
— Ну и как мы вернемся? — Тоха задавал этот вопрос уже десятый раз подряд и успел всем надоесть.
— Ты чего издеваешься!?
— Да не вернемся мы! — Алексей тоже нервничал и поэтому теребил ободок куртки.
— Я всегда считал рассказы про людей попадающих в параллельные миры просто прикольными книжками… а тут видишь как… — Все дружно горько вздохнули, и Леха продолжил, — Короче придется нам тут шататься несколько лет, потом что-то натворить и мы попадем домой. И никак иначе! Ну… так по крайней мере в книгах и фильмах бывает…
— Ладно, поживем увидим…
— Колян да ты чего, надо домой валить, — с видом будто Колян хочет сесть задницей на муравейник, возмутился Тоха. — Как мы тут жить-то будем, в этом средневековье… тут наверное даже баб нету!
— А как они, по-твоему, плодятся? — Колян решил давить на логику. — Тут, наверное, с этим делом намного проще, чем у нас.
Железный в отношении Тохи аргумент, если есть бабы и сними можно договориться, — то жить можно.