Кривая усмешка Фортуны (СИ)

— Молодцы ребята! Ловко вы со своими палками придумали, — Гнади ласково погладил ствол ружья, — хорошая магия.
— Угу, хорошая.
Тоха ответил чисто машинально.
— Ну коли так, то пойдемте братцы добычу делить. — гном развернулся, зашагал назад.
— Какую добычу?! — Колян поспешно развернулся, а с Лехи оцепенение как рукой сняло.
— Ну как это какую, — Гнади загибал пальцы — В бой ходили, — ходили. Это — раз. Ушастых побили, — побили. Это — два…
Гном еще что-то перечислял, загибал пальцы, но это уже ни кого не интересовало. Первый бой, первая взятая на клинок… тьфу-тьфу, на ружье добыча. Романтика, однако! … и того вам причитается: брони шесть штук, луков восемь, стрел всяких восемь колчанов, по числу луков… и… — Гнади посмотрел на сгружаемую часть добра, прикинул все ли перечислил, окинул взглядом полон, — а вот забыл… и полона двадцатая часть. Вон там видите, у дерева эльфка стоит, — ее и берите.
И как ни в чем не бывало, пошел делить добычу между остальными.
— Эй-й, Гнади, стой! Эй-й, а чего нам с ней делать-то? — Тоха помчался следом.
— А мне откуда знать?!
— Ну, у тебя опыт все-таки.
Лесть она и в Африке, и в Америке, и… в общем везде одинаково пагубно на людей и не только людей влияет. Гнади насупился, повел плечами, чтобы их как следует расправить, короче как обычно сменил гнев на милость.
— Да берите пока дают, немного у себя подержите, а там и выкуп придет. Усекли?
Как тут не усечь, конечно, усекли. Принцип понятен и прост как мир.
Алексей вроде пришел в себя и мысли почти вернулись в нужное направление.
— А если она нас прирежет да убежит?
Гном вероятно о таком и не подумал, поэтому, понизив голос, и собрав парней вокруг себя, скороговоркой выпалил:
— А вы с нее обещание возьмите, что она от вас не сбежит и урона вам делать не будет, пока не отпустите. Она вроде из благородных, а эти… ушастые, за честь свою держатся очень сильно, сильнее, чем за жизнь. Поняли?
Эльфка стояла оперевшись на дерево и глотала редкие слезинки.
Красивые черта лица искажались редкими всхлипываниями. За распущенными черными волосами, скрепленными ободком украшенным сапфирами, заостренных ушей видно не было, и в ней виделась не грозная лесная воительница, а обычная девушка зачем-то напялившая на себя кирасу (когда-то красиво разукрашенную, а теперь испещренную множеством канавок и царапин).
Рядом в луже крови стонал эльф. Его бедро, несмотря на кольчужную юбку было располосовано рваными ранами и при каждом его вздохе из яремной вены выбивался фонтанчик крови.
— Эт кто их так, интересно? — Тоха опасался подходить слишком близко, не хотел испачкаться.
— Да походу Леха. — Колян как бы виновато потупил глаза. — Он же палил тут за всю Монтану.
— Да… дела…
— Слышь Леха, коли, делов натворил, так давай, иди, договаривайся…
Алексей злобно зыркнул на товарищей, проворчал что-то типа "сами бы как мол поступили, когда тебе в лобешник из лука целятся", набрал полную грудь воздуха, попытался принять самый бравый вид на который был способен, и шагнул в сторону эльфов.
— Как тебя зовут? — голос получился не совсем командный, но и не задушевный.
Молчание…
— Я, тебя, сука, спрашиваю б. дь! Как тебя зовут!?
Опять молчание.
Леха был в бешенстве, мало того, что эта дрянь со своим, как видно, напарничком его чуть не застрелила, так еще и разговаривать не хочет. Сорвал со спины ружье, передернул рычаг прокрутки барабана. Щелчок, патрон встал на место. Ствол уперся в лоб раненному.
— Если ты, скотина тупая, сейчас мне не…
— Леха, хорош по-русски орать, ничего ведь бедная не понимает.
Конфуз. Очень тяжело пришлось Алексею, чуть не убил безоружного, да еще и просто так, оказывается.
— Как тебя зовут? — на гномьем.
Эльфка перестала трястись, собралась с силами, сделала надменное лицо (потрясающая мимика) и холодным голосом ответила.
— Если я тебе назовусь, уберешь ли ты свою громовую палку от головы моего друга?
Диалог — это уже пол дела.
— Я ее уберу и даже не стану его убивать, если ты, назовешь свое имя и пообещаешь нам — жестом указал на Коляна с Тохой, — что не будешь пытаться сбежать и урона нам не причинишь, пока не отпустим тебя к своим… за выкуп.
 
Что тут можно сказать, да ничего. Три оболтуса стоят на полянке, рядом полутруп и девка, красивая при красивая, а глаза у нее из орбит так и выпадают. Нет, честное слово прямо так и выпадают, или может пучит ее сильно… Кто этих ушастых поймет, какие у них там геморрои.
Тоха тоже не понял, вроде только-то фразой перемолвились, ну поговорили, то есть, а тут нате вам выкусите по яблочку глазному, офтальмолого — окулисты вы наши.
— Эй, ты чего? Ты это… тут давай не надо…
Тоха даже подойти к ней не успел, а она уже вырубилась. Так и шмякнулась на травку, кровушкой эльфской политую.
— Хрена себе. — Леха, может и хотел сказать что-нибудь более поэтичное, но что вырвалось, то и сказал.
— Сдохла что ли? А? Что делать будем?
Колян, тоже, кстати, не полностью, а если быть конкретнее, то вообще не понявший ситуацию, но с умным видом, потыкавший ружейным стволом, валяющейся так сказать красавице, по лодыжке, констатировал.
— М-да, дела…
Вот и все. Научный диспут, а по совместительству международные переговоры или межрасовые (это кому как нравится) можно считать закрытыми.
Решение проблемы очевидное, можно характеризовать его как банальное.
— Гнади!!!
Гнади не пришел, зато появился Трорри. Сделал кружок, вокруг, присел, шлепнул лопатообразными ручищами себе по коленям, что-то крякнул и пошел обратно.
— Эй ты куда? Может объяснишь, что это значит, а?
Гном не оборачиваясь прокаркал.
— Да ничего. Бабу бедную до обморока довели изверги.
И все. Экспертиза завершена, диагноз поставлен, членовредительства не наблюдается. Все замечательно.
Хождение мыслей отразилось на лицах всех троих одновременно.
— Может примем рабочую гипотезу, что она больная. Как вам?
  
Глава 7
 
Обратный путь много времени не занял. Точнее, сколько он занял в реальности ни кто, внимания не обращал, — слишком много было впечатлений.
Оказывается "встречать эльфов" вовсе не собирались, просто кто-то сообщил, что шайка, т. е. отряд ушастых, нагло вторгся во владения подземного племени и, не задекларировав предварительно своих намерений, принялся хозяйничать в предгорьях. После краткого обсуждения в совете, было вынесено постановление, встретить… со всеми вытекающими оттуда последствиями.
Вот и все, подоплека для дипприема подготовлена, а в самом приеме парни приняли самое деятельное участие.
Как попутно выяснилось, Гнади, опять же скотина, их с добычей все-таки напарил, так как, эльфы, за своих, обычно выкуп не платили.
Нет, правильнее сказать, что платили и при этом хорошо, но где-то через год-два, это у них наказание такое, типа урока, на будущее.
Нет, формально он был прав, и даже щедр, эльфка несомненно стоила дороже всякой рухляди, даже на рынке, но вот продать ее, это вам не хухры-мухры.
Вот об этом и горевал всю дорогу Колян, что с ней теперь делать?
Ну, что делать, скажем, и ежу понятно, только это как-то не по-человечески, т. е. как раз по-человечески, но не по цивилизованному.
После совместного обсуждения решили оставить ее у себя, все-таки баба — есть баба, в хозяйстве веешь крайне полезная. Конечно, каждый в тайне лелеял мысль, что именно ему в перспективе кое-что обломится. Без меркантильной жилки у нас ни куда.
Эльфка, впрочем, действительно оказалась больна, точнее ранена, в ногу, не сильно, но бежать бы не смогла, вот и осталась. Знала, что убивать не станут, не такой гномы народ. Но свет на внезапный обморок это не проливало, списали все на впечатлительность от увиденного, а конкретнее на "громовые палки", — ружья по-нашему.