"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Так ты был корнем добра? — спросила Суль.
— Да, — задумчиво проронил Руне. — Не совсем, наверно. Во всяком случае не с самого начала. Но под воздействием сил добра я стал достаточно добродушным существом…
Слушатели согласно закивали. Руне продолжил повествование о переселении рода:
— Прошел не один год, пока мы добрались до Тренделага. Многие умирали, рождались новые. Кто-то оседал по пути. К таран-гаям присоединялись представители других родов. Надо сказать, не всегда их лучшие представители.
Жили в постоянном напряжении. Наступали холодные зимы, холод пронизывал до костей. Приходилось останавливаться. Иногда преодолевать большие реки и озера. Гостеприимные финны и квены*  [16] принимали нас радушно. Однако, узнав, кто «сидит у нас в телеге», прогоняли. В конце концов, люди устали нести этот крест: Тан-гиль всем отравлял жизнь. Вообще-то у нас был свой вождь, но настоящим господином был Тан-гиль, он ведь был властелином всего мира. Невозможно описать каких жертв он требовал от кочевников. Он всей душой ненавидел безлюдный и пустынный край, по которому нам пришлось идти. И над кем, скажите на милость, можно господствовать в таком краю?
Но не забывайте, Тан-гиль не видел в своей жизни ничего, кроме пустынных степей, тундры да унылой природы. Он никогда не слышал о европейских городах, не видел людских толп, красивых построек и предметов искусства. Не знал и никогда не слышал обо всем об этом. Не имел представления о том, что такое роскошь. Именно поэтому он так долго сидел в Долине Людей Льда. Из больших поселений он побывал только в Нидаросе*  [17], который произвел на Тан-гиля неизгладимое впечатление. Он смог получить небольшое представление о том, что такое остальной мир. Тан-гиль вовсе не был просвещенным человеком. Мыслил он крайне примитивно. Не забывайте об этом и теперь, когда вам предстоит борьба с ним.
Итак, из страны лопарей…
— Саамов*  [18], — поправил Андре.
— …Мы попали в Тренделаг. Мы практически ничего не знали, думая, что важно все время идти вдоль побережья Ледовитого океана. И потому наше переселение так затянулось. Постепенно мы приблизились к обитаемым землям. Таран-гаи впервые увидели большие усадьбы с огромным количеством земель. Глаза у таран-гаев стали круглыми от удивления. Тан-гиль решил захватить первую попавшуюся нам усадьбу. Он полагал, что мы уже достигли края света, что больше этой усадьбы нам не найти. По счастью, мы послали вперед лазутчиков. Постепенно и Тан-гиль понял, что нужно идти дальше. Мы пошли дальше, и пришли в Нидарос, и увидели собор, при виде которого закружилась голова. В то время он только еще строился. До сих пор мы не видели «юрты» такой величины. И кто же там мог жить, а?
Взгляд Тан-гиля изменился, стал хитрым и коварным. Эта юрта должна была принадлежать властителю мира. В ночной тьме он прокрался к воротам. Во время строительных работ попасть в собор было несложно.
Но… Фу! Как противно! Тан-гиль плевался во все стороны. Об этом я могу рассказать подробно, так как злой колдун взял с собой моего хозяина. Тан-гиль постоянно прикрывался теми, кто вынужден был защищать его. В этот раз выбор пал на моего господина.
Пятясь, Тан-гиль вышел из собора. Насколько мне известно, он больше никогда не заходил в подобные места. В тот раз состоялась его первая встреча с религией, которую он потом возненавидел всей душой. Я сразу заметил эту его слабость, которую потом неоднократно использовал в Долине Людей Льда. Мне удалось убедить его во всемогуществе церкви и в том, что ее не так-то легко победить.
Но я предвосхищаю события. В Нидаросе мы пробыли довольно долго. Тан-гилю пришлось прятаться, так как никто из жителей не выносил его вида. Слишком уж тот был безобразен.
Мне неизвестно скольких «бесполых тварей» (так он называл людей) Тан-гиль лишил жизни. Однако ему тоже пришлось нелегко. По городу бродила чума, из-за тесноты многие болели. Не миновала эта участь и моего хозяина. Болел он долго. Я оберегал своего господина, как мог, но в городе разражалась одна эпидемия за другой.
 
Земля горела под ногами Тан-гиля. В Нидаросе было полно кнехтов. Был получен приказ отловить и предать смерти страшилище, что изредка появлялось на людях и несло с собой несчастье. Тогда Тан-гиль собрал остатки рода и приказал двигаться дальше. Многим было хорошо в городе, они не хотели идти дальше. Но Тан-гиль желал, чтобы за ним последовали все. «Мы создадим новое общество», — провозгласил он. В том, что вождем нового общества станет Тан-гиль, не сомневался никто.
В одну из темных ночей мы покинули Нидарос и двинулись дальше, на юг. Решение было принято вовремя, иначе бы нас просто изгнали из города. Таран-гаи мало походили на высоких норвежцев, да и овал лица у них был другой. А чужих всегда гонят прочь. Так уж повелось и среди людей, и среди животных. Добродушные, но низкорослые таран-гаи стали козлами отпущения. Им пришлось спасать свои жизни бегством. Больше всего жители города опасались только одного из нас.
В то время я часто задумывался над тем, почему Тан-гиль пребывал в такой растерянности и не использовал свои возможности, почему не взял власть в свои руки. Видимо, его подавило обилие впечатлений.
Города, толпы людей, чужая, незнакомая культура… Была, однако, еще одна причина, — тут Руне широко улыбнулся, — я, как мог, старался сдержать обещание, данное четырем духам. Сделать я мог совсем немного, ведь Тан-гиль не был моим хозяином, но я внушал ему чувство растерянности и нерешительности. Проникая в его мысли, сбивал с толку, сеял страх.
Мы двигались в направлении Южного Тренделага. Вскоре после того, как мы покинули Нидарос, случилось то, чего я больше всего боялся: моему хозяину стало не по силам двигаться дальше.
Тан-гиль отдал приказ остановиться на отдых. Все страшно удивились — милосердие не входило в число добродетелей Тан-гиля. Но последний знал, что делает. Ему нужен был корень. Корень можно было, однако, только купить, иначе от него было мало толку. Оставшись наедине с моим хозяином, Тан-гиль тормошил, мучил, угрожал, шипел… Ему надо было знать, сколько за меня заплатили. В конце концов, мой хозяин назначил цену: раковина улитки.
Тан-гиль лихорадочно озирался. Вокруг — только пыльная дорога. Увидев колокольчик, рванул цветок так, что вырвал с корнем, чуть не оторвав при этом головку от усердия. Мой хозяин был скорее мертв, чем жив. «Вот! Спасай свою душу, продавай корень! Этого тебе хватит?» — он протягивал цветок. У моего хозяина едва хватило сил кивнуть. Схватив корень, Тан-гиль бросил моего хозяина умирать в одиночестве.
Так я стал собственностью Тан-гиля.
Даниель, — повернулся Руне в сторону зала, — ты знаешь, что я могу при желании стать словно неживым?
Да, Даниель хорошо помнил тот случай, когда передал корень сыну Сельве. Сын утверждал, что корень неживой, окаменелый. Даниель убедился в этом сам. Он почувствовал, что корень будто отвергает его. Корень словно чего-то ждал.
Теперь, по прошествии времени, стало ясно чего — появления Хейке, сына Сельве.
— Именно, — подтвердил Руне, когда Даниель закончил. — Когда я захочу, могу прикинуться мертвым. Тан-гиль не смог пробудить меня к жизни, как не старался. Я старался препятствовать ему, как мог. Я старался убедить его в том, что надо подождать, надо подождать… Его время еще не пришло, церковь слишком сильна… И Тан-гиля все больше и больше мучили сомнения. Его нерешительность чуть было не стоила жизни всем остальным. Кнехты следовали за нами по пятам. Конечно, Тан-гиль легко мог расправиться с ними со всеми, стоило только применить силу и свое колдовское искусство. Я затуманил его мозги, и он решил бежать — в леса, к горам.
— В горы Утгард, — пробормотала Силье.
— Да. Добирались долго. Совершенно случайно нашли вход в долину. Проход у ледяных ворот был довольно широк, стояло позднее лето. Люди втащили все небогатые пожитки и загнали скотину…