"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Но фру Соммер тут же поняла его настроение, сказав:
— Ты, что, ничего не знаешь Херберт? Венше сегодня осталась дома, у нее заболел живот.
— Опять наелась сладостей, — пробормотал Херберт. — Эта девчонка…
— Слава Богу, что она не в школе! — перебил его Рикард. — Она лежит в постели?
— Да, — ответила ее мать.
Рикарду пришлось сообщить им неприятную новость.
— Случайный пассажир, ехавший с вами вчера, умер ночью от оспы.
В первый момент оба молчали, стараясь осознать услышанное. Но потом фру Соммер закричала от ужаса.
— Венше! Она сидела рядом с ним в машине! И он угостил ее плиткой шоколада!
— От которого ты тоже съела кусочек! — язвительно добавил Херберт. — Как ты могла быть такой дурой? Позволить девочке…
— Это ты предложил ему поехать с нами, — устало ответила его жена.
— Ладно, ладно, — пытался успокоить их Рикард. — Вы встречались с кем-нибудь после этого? Если не встречались, то это хорошо. Тогда нам придется подождать, пока приедет карета скорой помощи.
— Скорой помощи? — разом спросили они. Рикард объяснил им, что они должны пройти карантин в изоляторе хальгенской больницы.
— В изоляторе? — подозрительно спросил Херберт. — Что вы понимаете под изолятором?
— Может быть, взять с собой еду? — спросила его не особенно сообразительная жена.
— В этом нет нужды, — попытался успокоить их Рикард. — Продуктов в больнице хватает. Возьмите только зубные щетки и прочие принадлежности.
— Сколько мы должны пробыть там? Мои цветы…
— Возможно, три недели, пока не закончится инкубационный период. Она зарыдала.
— Венше, моя маленькая Венше! Мы заражены и умрем!
— Спокойно, — сердито прошипел Херберт, вмиг вспотев от страха. — Нам же еще в детстве сделали прививку.
Рикарду не хотелось сообщать им, что действие прививки с течением времени ослабевает.
Только поздним вечером Рикард Бринк из рода Людей Льда получил свой долгожданный обед незадолго до закрытия ресторана. И уж он позаботился о том, чтобы представить государству солидный счет!
Весь этот вечер не смолкали телефонные звонки у врачей и в полиции. Газеты давали новую информацию в редакторских колонках, потому что дневные сообщения были слишком краткими. Радио передавало местные новости. Было опрошено огромное количество дам в сером, но той, которую искали, среди них не оказалось. Полицмейстер даже не мог представить себе, как много в его маленьком городке мрачно одетых женщин. Одна молодая дама, разговаривавшая с Хербертом Соммером в субботу вечером, настаивала на том, чтобы ее тоже определили в изолятор. Врач попытался объяснить ей, что в субботу вечером Соммер еще не встретил Вилли Маттеуса.
Боязливые родители школьников считали, что Венше Соммер заразила их детей, но этого быть никак не могло, поскольку девочка ни с кем не встречалась после поездки на автомобиле. Сама же она не казалась больной, хотя признаки заражения могли появиться позже. Очень трудно оказалось убедить родителей школьников в одной простой истине: их дети общались с Венше до того, как она встретилась с Вилли Маттеусом. Полицмейстер и врачи просто выбились из сил, объясняя им это. К тому же у всех детей были прививки! Из попавших в изолятор, Венше была наименее уязвимой, ведь прививка у нее была совсем свежей.
Да, очень утомительная история!
Перед тем, как лечь поздно вечером в постель, Рикард подвел итоги: в изоляторе находилось теперь пять человек. Херберт, Гун, Венше, Ингрид Карлсен и шофер Калле. Круглые сутки там дежурила группа врачей. К тому же на строгом карантине находились двенадцать человек команды «Фанни». Доктор Пост не выходил из своей комнаты.
Рикард пытался убедить себя в том, что все обезврежены, за исключением двух дам с набережной. Они были самыми уязвимыми. Но он уже не мог в этот вечер продолжать поиски.
Рикард был доволен прошедшим днем. И имел на это полное право. Он действовал оперативно и проследил от начала и до конца путь, проделанный Вилли Маттеусом на территории Норвегии.
Он даже не предполагал, что самая трудная работа еще впереди.
 
Не мог же он знать о том, что одна из этих женщин сидит взаперти вместе с тридцатью шестью другими людьми и что один из них коснулся рукой ее зараженной одежды.
А вторая женщина?.. Она бесследно исчезла.
К счастью, Рикард пока не знал об этом. Он тщательно вымылся, сменил белье и верхнюю одежду, сложил все, включая обувь, в корзину для грязного белья и лег спать. Заснул он моментально.
  
5
 
Уставясь в темноту, Агнес мысленно представила себе звучание приветливых голосов, обращенных к ней: «Тебе не следует сидеть здесь одной, Агнес, на этом безлюдном острове, в обществе одной лишь собаки! Переправляйся на наш остров, ты сможешь жить там!»
Но никаких голосов не было слышно.
А если бы она и услышала их… Ей стало бы еще страшнее! Известно, какого рода люди шляются по ночам! Воры, убийцы и насильники!
Прижав к себе терьера, она сказала:
— Все будет хорошо, Доффен, ведь мы же вместе!
Но Доффен ничем не мог ее утешить. Он так же тревожно, как и она прислушивался к ночным звукам, время от времени склонял голову набок и упорно смотрел на дверь; рычал, тявкал, словно и в самом деле что-то слышал.
— Прекрати, Доффен никого там нет!
Жаль, что из окон избушки не видно было противоположного берега. А как хорошо было бы смотреть теперь на мерцающие вдали огоньки! Но единственное, что она видела — или, вернее, о присутствии чего догадывалась — так это множество маленьких, необитаемых островов.
Ее смехотворная красная шляпа висела возле двери. Ей ненавистна эта шляпа, доставшаяся от Олавы, которая не пожелала ее носить.
Наконец она встала и принялась убирать со стола. Одинокий ужин был окончен.
Она легла в постель, уложила в ногах Доффена и попыталась уснуть. Но это не удавалось. В голове кружилось слишком много неприятных мыслей и впечатлений. К тому же она слышала теперь, что возле дома кто-то бродит!
Нет, это ей показалось.
В берег с грохотом ударила волна. Агнес закричала и вскочила с постели, Доффен бешено залаял.
Постепенно они успокоились. Агнес заплакала. Копчик у нее болел, она никак не могла удобно лечь.
«Рассвет, рассвет, приходи скорее, мое сердце больше не выдержит!» Но в январе рассвет наступает поздно.
Вернувшись домой, в Баккегорден, в полночь, Ханс-Магнус обнаружил, что дом пуст.
На столе лежало незапечатанное письмо.
«Дорогой Ханс-Магнус! Пришло время, и мы отправились в Храм пастора Прунка, взяв с собой Бранцефлора.
Я очень сожалею о том, что ты оказался таким упрямым, но наш дорогой пастор обещал, что ты будешь спасен, когда придет Судный день.
Не мог бы ты съездить на автомобиле в Сарпсборг по новому адресу Лавинии, который я привожу ниже, и как можно скорее найти ее шифоньер? Задняя стенка у него сломана. Просунь в щель руку и вытащи лежащий там конверт! Уничтожь его! Прочитав содержание лежащего там послания, ты поймешь, почему я прошу тебя сделать это. Винни ничего не знает об этом, а свидетелей можно не принимать в расчет.
Пастор Прунк обещал нам всем место на небесах, но для того, чтобы попасть туда, мы должны кое-чем пожертвовать, Ханс-Магнус. И вознаграждение за это он получит не от Лавинии, а от нас!»
Ханс-Магнус нахмурил свои красиво очерченные брови. Он был вовсе не глуп и понял, что речь идет о нежелательном завещании.
— И не от тебя, мамочка, — пробормотал он. — Твой мерзкий пастор не посмеет запустить когти в мои деньги, уж я позабочусь об этом!
У него не было времени ехать в Сарпсборг на следующий день. Но через день…
Винни проснулась на рассвете.
Тяжесть в груди не исчезла и после сна. Она села, прислонившись спиной к деревянной перегородке, отделяющей ее от остальных, обняла руками колени. В своем закутке она чувствовала себя защищенной от внешнего окружения.