"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Коммунизм, — подсказала Катя. — Да, я бы тоже съездила. Только ненадолго. Чисто посмотреть, что да как, и обратно. Жить там я, конечно, не хотела бы.
— Почему? — спросил я.
— Ну, ходят все строем, песни поют, плакаты кругом красные с лозунгами. Вместо императора председатель. Хотя это, по сути, то же самое, так что тут-то разница небольшая.
— Аристократов нет, — сказал Сопля. — Перебили всех. Власть рабочих и крестьян, — он усмехнулся.
— Почему ты смеёшься? — спросил я.
— Ну, какая может быть власть у рабочих и крестьян? Сам посуди.
— И то верно. Но мне теперь ещё интереснее стало там побывать.
— А ты просто как турист туда собираешься, — спросила вдруг, прищурившись, Вероника, — или у тебя какая-то цель есть?
— Конечно, как турист, — улыбнулся я девушке. — Какая у меня может быть цель?
— Ну, мало ли. Мне как-то трудно поверить, что ты просто на Великую китайскую стену поглядеть туда так рвёшься.
— Ну, считай, как хочешь. Когда, кстати, мне дадут… Не знаю, что там полагается… Диплом, сертификат? Билет?
— Дадут, не переживай, — сказал Сопля. — Наградной лист сразу выдадут, фамилию твою впишут только и укажут, что ты выбрал поездку в Красный Китай. А сам визит, конечно, придётся согласовывать, так что какое-то время это займёт. Успеешь собраться.
И действительно, минут через пятнадцать меня снова вызвали, и помощник Вебера вручил мне цветной лист картона с подписями, печатями и гербом школы. Потом начали приглашать остальных — выдавать грамоты участников.
Когда с этим было покончено, директор снова вышел и толкнул речь, поздравляя всех, подводя итоги и изо всех сил стараясь не упоминать меня. Потом он объявил турнир закрытым и свалил в туман. Народ начал расходиться.
— Нужно отпраздновать! — объявила Вероника, когда мы вышли со стадиона. — Серьёзно, такое событие! Член нашего общества стал победителем турнира!
Я взглянул на Соплю. Похоже, даже перспектива зависнуть с девчонкой, которая ему нравилась, сейчас парня нисколько не вдохновляла.
— Извини, конечно, но я для этого слишком устал, — сказал я. — Пройти все эти испытания не было легко, знаешь ли.
Какие уж тут празднования, если у одного из нас отец помер. И не просто помер, а пытался при этом убить собственного сына. Но объяснить этого девчонкам было нельзя. Ведь официально Марка в лабиринте вообще не было. Интересно, как всю эту ситуацию разрулит Вебер. Он ведь наверняка уже обнаружил, что случилось с инквизитором.
Кажется, Толе это тоже в голову пришло. В конце концов, нужно же было констатировать смерть и организовать похороны, а для этого, как минимум, требовалось тело.
— Давай я тебя отвезу домой, — предложил я.
— Перестаньте! — возмутилась Катя. — Не будьте занудами! Ещё успеете отдохнуть.
— Прости, но… и правда, не до того, — покачал головой Толя. — Поеду я домой, наверное. Сам доберусь, Макс, не надо со мной. Тебе сегодня и так досталось.
— Уверен?
— Конечно. Всё… нормально.
Я его понимал. Наверное. Парень хотел остаться один. Возможно — выплакаться. Если не из-за того, что его отец погиб, но, по крайней мере, из-за того, что он оказался ублюдком, готовым убить сына ради мести. Было, от чего расстроиться, короче.
На парковке мы расстались. Я отправился домой. Надо отдохнуть, собраться и сообщить родителям радостную новость — что их неудавшееся чадо, наконец, освобождает жилплощадь и сваливает, куда подальше. То-то они будут в восторге.
И надо в ожидании оформления поездки хоть почитать в Интернете, что за коммунизм такой. Я ещё к этому-то миру не совсем привык, а теперь придётся отправиться туда, где всё по-другому. Но ничего, это не беда. Разберёмся. Главное — найти тёмного старца, знающего, как выйти за Внешний Круг. Маловероятно, что он отыщется именно в том мире, с которого я решил начать его поиски, даже учитывая, что сам он, судя по имени, родился в Китае, да и Шеклтон видел его в составе шедшего туда каравана. Что, кстати, свидетельствует о том, что Сяолун на месте не сидит.
Как именно его искать, я представления пока не имел, но с чего-то же нужно начинать. Пусть будет Красный Китай, раз уж это единственная зацепка. Коммунизм там или нет, но я вверх дном всё переверну, чтобы добыть того, кто станет моим наставником или проводником в Бездну!
 
Конечно, если старца не окажется в Китае, останется ещё шесть миров, где он может быть. Если он вообще существует и до сих пор не помер. Но это вряд ли: маги — народ живучий. Особенно тёмные. О том, что старик мог отправиться на тот свет, думать не хотелось. Если так — победа в трунире, поиски — всё станет бессмысленным. И обернётся кучей потерянного времени.
В общем, мне было, чем заняться. Насколько растянется моя эпопея, не известно, и даже предполагать трудно. Хорошо бы, конечно, побыстрее найти этого старца. Было бы здорово, если б он до сих пор жил там же, где и двадцать лет назад, когда его встретил Шеклтон. Но для человека два десятка лет — огромный срок. И надеяться, что тёмный просидел на одном месте сиднем всё это веря, просто глупо. В принципе, повезёт, если удастся там хотя бы след его взять.
— Приехали, господин, — сказал водитель, останавливая машину.
Я так задумался над своим будущим, что даже не заметил, как мы добрались до дома. Выбравшись из машины, я задрал голову, глядя на возвышавшийся надо мной особняк. Здесь не был своим ни тот, чьё тело я занял, ни, тем более, я. Так что ни малейших сожалений при мысли, что недолго мне осталось здесь жить, я не испытывал. Даже наоборот — меня это радовало. Неизвестный Красный Китай, где боялись жить мои одноклассники, манил больше «родного» дома. Но ещё больше меня воодушевляло то, что предстоящая поездка так или иначе приблизит меня к возвращению в Бездну!
Мрачно усмехнувшись, я поднялся на крыльцо и открыл дверь.
Пора сообщить родственникам хорошую новость.
* * *
— Но ты совсем не это нам обещал! — выслушав меня, взвился Евгений. — Речь шла о том, что ты выберешь должность и уедешь из столицы на постоянное место жительства! А теперь ты нам сообщаешь, что выбрал поездочку в Красный Китай! Экскурсию, по сути. И куда ты после неё собираешься вернуться? Сюда⁈ Отец, ты видишь, что он делает⁈
Александр Иванович вперился в меня тяжёлым, осуждающим взглядом.
— Евгений прав, — проговорил он. — Так не пойдёт, молодой человек. Уехать на место службы и сгонять посмотреть Китай — разные вещи.
— А кто сказал, что я вернусь? — спросил я, пожав плечами.
— В каком смысле⁈ — опешил Александр Иванович.
— Да в самом прямом. Срок поездки ведь нигде не оговаривается. Это я точно знаю, потому что проверял. Тебя впускают, а дальше — делай, что хочешь и сколько хочешь. Нет такого, чтобы ты был обязан вернуться через неделю или месяц.
Отец с Евгением переглянулись. Затем дружно уставились на Петра.
— Он правду говорит? — спросил Александр Иванович.
Средний брат кашлянул в кулак.
— Ну-у… Вообще, да, — проговорил он нехотя, явно, в принципе, не желая подтверждать мою правоту в чём бы то ни было. — Продолжительность поездки, и правда, не оговаривается и не ограничивается. Если, конечно, человек не совершит какие-либо деяния, которые приведут к его депортации.
— Преступление? — быстро спросил Евгений.
— Не обязательно, но в том числе. Вообще, часто это остаётся на усмотрение властей.
Теперь взгляды обратились на меня. Озадаченные, подозрительные, недовольные.
— Обещаю вести себя хорошо, — усмехнулся я. — Чтобы не выслали, и вам не пришлось видеть меня снова.
— Что ты собираешься там делать? — мрачно спросил Александр Иванович.
— Это уж моё дело. Мы не в таких трепетных отношениях, чтобы я делился с вами планами на будущее.
Пётр презрительно усмехнулся. Мол, какое у этого отморозка может быть будущее⁈
— Он прав, — сказал Евгений. — Это не наше дело. Пусть сам разбирается.
— Вот что, Макс, — подумав, проговорил отец. — Коли ты так решил, то сюда, если тебя из Китая вышвырнут, не возвращайся.