"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Акиро, руда не продается.
— Мы же не враги, Александр Федорович. Мы готовы дать хорошую цену.
— Акиро, вы же прекрасно знаете слово Императора — оно неизменно.
— Мне, Александр Федорович, твоему другу, не хочешь продать руду по хорошей цене, все какие-то отговорки придумываешь, — обиделся Акиро. — А американцам готов за бесценок отдать.
— Каким еще американцам? — не понял я.
— Ну как же. Знаю, что уже соответствующий законопроект подготовлен, осталось только тебе как князю подписать.
— Какой еще законопроект? Ничего не понимаю!
Акиро пристально с прищуром посмотрел на меня, словно бы пытаясь понять — блефую я или нет? Убедившись, что я говорю абсолютную правду, кивнул.
— Я думал, тебе известно про указ.
— Нет, мне ничего не известно. О чем вы говорите?
— Да я особо в детали не вникал, это тебе нужно у твоих бояр уточнить — вроде бы как они готовили законопроект.
— Бояре… — задумчиво произнес я.
— Они самые.
Теперь смутные речи Невзорова становились ясней. Пока место князя было вакантно они успели состряпать какой-то указ, по которому хотели продавать руду американцам. Интересно. Весьма интересно. Нужно будет разобраться с этим.
— Нет, никаким американцам продавать руду мы не будем. Это говорю я, князь Камчатский, — с нажимом произнес я.
— А японцам? — улыбнулся посол.
— Акиро…
— Понимаю-понимаю! — тут же вытянул вперед руки собеседник, словно у меня в руках был невидимы пистолет. — Не буду давить. Александр Федорович, не давай ответ сейчас. Подумай. Времени у меня предостаточно, я тут, на Камчатке, еще поживу. Уж очень тут красиво. А к тебе позже зайду, когда ты немного в курс дела войдешь, немного осмотришься. Тогда и продолжим. Согласен?
— Акиро…
— Александр Федорович, я лишь только прошу о еще одно встрече, чуть позже. Не откажите старому знакомому?
— Хорошо, — после паузы ответил я.
— Вот и договорились! — обрадовался посол.
Мы вновь обнялись, пожали друг другу руки и Акиро ушел. Немного выждав, я вызвал к себе Исаму.
— Подскажите, что за проект указа подготовили бояре?
— Они много его готовят, — уклончиво ответил помощник. — работа у них такая.
Я пристально посмотрел на Исаму. Глаза у того нервно забегали, он понимал, о чем я его спрашиваю.
— Вы про проект приказа о лимитном отпуске шлака?
— Неси всё, что они подготовили! — приказал я.
Исаму шмыгнул в дверь и вернулся уже через минуту с тонкой папкой, в которой был всего лишь один документ.
Я принялся его изучать.
Прямой экспорт руды запрещен Императорским указом. Однако из того документа, что придумали бояре, следовало, что прямого экспорта и не ожидалось. Руду планировали продавать русскому парню, имеющему российское гражданство с чисто русскими именем и фамилией Дональд Андерсон.
Быстро поискав по интернету это имя, я нашел кое-какую информацию про него. Дональд Андерсон когда-то был американским послом, но потом отстранился от официальных политических дел, организовало юридическую компанию и остался жить в Российской Империи. Вроде даже имеет какой-то боярский титул. Вхож во многие знатные рода. Но печатником ни у кого не был.
Схема эта, которую придумали местные бояре, была простой. Обходя прямой запрет на экспорт, они хотят продать руду российскому гражданину Дональду Андерсону, который, в свою очередь, через свою фирму придаст этой руде иной статус и преспокойно отвезет ее уже конечному адресату — в Америку.
От злости я сжал кулаки. Кто авторы проекта указа?
В исполнителях числились Невзоров и Махров. Не мудрено, что именно Невзоров остался после совещания, чтобы переговорить со мной и подмазать ход указа. Но нет. Подписывать такую бумажку я не собираюсь. Продавать руду тем, кто завтра использует ее же против нас, я не буду.
Я перечеркнул проект указа, вновь вызывал Исаму.
— Передай этим деятелям, что, если еще раз попытаются сделать что-то подобное — я буду делать соответствующие выводы и действия.
Исаму кивнул. Я попросил у него принести все бумаги, которые поступили ко мне и долго изучал их. В основном это была текучка — поздравления различных мануфактур с назначением меня на должность, стандартные обращения, отчеты. Я просидел в кабинете весь день.
 
И все это время шел дождь. Моросящий, промозглый, он навевал только меланхолию и тоску. Но тоска скоро прошла, едва черные тучи начали надвигаться с горизонта на город. Похожие на клубы чадящего дыма, непроглядного, они несли с собой воду. Много воды. Она изливалась из набухших туч сплошным потоком, а злой и резкий ветер подхватывал капли и швырял в дома.
Закончив с бумагами, я встал и посмотрел в окно. Непогода меня напрягала. От нее голова наливалась болью, а мышцы неприятно тянуло. Однако боль была вызвана бушевавшими и словно бы сошедшими с ума потоками силы. Я пытался разобраться в причинах столь странного поведения, но довольно скоро сдался. Понятно только одно — это как-то связанно с непогодой.
— Буря, Александр Федорович, — произнес внезапно вошедший Исаму, заставив меня вздрогнуть.
— Простите, что? — обернулся я.
— Я говорю буря. К нам надвигается буря.
Помощник принес кофейник. Налил мне напиток.
— У нас это частое явление. Хотя именно эта буря… — Исаму задумался. — Давно такой сильной не припомню.
— Я ощущаю потоки силы, — произнес я.
— Такое бывает, — кивнул Исаму.
Я глянул на небо, черное, словно сейчас был не день, а ночь. У самого горизонта виднелись скалы, серые, с темными прожилками. Все в трещинах, обросшие горными травами, они величественно смотрели на город. А вокруг них кружило воронье, целая туча черных птиц. Они выписывали вокруг скал причудливые фигуры. Однако я вскоре осознал, что фигуры эти были вовсе не хаотичными, а вполне осознанными.
Птицы выводил в воздухе руны!
Я даже протер глаза, думая, что мне это показалось. Но увиденное было реальностью. Руны были упрощенными. А еще древними, давно забытыми, какими никто теперь не пользуется. Мне было сложно их прочитать, но общий смысл я понял: «защита», «спасение», «укрытие».
— Какого черта? — только и смог вымолвить я.
— Что, простите? — переспросил Исаму.
— Птицы…
Исаму глянул на воронье, но лишь непонимающе пожал плечами. Я вспомнил, что Дара у помощника не было, и он вряд ли мог понимать руны.
— Да так, ничего, — отмахнулся я. — Нам стоит опасаться этой бури?
— Думаю, все обойдется, — ответил Исаму. — Обычно все всегда обходится.
Но ничего не обошлось. Уже через полчаса Исаму вновь пришел ко мне. Глаза у помощника были выпучены, а сам он побледнел как привидение.
— Там… вулкан проснулся!
— Какой еще вулкан?
— У нас вулкан есть, на окраине. Он несколько сотен лет не действующий был. А теперь вдруг проснулся…
Сначала землетрясение, теперь вот вулкан… Я едва слышно выругался. Здесь явно что-то не так с природой. Возможно, сказываются залежи руды, которые каким-то образом воздействуют на природные течения.
— Люди там есть, кто поблизости от вулкана живет? Пусть срочно эвакуируют. Службы обзвони соответствующие — чтобы были наготове.
— Понял, — закивал Исаму.
— А мне подготовь машину. Я к вулкану поеду.
— Зачем?!
— Буду лично контролировать эвакуацию людей.
Это была не единственная причина моего интереса. Я хотел посмотреть и понять, что же стало причиной внезапного пробуждения вулкана.
— Александр Федорович… — начал Исаму, но я прервал его жестом руки.
— Я поеду. Прямо сейчас.
— Это опасно!
— Тогда можешь остаться тут.
Я выскочил на улицу, сел в машину и рванул к вулкану. Его место расположения мне было незнакомо, но сейчас его знать было не обязательно — дым стелился по небу, а причина его образования виднелась на горизонте.
Уже на подъезде к вулкану я почувствовал сильные магнитные волнения. Природные потоки силы здесь словно сошли с ума. От невероятной мощи, которая заворачивалась тут в тугие спирали, воздух начинал «течь».