Вернись домой (СИ)

Наконец я всё-таки смогла открыть глаза. Внутри поселилось чувство беспокойства и неправильности. Я хорошо помнила, что должна была добраться до вокзала, чтобы там переночевать. Но сейчас не чувствовала под собою ни жесткой лавочки, ни даже голой земли, куда я все же могла вчера упасть, не добравшись до своей цели.
Мне было удобно. Даже не так – мне было очень удобно, со всех сторон меня ласкала шелковистая ткань простыней и одеял, я утопала в мягкости и тепле. А запах, который окружал меня со всех сторон, вообще уносил в какую-то негу.
Открыв свои тяжелые веера ресниц, я не ощутила какого-то неудобства из-за них, как вчера. Видимо, уже привыкла. Я очень осторожно потерла уголочки глаз, чтобы не касаться самих ресничек. Засыпать с линзами – идея вообще так себе, но вчерашняя ночь для меня была из разряда «совсем ничего не помню». Потому спокойненько приподняла голову и попыталась осторожно открыть глаза.
Я лежала на очень большой постели с белыми простынями из незнакомой мне ткани. Она была на ощупь как кожица персика, а на вид тоненькая, как паутинка. Сама я спала во все той же футболке и уже изрядно измявшейся юбке. Обуви, как и ветровки, на себе я не обнаружила.
Зато увидела, как две горы мышц тихонечко спят по обеим сторонам от меня. Они лежали на животах, развернутые ко мне лицом, и мирно сопели. Это уже было совсем непонятно. Вернее, что это мужчины, я поняла как бы сразу. Но вот то, что они находятся в моей постели, меня напрягло. Но потом мозг включился и подсказал, что постель как бы вообще не моя.
У брата в квартире я спала в гостиной на диване, в общежитии – на узенькой кровати. А дома у родителей вообще где приходилось. Вечно для меня там не было места – сперва в комнате родителей на кушетке, потом переселили в отдельную комнату, когда старший брат уехал. А когда женился младший из братьев и привел в дом невестку, то переселили в проходную комнату. Там, на диване, я и спала последний год, пока не уехала учиться.
А вот тут была целая комната. Вся такая утонченная, стильная – мебель из светлого дерева, множество зеркал, на окнах белые воздушные занавеси, на полу белый ковер с длинным ворсом. Комната словно дышала легким ароматом цветов и сладостей. На небольшом столике недалеко от кровати действительно стояли цветы и большой поднос со сладостями.
Почувствовав, как мужчины шевелятся, я посильнее на себя натянула одеяло, хоть и была полностью одета, – видимо, инстинкт. Это были именно те, кого я помнила со вчерашней ночи, – красивые, выразительные аполлоны, с которых наверняка можно лепить статуи и писать картины. Они оба спали в коротких облегающих штанах, напоминающих мне моду средневековья. Торсы были обнажены, что позволяло хорошо рассмотреть перекатывающиеся мышцы спины под бронзовой кожей.
У них у обоих были длинноватые волосы – наверное, до лопаток, но сейчас в хаотичном беспорядке разбросанные по подушкам. Белый и черный кот.
Я даже сперва улыбнулась, а потом осознала, что видела именно котов, вернее, огромных барсов. Только вот вчера я была под действием какого-то газа, а сейчас, получается, все еще не пришла в себя?
Сильно напрягая мозги, я принялась методично перебирать каждую деталь вчерашнего помутнения: помню, как гладила сперва одного, потом другого, да и обоих сразу, а потом даже укусила!
При воспоминании о том, как я зубами буквально прокусывала кожу и их кровь текла по моей гортани, меня немного передернуло. Ведь все же неплохо так ударило по мозгам. Если все это вспоминается так реалистично. Но внимательнее присмотревшись к одному из мужчин, я все же увидела след от укуса, и размер ранки был именно под мои зубы. Теперь мне стало совсем плохо, и я даже не знала, чего хочу больше – чтобы мои мозги и дальше пребывали в дурмане или же чтобы я пришла в себя. Хотя с такой действительностью пусть будет первое.
Мужчины, заворочавшись сильнее, стали просыпаться. Я вот всегда знала, что взглядом можно не только убивать, но еще и будить. Вот они и стали просыпаться, потому как я смотрела на них во все глаза и, наверное, прожигала в них дырки. Когда они открыли свои нереально красивые глаза и настороженно посмотрели на меня, я не решилась даже пошевелиться.
– Доброе утро, – обратил мое внимание на себя беленький.
Я резко повернула голову к нему и сразу же отпрянула, потому как он умудрился моментально встать на локти и потянуться ко мне, отчего наши глаза оказались на одном уровне.
– Доброе утро, – я девушка культурная, так что тоже решила поздороваться.
– Меня зовут Денли, мы вчера не успели познакомиться, – он и не думал от меня отстраняться, а даже с каким-то внутренним благоговением внюхивался в меня.
Честно признаться, меня это напрягало, я как-то не очень привыкла, чтобы мною дышали. Хотя как же красиво звучит, когда дышат лишь тобою… Опять попытавшись вразумить свои мозги или хотя бы немного загнать их на место, я уже перевела взгляд на черненького.
– А я Алан, – он так заразительно улыбался, что мне не осталось ничего иного, как улыбнуться в ответ.
– Мари, – почему-то представилась я своим коротким именем.
– Мари, – промурчали эти коты.
Я даже огляделась по сторонам, чтобы понять, не изменяют ли мне уши, и точно ли я слышу это урчание именно от этих людей.
– Где я? – не стала я церемониться и решила сразу же выяснить, куда меня занесло, стараясь не думать о вчерашнем бреде или же сегодняшнем продолжении.
– Дома, в замке, – взял слово беленький. Он приподнялся и сел на кровати, опираясь на одну руку.
Мышцы на руках тут же пришли в движение, отчего я завороженно засмотрелась на эту красоту. Честно признаться, я никогда вблизи не видела так красиво сложенных мужчин. Особенно когда у них вот такие хорошо прочерченные, четко выделяющиеся мышцы. Все эти кубики на животе, да и накачанная грудь с бусинками сосков не оставили меня равнодушной.
Я любила все красивое, а красивыми людьми просто восхищалась. Сама я не могла похвастаться идеальной фигурой – кое-где намечался жирок, а где-то неплохо было бы и подкачаться. Но вот то, что было сейчас передо мной, просто восхищало, заставляя предательскую слюнку собираться во рту.
– Какой красивый рисунок, – теперь уже отвлек меня черненький.
Я проследила направление его взгляда – это оказалась моя рука с той самой временной татушкой, которую мне нарисовали красками в студии красоты. Только теперь это был не простой рисунок птицы, а настоящий, словно живой, огненный феникс в полете. Язычки пламени срывались с его крыльев, а глаза аквамаринового цвета горели ярким напоминанием о цвете моих линз. Сейчас я их совершенно не ощущала, видимо, закончился мой вчерашний порыв стать другой, стать более нужной и любимой.
Удивленно еще раз посмотрев на татушку, я потерла ее пальцем и даже поскребла ноготком. Увидев, что моего прекрасного френча уже нет на ногтях, опять расстроилась, ведь ему еще рано слезать было.
– Что-то не так? – спросил меня тот самый черненький, который так же внимательно рассматривал птичку вместе со мной.
– Все так, – не стала я ему рассказывать о женских проблемах, когда красивый маникюр начинает портиться или же, не дай бог, ломается ноготь прямо перед важным мероприятием.
– Так все-таки, где я нахожусь? – дом, замок – это, конечно, все чудненько, но вот более реальный ответ меня бы устроил больше.
А замков, которые бы находились в нашем городке, я никогда не видела, так что адреса, естественно, не знала. И желательно его выяснить до момента, когда меня попросят отсюда. Все же такси заказать заранее лучше, чем потом, как дурочка, стоять на улице в одиночестве и ждать его.
– Это родовой замок Кении, – черненький уже с интересом разглядывал меня.
А я была после сна, вся помятая и, скорее всего, непрезентабельная. Неловко отстранилась и посмотрела на второго мужчину, который так же, как и черненький, не спускал с меня глаз.
– А где он находится? – я не то чтобы теряла терпение, но все же никак не оставляло беспокойство, что еще с самого пробуждения маленьким червячком поселилось в душе.