Одна маленькая глупость (СИ)

— Нечего мне с ней делить, — однако для правды это прозвучало чересчур сердито, что Лерка тут же и подтвердила, добавив: — Просто она никак от Севки не отцепится. Смотреть противно.
— Так не смотри. Ты же с ним окончательно рассталась, верно?
В ответ племяшка тяжело вздохнула и попросила: — Клим, поставишь чайник?
Я послушно включил конфорку, принимая Леркино нежелание развивать эту тему. Захочет — расскажет сама.
И она рассказала.
— Знаешь, я тут всё думаю… Я, наверное, дам Севке второй шанс, если он снова об этом заговорит.
Чай был почти допит, и я потихоньку начинал клевать носом.
— Всё ещё любишь его?
— Наверное, — Лерка провела указательным пальцем по бортику чашки. — Никак забыть не получается.
— Может, это оттого что вы видитесь почти каждый день?
— Но мы же не общаемся. Я вообще на него стараюсь не смотреть.
Что, видимо, плохо получается.
— Лер, это твоя жизнь и твоё право, — я сумел-таки поймать её взгляд. — Я, со своей стороны, могу лишь дать тебе два совета: будь честной и не забывай о контрацепции.
Племяшка фыркнула, однако вместо язвительного ответа поднялась из-за стола: — Ладно, я спать, нам завтра к первой паре. Скажешь Колесникову, что я одобрила его кандидатуру?
— Сама скажешь, причём вежливо.
— Ну, хорошо, — Лерка коротко меня обняла. — Спокойной ночи. Я буду рада, если у вас всё сложится, честно.
— Спасибо, — от души поблагодарил я. — Спокойной ночи, и не забывай — ты всегда можешь на меня рассчитывать.
— Кроме случая, когда надо пойти на дискотеку в качестве моего парня? — бледно усмехнулась племяшка.
— Ну, в итоге же я туда пошёл.
— Засчитано, — и Лерка ушла из кухни. А я посмотрел на пустые чашки, на часы, воскресил в памяти сегодняшние рабочие планы и с кряхтением встал на ноги. Придётся заваривать чифирь, иначе у меня есть все шансы уснуть лицом в клавиатуру. Но прежде, как и обещал, напишу Диме.
«Поговорили, всё хорошо. Тебе рады».
***Димка***
Несмотря на полученное вчера сообщение, с подошедшей к нему перед занятиями Леркой он поздоровался не без настороженности.
— Расслабься, Колесников, — Сотникова вытащила из рюкзака несколько ксерокопий. — Если ты устраиваешь Клима, то меня и подавно, поэтому вот, — она протянула ему листы. — Субботние лекции, которые ты пропустил.
— Спасибо, — Димка был приятно удивлён. А он-то всё раздумывал, у кого попросить тетрадку.
— Не за что, — отмахнулась Лерка. — Ты ж вроде как не чужой теперь. Только учти, — тут она резко посуровела, — накосячишь — будешь иметь дело со мной.
— Не накосячу, — Димка легко выдержал её взгляд, и Сотникова, хмыкнув, первой отвела глаза.
— Завидую я тебе, Колесников, — с непонятной тоской заметила она.
— Почему?
— Потому что тебе офигеть, как повезло, — Лерка посмотрела куда-то ему за спину и отвернулась. — Пошли, там аудиторию открыли.
— Ага, — однако прежде Димка из любопытства оглянулся и увидел в начале коридора Севку и Соньку Василькову, разговаривавших на пионерском расстоянии друг от друга.
«Надо же, она что, до сих пор к нему неравнодушна?» — Димка задумчиво посмотрел Сотниковой вслед и неожиданно встретился глазами с зачем-то остановившейся у двери Никой. Конечно, девушка сразу же отвернулась и с независимым видом вошла в аудиторию, однако Димка всё равно успел ощутить укол вины, который чувствовал всякий раз, когда вспоминал свою идиотскую попытку влюбиться «правильно». После неудачного извинения за Бал первокурсников, они практически не общались — сухие кивки в ответ на Димкины «приветы» не в счëт. Он был бы рад исправить сделанную глупость, однако понятия не имел как, а Ника не собиралась ему в этом помогать. И вот, сидя на лекции и вполуха слушая русичку, Димка наконец сообразил, с кем можно посоветоваться.
«Клим, ты занят?»
Долгую минуту ответа не было, но затем «вотсап» всё-таки сообщил: «Нет».
«Можешь рассказать, как сделать так, чтобы тебя простили?»
«Попросить прощения».
Димке показалось, что он наяву слышит удивление в голосе Клима. Ну да, это ведь должно быть и ёжику понятно.
«А если не помогло?»
«А ты за то просил?»
Хороший вопрос. Димка припомнил диалог с Никой и своё блеяние про «извини за вчерашнее, ты очень классная, правда, давай, будем друзьями».
«Не уверен. А если снова просить, то как?»
«Искренне, без «но» и не переваливая ответственность на другого».
Хм.
«Ещё можно подкрепить слова действием», — добавил Клим.
«Каким?»
«Которое покажет, что ты действительно всё понял и больше не по этому поводу не налажаешь».
«А если я не знаю, какое это может быть действие?»
«Тогда можешь спросить у того, перед кем извиняешься. Кстати, кто это, если не секрет?»
Тут Димка почувствовал, что неудержимо краснеет от стыда. Он ведь Климу ничегошеньки про Нику не рассказывал, а теперь поди объясни.
«Одна девушка, я с ней встречался до Бала».
По Димкиному ощущению, Клим молчал невыносимо долго. Наконец он написал: «Поговори с ней сегодня», — на что Димка начал было строчить длинный ответ с доводами, почему сегодня точно не получится, однако успел одуматься до того, как нажал «Отправить». Безжалостно стёр свою петицию и вместо неё набрал короткое «Ладно». Потому что Клим был абсолютно прав — тянуть дальше просто не имело смысла.
— Ника, подожди, пожалуйста!
Спускавшаяся с университетского крыльца девушка, вздрогнув, обернулась и вынужденно остановилась на ступеньках.
— Можно с тобой поговорить?
Взгляд у Ники стал тяжелее каменной крыши портика, однако Димка выдержал его, как заправский Атлант.
— О чём? — наконец проронила девушка.
Димке хватило ума заменить первым пришедшее на ум «О нас» на более правильное: — О нанесённой тебе обиде.
Ника сжала губы в тонкую линию, но всё-таки кивнула.
— Я очень виноват перед тобой, в том числе за то, что так долго откладывал этот разговор.
Они шли бок о бок по такой памятной для Димки аллее, и, наверное, именно эта память поддерживала его решимость расставить все точки над «i».
— Тогда, в сентябре, я старался забыть другого человека, однако всё равно не имел права использовать для этого тебя. Мне очень жаль, чем хочешь поклянусь, и если я могу исправить сделанное, то скажи как.
— Никак, — Димкина спутница смотрела исключительно в сторону.
— Понятно, — сказать по правде, Димка и не рассчитывал на прощение. — Но если тебе вдруг понадобится помощь, то знай — ты всегда можешь ко мне обратиться. И… и я бы действительно хотел дружить с тобой, хотя понимаю, что теперь это никак невозможно.
Ника отрывисто кивнула и, выдавив из себя прерывистое «Пока», быстрым шагом устремилась обратно к корпусу. Догонять её Димка не стал, лишь проводил долгим взглядом.
«Вот ведь странно — она меня не простила, а я всё равно чувствую себя легче. Как будто наконец сделал нужное и важное дело».
========== Глава одиннадцатая, о любопытстве ==========
Всё-таки не зря я сделал оговорку про погоду — следующий день выдался из серии «как и не рассветало», а ближе к вечеру вообще начался дождь, мелкий и противный. Я вышел из последнего на сегодня офиса и, оценив творящуюся на улице мерзопакость, понял, что, как бы мне ни хотелось продлить сезон, пора ставить «голду» на прикол. И, будто соглашаясь с моим решением, в кармане негромко тренькнул смартфон.
«Ещё работаешь?»
В отличие от меня, Дима отстрелялся с учёбой больше часа назад и уже был в общежитии.
«Только что закончил. Поедешь со мной байк в гараж ставить?»
«Конечно!»
Я улыбнулся, как вживую услышав полный энтузиазма Димин голос, и написал: «Тогда выходи через пятнадцать минут».