Особняк с выходом в астрал
– Ты. Позавчера, когда пудрила мозги «постояльцу» Демину.
– Сама говоришь: мозги пудрила. В запале чего не ляпнешь. Лизка, – позвала она. – Никакой полиции, слышишь? Предчувствие у меня. Сунемся, и каюк нам.
– Почему?
– По кочану.
– Ладно, будем считать, вопрос решен. – И, чтобы отвлечься от опостылевшей темы, я спросила: – У тебя что нового?
– Сегодня тетка пришла. Думаю, перспективная.
– Чего хотела?
– У дочки проблемы. Спрашивала, чем все закончится.
– И что?
– Что-что… в посланиях на этот счет, как всегда, туманно. От себя присоветовала верить в лучшее и молиться. Пока ее судьба, точно весы: в какую сторону качнет, то и будет.
Способность Клавдии, не сказав ничего по сути, огорошить страждущих премудростью, которая звучит вроде бы по делу, неизменно меня поражала. Приходилось признать: у нее талант. Очевидную истину она изрекала как свежеиспеченную, усомниться в которой даже не приходило в голову.
– А что там с дочерью?
– Толком ничего не сказала, но, видно, что-то серьезное. Уж очень тетка убивалась.
– Ты хоть имя-то ее узнала? Теткино, я имею в виду.
– А то. Пока она рыдала, заглянула в ее сумку, отлучившись за стаканом воды.
Сумки обычно оставляли на диванчике в прихожей, на этом настаивала Клавдия, мотивируя это тем, что звонки мобильных не должны ее отвлекать. В сложных случаях подруга, под каким-либо предлогом покинув клиента, сумку проверяла. Как правило, пророчествам это здорово помогало. Хотя куда чаще гости очень охотно сами все о себе рассказывали.
– Чего нашла? – задала я вопрос.
– Пропуск в фитнес-центр.
– Годится, – кивнула я и отправилась в кабинет, рядом с приемной.
В кабинете было окно, выходившее в приемную и с той стороны замаскированное под зеркало. Я могла не только видеть, что происходит в соседней комнате, где подружка принимала клиентов, но и отлично их слышать. Меня, кстати, им слышно не было. Разговор я записывала, а также делала пометки. Под рукой у меня компьютер, и кое-какие сведения о страждущем я успевала найти довольно быстро. Когда матушка Евлампия отправлялась помолиться перед очередным пророчеством, под молитвенником уже лежал листок с напечатанным текстом.
Лично я смотрела на нашу деятельность как на игру, Клавдия предпочитала называть это «бизнесом». Как правило, моя помощь была необходима в работе с трудными клиентами, с прочими подруга сама прекрасно справлялась.
Клавдия протянула мне мобильный с фотографией пропуска, и я устроилась за компьютером.
– Трусова Нина Евгеньевна, – вслух произнесла я, пока заходила на сайт известного фитнес-центра. – Ага, вот она.
Клавдия села напротив и теперь взирала на меня так, точно я вершитель судеб. Надо сказать, продвинутым пользователем Клавдия не была. Став матушкой Евлампией, свои аккаунты из соцсетей удалила. На мое предложение рекламировать себя любимую через Инстаграм (матушка на молебне, матушка с благодарными старушками) молча покрутила пальцем у виска, хотя я подписана на одного предприимчивого батюшку, с которого Клавдия могла бы брать пример. Однако я с подругой не спорила. Технический прогресс вызывал у нее беспокойство, а возможность собрать в интернете массу сведений о любом индивиде даже пугала. Меня она считала гением, на что я обычно скромно пожимала плечами. Доброе слово, как известно, и кошке приятно.
– Абонемент на полгода по акции «Приходи вместе с другом». Другом оказалась Трусова Диана Борисовна. Думаю, это и есть ее дочь.
Я развернула монитор к Клавдии, выведя на экран обе фотографии. Особенно похожи женщины не были, но нечто общее в их внешности все же угадывалось.
– Это она, – кивнула подружка. – О дочери сможем что-нибудь узнать?
– Сейчас попробую.
Я, как обычно, начала с соцсетей. Диана училась в колледже, в следующем году должна была его закончить. Занималась спортом, участвовала в осеннем марафоне, на фотографии она в компании с другими девушками, но близкой подруги, похоже, не было. Как и бойфренда. Впрочем, девушке только-только исполнилось восемнадцать.
Клавдия достала новый блокнот из ящика, на обложке вывела буквы «Д» и «Т» и стала записывать сведения, показавшиеся ей интересными. Фотографии Диана публиковала один-два раза в неделю, но с позапрошлого вторника ни одного снимка.
– Куда-то уехала? – подняла голову Клавдия.
– Вряд ли…
Я откинулась на спинку кресла, а подруга вновь спросила:
– Что?
– Пока ничего. Надо подождать.
Ждать пришлось недолго. Я присвистнула и вновь развернула монитор к Клавдии. Заголовок в ленте новостей: «Убийство на парковке у торгового центра «Восток».
– В среду на парковке возле торгового центра был обнаружен труп женщины, – начала читать вслух Клавдия. – О господи!
Статья оказалась небольшой. Если коротко, говорилось в ней следующее: торговый центр закрывался в 22.00, но продуктовый магазин на первом этаже работал до 24.00. Убитая была одним из последних покупателей, на нее обратил внимание охранник, когда она выходила с тележкой из магазина. Он же несколькими минутами позже заметил еще одну девушку, которая направлялась к автобусной остановке. Кивком указал на нее коллеге. И тот на девушку, само собой, тоже внимание обратил. На следствии они свой интерес объяснили так: в магазине они ее не видели, хотя, конечно, могли не заметить, но верилось в такое с трудом, посетителей было уже немного, и все проходили мимо них. Один из охранников остался на месте, второй вышел на улицу покурить. Место для курения с торца здания, туда он и направился. И увидел стоящую на парковке машину рядом с микроавтобусом, на котором ездил его коллега. К тому моменту парковка практически опустела, только рядом с центральным входом оставалось еще с десяток машин. Женщина с тележкой свернула за угол, это охранники видели. А вскоре охранник заметил и тележку, в нескольких метрах от красного «Ситроена». В тележке находились пакеты с продуктами, что мужчина отметил сразу, и подошел к «Ситроену».
Минивэн скрывал от глаз жуткую картину. Молодая женщина в джинсах и ярко-красной куртке лежала на асфальте в луже крови. Голова разбита, лицо изувечено. Тут же валялась бейсбольная бита, которой, вероятно, и наносили удары. Охранник вызвал коллегу и сразу же позвонил в полицию. Та приехала очень быстро. На парковке к тому моменту находился один из водителей, ожидавший жену. Она как раз была последним покупателем, к тому же заподозрила обман, когда ей назвали сумму покупок, вместе с кассиром они дважды все проверили, в общем, изрядно задержались. Она вышла из магазина уже после того, как подъехала полиция. Женщина оказалась любопытной и на полицию внимание обратила, а когда муж принялся истошно сигналить, чтобы ее поторопить, поведала ему о случившемся. Охранники рассказали полицейским о девушке, которую видели направляющейся к остановке, и тут выяснилось, что муж, ожидавший благоверную, тоже ее видел. И не просто видел. Девушку зафиксировал авторегистратор, когда она проходила мимо. Теперь полиция ее разыскивает как важного свидетеля.
– Я не поняла, это что же, Диану убили? – закончив чтение, спросила Клавдия. Я закатила глаза.
– Здесь же написано, убитой тридцать лет, а нашей девушке восемнадцать.
– Тогда при чем здесь Диана?
– Смотри комментарии, – сказала я.
– «Важный свидетель, – начала читать вслух Клавдия. – Как же, они ей убийство припаяют, ментам работать неохота, вот и готовы все свалить на первого встречного. Диане Трусовой восемнадцать лет, хорошая, скромная девушка, я ее знаю. А они ее убийцей выставляют». Выходит, Диану в убийстве подозревают? – вытаращила глаза подружка.
– Если верить оставленному комментарию, то именно так.
– Чушь, – покачала головой Клавдия. – Восемнадцатилетняя девчонка с бейсбольной битой… Охренели менты.
– Впали в заблуждение, – поправила я.
– Охренели, – разозлилась Клавдия. – Должно быть, в самом деле работать не хотят.
– А может, для подозрений у них есть причина. Мы ведь не знаем, что они успели накопать.