Униженная невеста. Как выжить в замке Дракона (СИ)

Больше всего мне нравится, что здесь никого нет, и царит абсолютная тишина. И еще один плюс в том, что Марика явно не любитель книг, а значит здесь меня искать не будет.
Я иду вдоль стеллажей. Чего здесь только нет. Книги об охоте, о военном искусстве, о сельском хозяйстве, философские трактаты. Одна из книг меня заинтересовывает. Она называется «Любовь в огне».
Я протягиваю руку и вытаскиваю её. Пыль приходится просто сдуть. Обложка книги уже почернела, и я с трудом могу разглядеть на ней Дракона и какую-то девушку. Мне приходит в голову, что в ней тоже какая-то полезная для жизни информация. Я сажусь на стул и пробегаюсь глазами по строчкам.
  
Глава 30
 
«Истинная сбежала, а Дракон всё тосковал по ней».
О! Это интересно. И как же ей это удалось?
Я читаю дальше.
Уже на второй странице становится ясно, что это выдумка автора. Я закрываю книгу и смотрю, кто же это написал. Оказывается, что имя выдумщика Грэг Смарти.
— Грэг Смарти, ты меня чуть не обманул. А я тебе поверила, — говорю я, глядя на книгу и ставлю на место.
Книги по магии оказываются в самом дальнем конце зала, словно тот, кто расставлял стеллажи не хотел, чтобы до них добрались.
Я вытаскиваю книгу за книгой с особым трепетом внутри. В нашем доме магии не было совсем. Разве что травница приходила, когда мы в детстве болели, но это и магией-то не назовешь. А в детстве мне хотелось настоящих чудес. Чтобы настоящий кролик выпрыгнул из шляпы или превратить моих детских врагов в червей.
Пара ведьм у нас жили на болотах, и местные жители тоже ходили к ним лечится в особо тяжелых случаях. Всякие заговоры на любовь, наведение порчи отец запретил.
Я знаю, что только один раз ведьма была в нашем доме, это когда моя мама не могла родить меня. Боли у неё были чудовищные, а я всё не хотела покидать мамин живот. Резать её, как предлагала акушерка, отец не хотел. Мама бы ему не простила шрам, который остался бы после этого. Так что позвали ведьму.
Я даже помню, как слышала её голос.
— Я жду тебя здесь. Иди сюда.
И еще видела, как она вся в лучах света в виде красивой женщины стояла на поляне и манила меня рукой. А позади неё маленькие дети играли с зайчатами и котятами. Я тогда решила, что хочу к ним и начала двигаться вперед.
Но когда я оказалась в комнате, и ведьма взяла меня на руки, то она оказалась страшной старухой, и я заплакала от страха. Но меня тут же, к счастью, отдали маме.
Я перебираю и перебираю книги, а слово «Истинная» так и не мелькает в названии ни одной.
Да и как Истинная и магия могут быть связаны? Нашел маг Истинную для Дракона, а дальше они должны жить долго и счастливо и родить следующего Дракона. Конец!
А вот как Истинной скрыться от Дракона, это должно быть написано в такой книге, которая к Истинной точно не попадет.
Значит она где-то там. Я смотрю на книги, которые стоят под самым потолком. Слишком высоко. Я даже если встану на стул и, то окажусь лишь на середине стеллажа.
Я обхожу библиотеку, но нигде нет стремянки. Я огорчаюсь всё больше и больше. Не городить же мне пирамиду: ставить стул на стол. Да и то всё равно не достану.
Но как-то же оттуда книги берут?!
И тут я замечаю, что на каждом шкафу сбоку приклеена какая-то пожелтевшая от времени наклейка. На коричневых шкафах она почти не заметна.
На ней что-то написано на незнакомом языке. Но прочесть мне удается. Я произношу вслух: «Волейн плютео».
Меня подкидывает вверх, и я замираю в воздухе между полками. Когда я осматриваю библиотеку с высоты трех метров, меня охватывает восторг. Я это сделала! Но там еще вроде номер надо было назвать. И я повторяю: «Волейн плютео четыре». И тут же поднимаюсь выше. Подол моего платья свободно парит в воздухе.
И тут я хихикаю в кулачок от сознания: эта библиотека точно не для женщин! Ведь снизу любому мужчине видно, что у меня под платьем. Я даже слегка розовею, при мысли, что сейчас кто-то может войти. Надо быстрее искать!
Я плыву в воздухе вдоль полки, торопливо читая названия книг, но и здесь тоже ничего нет. Одна книга без названия на корешке, и я дергаю её на себя, чтобы вытащить, но не удерживаю, и она летит вниз. Раскрывается и падает. Листы сминаются. Я в ужасе быстро произношу:
 
— Волейн плютео один, — и мягко спускаюсь вниз.
Я бросаюсь к книге и разглаживаю страницы. А еще всматриваюсь в текст. Но это опять не то. Хотя она меня заинтересовывает другим.
«Чтобы домашние цветы не вяли, возьмите корень снурьки, выкопанный в полнолуние, смешайте с водой серебристого озера и опрыскайте растение».
Это уже интересно. Когда мы были детьми, то, чтобы приучить нас к дисциплине, отец выдал нам каждой по цветку и потребовал, чтобы мы за ними ухаживали. У кого первой цветок погибнет, та и будет наказана. Ну, конечно, цветок у меня умер первым. Я поставила его на подоконник, а потом служанка его прикрыла шторой, где он у меня и завял. А вот, что мне оказывается нужно было сделать!
Я начинаю с интересом листать книгу, узнавая всё больше и больше: как вырастить огромную тыкву, как получить двухметровый укроп.
Мне это было совсем не нужно, огородницей я становиться не собираюсь, но написано увлекательно.
Когда настаёт время обеда, то я бегу неприлично быстро в другой конец замка. Передо мной мелькают удивленные лица слуг, но меня это не волнует. В последнюю минуту я степенно захожу в столовую, стараясь дышать ровно.
Большой стол накрыт закусками. Родители Ролдэна и придворные дамы сидят на своих местах и уже начали есть.
Адора бросает на меня неодобрительный взгляд и наставительно заявляет:
— В столовую положено являться за десять минут до начала обеда.
Я киваю. У нас дома можно было и опоздать и никто бы и слова не сказал. И тут я замечаю, что Ролдэна нет за столом: место справа от меня пустует.
Он входит с Марикой, когда подают суп. Конечно же, ему Адора и слова не говорит. А только улыбается:
— Задержался, мой мальчик. Весь в делах. Садись скорее, а то суп стынет.
На Марику она не обращает внимания, словно та пустое место.
Я фыркаю про себя. А теперь, между прочим, я хозяйка в этом замке, а время Адоры прошло, так что тоже имею право и опаздывать, и диктовать правила.
Дайого не вмешивается, предоставляя жене заниматься бытовыми делами.
Я стараюсь, как можно быстрее съесть суп, ведь книга ждет, но под раздраженным взглядом свекрови уменьшаю скорость и перестаю быть похожей на оголодавшую нищенку.
Наконец, суп у всех заканчивается в тарелках.
Я в нетерпении дергаю ножкой под столом, в ожидании пока принесут горячее.
Когда передо мной ставят тарелку с мясом и овощами, я тут же хватаюсь за нож и пилю мясо на куски, не хуже, чем лесорубы орудуют пилой.
— Откуда такая невоспитанность в тебе? — у Адоры аж дыхание от возмущения перехватывает, когда она видит это.
— Разве твоя мать тебя ничему не научила?
А вот это она зря! Мама для меня святой человек, и я никому не позволю думать о ней плохо.
  
Глава 31
 
— Я вас попрошу не трогать мою мать! — эти слова неосознанно слетают с губ. Хотя я бы в любом случае это сказала.
— Какой-то звереныш, а не приличная девушка, — высокомерно произносит она. — Остаешься без ужина.
Да, плевать я хотела на её ужин. Я уже, не думая об этикете, запихиваю в рот куски мяса, а когда тарелка пустеет, то выбегаю из столовой. Мельком я вижу, как Адора только качает головой. Похоже, я нажила себе еще одного злейшего врага.
Я бегу назад в библиотеку. Она точно станет для меня настоящим убежищем.
Я до позднего вечера читаю разные книги, пока мне не кажется, что моя голова заполнена до предела. А еще мне нравится левитировать. Такое чудесное чувство, когда паришь в воздухе.
Я оставляю недочитанные книги стопкой на столе. Я вернусь сюда завтра.
Я бреду по пустым тихим коридорам в свою комнату. Единственное что мне не нравится, так это то, что придется пройти около двери Ролдэна.