Мы – плотники незримого собора (сборник)

У Нибли увлажнились глаза. Он сделал глубокий вдох. Сердце заныло, и его прошиб озноб.
Кролл собирался что-то ответить, но тут задребезжал гонг, и какой-то голос прокричал команду:
– По местам стоять! Комендоры – к орудиям. Гамаки! Старт!
– Старт!
– Отсюда – никуда! – велел старику Кролл.
Он выскочил из отсека и бросился вверх по ступенькам, оставив Нибли одного в широкой тени мрачного Дугласа, а тот с нескрываемым презрением окинул его взглядом с головы до пят.
– Так, значит, ты знаешь про дуги, параболы и орбиты так же хорошо, как мои машины?
Нибли кивнул, раздосадованный тем, что Кролл ушел.
– Машины, – взвизгнул Нибли, – не способны делать всё на свете! У них нет интуиции. Они не разбираются в диверсиях, ненависти и спорах или в людях. Машины слишком долго думают!
При этих словах Дуглас смежил веки:
– А ты, значит, быстрее?
– Я – быстрее, – заверил его Нибли.
Дуглас щелчком отправил окурок в щель стенной урны.
– Вычисли орбиту!
Нибли зыркнул.
– Промахнешься!
Дымящийся окурок валялся на полу.
Дуглас волком посмотрел на окурок.
Нибли хрипло рассмеялся. Он проследовал к своему противоперегрузочному гамаку и застегнулся на змейку.
– Не дурно! Не дурно! Гм-м?
Корабль зарокотал.
Злющий Дуглас подобрал сигарету, отнес ее к своему гамаку, забрался внутрь, застегнулся на змейку, а затем нарочно снова щелкнул по сигарете. Она полетела мимо.
– Опять промах, – предсказал Нибли.
Дуглас еще пялился на упавшую на пол сигарету, когда корабль сбросил с себя силу притяжения и взмыл в космос навстречу астероидам.
* * *
Марс уменьшился до размеров звездочки. Невидимые железные астероиды безмолвно проносились по своим траекториям, оказываясь все ближе и ближе, назло ракете…
Нибли разлегся у большого толстого иллюминатора, чувствуя, как компьютеры подпольно конкурируют с ним, вычисляя метеоры и соответственно корректируя курс «Терры».
Дуглас молчаливо и напряженно стоял за спиной Нибли. Поскольку это он был механиком-вычислителем, то Нибли подчинялся ему. Он должен был ограждать Нибли от неприятностей. Так сказал Кролл. Дугласу это совсем не нравилось.
Нибли пребывал в отличном настроении. Всё было как в старые времена – здорово! Он смеялся. Махал руками чему-то за иллюминатором.
– Эй, там! – звал он. – Метеор, – походя объяснял он Дугласу. – Видишь его?
– Тут жизни на кону, а ты расселся и развлекаешься!
– Нет, не развлекаюсь, а делаю разминку. Я способен видеть, как они летят во все стороны, сынок. Истинная правда.
– Кролл – просто недоумок, – буркнул Дуглас. – Конечно, у тебя были удачные озарения в прошлом, до того, как сконструировали надежный компьютер. Несколько удачных озарений – и ты жил за их счет. Твое время прошло.
– Я и теперь – парень хоть куда!
– А когда ты вылакал кварту какого-то пойла и чуть не отправил на тот свет целую туристическую группу? Я об этом слышал. Достаточно сказать одно слово, как у тебя ушки на макушке, и это слово – «виски».
От этого воспоминания во рту у Нибли началось не на шутку обильное слюноотделение. Он виновато сглотнул слюнку. Дуглас фыркнул, повернулся и вышел из отсека. Нибли внезапно схватил разводной ключ и метнул его. Ключ стукнулся, брякнувшись о стену, и грохнулся на пол. Нибли засипел:
– У ключа своя орбита, как у всего на свете. Я произвел кое-какие расчеты. Чуть-чуть бы ошибся, и припечатал бы этого негодяя!
Воцарилась тишина. Он вернулся, прихрамывая, на свое место и устало уселся наблюдать за звездами. Он ощущал вокруг себя всех членов экипажа. Теплые нечеткие электрические сигналы их страха, надежды, отчаяния, усталости. Орбиты каждого из них теперь выстраивались в параллельную траекторию. Все пребывали с ним на одном курсе. А астероиды проносились мимо с нарастающей быстротой. Через несколько часов их ждет встреча с главным скопищем осколков.
И вот, наблюдая за космосом, он ощутил, как некая темная орбита вступает во взаимодействие с его собственной. Орбита оказалась неприятной и внушающей страх. Она приближалась. Она была зловещая. И уже находилась поблизости.
 
Через мгновение по ступеням поднялся высокий мужчина в черной униформе и стал, разглядывая Нибли.
– Меня зовут Бруно, – представился он.
Он нервничал и все время озирался по сторонам, обшаривая взглядом стены, пол и самого Нибли.
– Я корабельный диетолог. Почему вы здесь? Спускайтесь в кафетерий. Поиграем в марсианские шахматы.
Нибли ответил:
– Вы проиграетесь до ниточки. Ничего у вас не получится. К тому же мне приказано никуда отсюда не отлучаться.
– Почему?
– Не ваша забота. У меня свое задание. Я всё подмечаю. Умею прокладывать особый курс особыми способами. Даже капитан Кролл до конца не знает, зачем он взял меня в этот рейс. У меня же на то имеются личные причины. Я вижу, отслеживаю их подлеты и отлеты и с точностью аптекаря могу вычислить все орбиты – метеоров, планет и людей. Вот что я вам скажу…
Бруно слегка подался вперед. На его лице читалось чрезмерное любопытство. Нибли почуял что-то неладное в этом человеке. Он выбивался из общего русла. От него… странно… попахивало. И он оставлял малоприятное впечатление.
Нибли прикусил язык.
– Хороший выдался денек.
– Говорите, – сказал Бруно. – Вы что-то хотели сказать?
По лестнице уже поднимался Дуглас. Бруно свернул разговор, козырнул Дугласу и ушел. Дуглас был отнюдь не рад встретить его.
– Что тут понадобилось этому Бруно? – спросил он старика. – Капитан приказал, чтобы ты ни с кем не общался.
Морщинки у Нибли сложились в улыбку.
– С этим Бруно держи ухо востро. Я вычислил все его орбиты. Вижу его движение. Вот, он в сей миг находится в афелии и возвращается.
Дуглас нахмурился.
– Ты думаешь, Бруно работает на банду марсианских промышленников? Если бы я заподозрил, что он замыслил помешать нашему возвращению в колонию на Юпитере…
– Он еще вернется, – сказал Нибли. – Перед тем как мы войдем в сплошной Пояс астероидов. Вот увидишь.
Корабль резко свернул в сторону. Компьютеры только что отвели его от метеора. Дуглас улыбнулся.
Это раздосадовало Нибли. Машина ела его хлеб. Нибли задумался и закрыл глаза.
– Вот летит еще парочка метеоров! На этот раз я переиграл машину!
Они замерли в ожидании. Уворачиваясь, корабль дважды отскочил в сторону.
– Ах, черт побери! – вырвалось у Дугласа.
* * *
Прошло два часа.
– Мне там, наверху, стало скучновато, – произнес Нибли извиняющимся тоном.
Капитан Кролл поднял на него глаза из-за обеденного стола, за которым сидели еще двенадцать человек – Уильямс, Симпсон, Хайнс, Бруно, Макклюр, Лейбер и другие. Все поглощали пищу, но без аппетита. Всех слегка подташнивало. Корабль все время рыскал и метался взад-вперед. Вскоре предстояла встреча со сплошным Поясом астероидов. Вот когда затошнит не на шутку.
– Так и быть, – сказал Кролл. – В этот раз можешь пообедать с нами. Но запомни, только в этот раз.
Нибли ел, как вконец оголодавший хорек. Бруно все глазел и пялился на него и, наконец, поинтересовался:
– Ну, так как, сыграем в шахматы?
– Нет, я все время выигрываю. Не хочу бахвалиться, но еще в школе я был лучшим полевым игроком и ни разу не попал в аут. Самым лучшим!
Бруно отрезал ломтик мяса.
– Чем ты занимаешься, старикан?
– Выведываю, что куда катится, – уклончиво ответил Нибли.
Кролл метнул взгляд в Нибли. Старик заторопился.
– Впрочем, я и так знаю, куда катится Вселенная, будь она неладна.
Все подняли глаза от своих тарелок.
– Но если скажу, ты мне не поверишь, – рассмеялся старикан.
Кто-то присвистнул. Остальные захихикали. Кролл вздохнул с облегчением. Бруно поморщился. Нибли продолжал:
– Это чистое ощущение. Как нельзя описать звезды слепцу, так и нельзя никому описать Бога. Если бы мне вздумалось, я бы вывел формулу, а если бы это сделали вы, то окочурились бы от отравления математическими символами.