Третий не лишний? (СИ)

Это было похоже на помутнение рассудка: когда не видишь и не слышишь ничего вокруг. Есть только желанное тело, распластанное под тобой, которое сейчас станет твоим.
Плевать на подготовку, на защиту — потерпит. Сам этого хотел.
Ханно попытался было стянуть с Брайана трусы, а когда не вышло, схватил с кухонного стола нож и разрезал их. Пинком раздвинул ему ноги, на секунду залюбовавшись проработанной спиной и крепкой задницей. Член уже давно стоял, думать о чем-то, кроме того, что сейчас он засадит этому чёртову придурку, который появился из ниоткуда и все испортил, сил не было.
Брайан, до этого лишь усмехавшийся лицом в пол и терпящий тычки, напрягся было, боковым зрением заметив в руке Ханно нож. Но тот просто срезал с него трусы, случайно оставляя царапину на коже. В голове совершенно некстати закрутилась мысль, что трусы жалко — его любимые, кляйновские, и сидели они на нем красиво. Но снявши голову, по волосам не плачут. Брай тихо вздохнул и попытался максимально расслабиться.
Он знал, что его ждет. Два пальца вошли в него резко и без прелюдий. Брайан выдохнул, но сопротивляться не стал. Все шло по плану.
А у Ханно будто распрямилась внутренняя пружина. Он мял, царапал и кусал его тело, как дикий зверь, оставляя отметины. Когда мелкий наконец ему вставил, Брайан выдохнул и сцепил зубы, чтобы не заорать. Слюна — хуевая смазка, два пальца на десять секунд — такая же хуевая растяжка. Да, он далеко не девственник, но Макс всегда был с ним осторожен, а кроме него у Брайана за последние два года вообще никого не было.
Мысли разом выбило из головы резкими фрикциями. Ханно драл его не щадя, что-то выстанывая то на немецком, то на английском. Брайан мог разобрать только: «шлюха… горячий… ненавижу…».
Наверное, так с сходят с ума. Мозг отключается, остаются инстинкты. Ханно никогда не был агрессивен, ни в постели, ни в жизни, но сейчас он словно бы не был в полной мере собой. Или же, у него было слишком мало секса в последнее время? Иначе почему он чуть не задохнулся от жара и тесноты, почему оставлял на теле Брайана синяки и следы зубов?
Ханно двигался глубокими, сильными точками, вцепляясь в бёдра Брайана, только с одним желанием в пустой голове — оттрахать это тело, чтобы потом Брайан-чертов-Смит ноги не смог свести. Словно в угаре или под наркотой… С Максом он никогда не решился бы на такое, даже в качестве игры.
Ханно будто оключился, и мог только двигаться. Словно хотел отплатить за каждый наглый взгляд или дерзкое слово в свою сторону. Он двигался то быстро, то замедляясь, рассматривая Брайана. Раздражающий, действующий на нервы… но очень красивый. На напряженной спине видно каждую мышцу, так и хочется погладить. Почувствовать, такие ли они крепкие, как кажутся. Наверное, он сошёл с ума: посчитал кого-то красивым, когда есть Макс.
Но раз Макс любит Брая, значит, что-то в нем есть?
Возбуждение усиливалось, обволакивало, постепенно собиралось между ног. Ханно лег на Брайана, прижимаясь грудью к спине и ненарочно меняя угол проникновения. Он уже давно не держал его силой.
Ханно не старался сделать приятно, но Брайан вдруг почему-то задышал чаще и двинул бедрами навстречу. В ответ Ханно дернул Брая на себя — и услышал громкий стон.
” Да, вот так… ” Острое, как игла, удовольствие, прошило Брайана от макушки до пяток. Он выдохнул и попытался насадиться сильнее. Мелкий, почувствовав это, перевернул его на бок и трахал уже осторожнее, яростно дроча его член. Боль притупилась, а удовольствие с каждым толчком и вовсе перекрывало ее. Губы Брайана сложились в насмешливую полуулыбку: все получилось даже лучше, чем он рассчитывал. Ханно отпустил себя, он засаживал ему глубоко и грубо, безошибочно проходясь членом по простате, и очень скоро Брай без сил откинул голову на пол, задыхаясь от охватившего его удовольствия и спуская Ханно в руку.
За секунду до оргазма Ханно уткнулся лицом в коротко стриженый затылок — как привык делать с Максом, но совесть почему-то молчала. Даже когда он неосознанно коснулся поцелуем соленой от пота шеи.
 
Точно сошёл с ума. И позже он об этом пожалеет.
Кусок реальности будто вырезали. Брай очнулся первым. Разбитая бровь и губа саднили, а задницу адски пекло. Поморщившись, он дотронулся до ануса кончиками пальцев — на них осталась лишь сперма. С облегчением выдохнув, что мелкий его не порвал, Брайан попытался встать. Морщась и кряхтя, как дед, наконец смог поднялся, держась за стол.
Ханно пришёл в себя, когда теплое тело рядом пропало. И до него внезапно дошёл весь кошмар случившегося. Вскочив на ноги, он со страхом посмотрел на пошатывающегося Брайана, отмечая все царапины, укусы и синяки, что оставил на его теле.
— Ты… ты как? — Ханно нерешительно дотронулся до плеча американца.
— Что?
Хриплый голос Брая напоминал карканье. Очень хотелось пить, а лучше выпить. Вроде и добился, чего хотел — Ханно теперь его должник. Но на душе почему-то было погано.
Когда Ханно разглядел Брайана получше, его охватил самый настоящий ужас.
— У тебя кровь, — Ханно побежал за аптечкой.
Что он наделал?! Как он мог?! Его колотило от осознания, что это он во всем виноват. Рука с намоченным спиртом ватным диском дрожала.
— Сядь или пригнись, пожалуйста, — еле слышно попросил Ханно и принялся стирать кровь с лица Брайана. Что теперь делать, он и понятия не имел. — Ещё что-то болит? — он хмуро осмотрел раны на брови и губе, а внутри все кричало — ты, ты виноват. — Чем мне помочь?
Нервный смешок вырвался сам. Да уж, Ханно, допомогался. Лучше всего заткнись и избавь человека от своего присутствия.
— Да не суетись ты, — Брай поморщился от прикосновения намоченной спиртом ваты к лицу. — Нормально все, бывало и хуже. Лучше царапину от ножа прижги чем-нибудь. И вообще, я любил эти трусы. Они из новой коллекции, так что с тебя комплект.
Он попытался улыбнуться и тут же охнул: рана на губе снова лопнула и начала кровить.
Ханно суетился вокруг со скорбным выражением лица, что очень удивило Брайана. Неужели мелкий такой совестливый? Тот выглядел будто побитая дворняга, которую до этого приманили колбасой.
— В этом доме есть что-нибудь покрепче пива? — спросил Брай, снова улыбнувшись — на этот раз осторожно, лишь краешками губ. — И перестань выглядеть таким виноватым! Я не сопротивлялся и даже получил удовольствие.
Ханно неверяще качал головой. Какие ещё трусы, нашёл о чем думать… Он прижег царапину от ножа йодом, и виновато посмотрел Брайану в глаза:
— Я не спросил, а ты не согласился. Так что дело ясное, — Ханно взъерошил волосы обеими руками, а затем обхватил себя ими, будто мерз. — Если не прозвучало четкое «да», значит, это насилие.
Вопрос про выпивку удивил. Хотя, это как раз неудивительно.
— Коньяк будешь? — тихо спросил он. — Я достану, пока ты приводишь себя в порядок…
Ханно запнулся, потому что Брайан взял его за плечи и развернул к себе, глядя в глаза. Хоть синяки и порез саднили, но чувствовал себя он вполне сносно.
— Слушай, при всем уважении к твоим силе и габаритам, но если бы я хотел вырваться — я бы вырвался. И я не сказал «нет». А вот коньяк — это отличная идея. Халаты в этом доме водятся? Боюсь, в моем гардеробе они отсутствуют как класс.
Мелкий совсем раскис. Это почему-то беспокоило. Брайан с удивлением понял, что видеть убитое выражение на этом лице ему не нравится. Злость, радость, ехидство — да, но не такое дикое отчаяние. Не устояв, он задержал Ханно и успокаивающе погладил его предплечья. Мелкого била сильная дрожь. Выматерившись сквозь зубы, Брайан притянул его к себе и крепко обнял, поглаживая прямую спину.
— Это я должен тебя утешать, — пробормотал Ханно куда-то Брайану в плечо. Тот был тёплым и отпускать его не хотелось. Ханно глубоко вздохнул и взял себя в руки.
— Я сейчас все принесу, — произнёс он, стараясь следить за лицом и голосом.
Первым делом отыскал халат Макса — Брайн выше, но не слишком, должен подойти. Накинув такой же, он выставил на кухонный стол бутылку и два бокала.