Ученичество. Книга 1 (СИ)

— Капитан мой давний должник, — кивнула Грейс. — Он не будет мутить воду.
Ректор на это лишь молча кивнул.
— Еще нам надо решить, что делать с парнем, — добавила декан.
— А тут есть вопросы? — хмыкнул ректор. — Ему нужно правильное воспитание и обучение, чтобы достичь потенциального уровня. И ты, Грейс, в этом понимаешь лучше других.
Профессор Коннорс кивнула, как на само собой разумеющийся факт.
— Я про другое, — сказала она. — Когда нам следует объявить о новом гении?
Вопрос был понятен. Сейчас Хардену, как вода в пустыне, требовались какие-то положительные новости. Появление юного гения могло бы здорово помочь в некоторых деловых сферах.
— Я бы не спешил, — подумав, ответил Альфред. — Потенциальный уровень на то так и называется, что достигают его далеко не всегда. Мы поставим себя в глупое положение, если растрезвоним о появлении «двойки», а тот окажется бездарностью.
Возражений от собеседницы не последовало. За годы управления Харденом Альфред Блекторн показал себя как грамотный, хоть и осторожный политик, решениям которого можно было доверять.
— Ты же видела его, говорила с ним, — посмотрел на женщину Альфред. — Что тебе сказало твое знаменитое чутье?
Вопрос был задан не просто так. Первую половину своей жизни Грейс отдала работе «в поле», а вторую часть учила молодых аколитов братства. Благодаря богатому опыту у нее выработалось острое чутье на перспективных учеников, которое редко подводило свою хозяйку.
— Он определенно непростой ребенок, — наконец произнесла женщина. — Не изнеженный сын богатея, но и не безмозглый выходец рабочей семьи.
— Такое ощущение, что он тебе пришелся по душе, — хмыкнул Альфред.
— Да, я определенно хочу его учить, — кивнула Грейс. — Ощущаю тягу к знаниям.
— Ладно, признаки хорошие, но спешить не будем, — произнес ректор. — И на празднике будем молчать.
На празднике Летнего перемирия, что должен был состояться завтра, Харден традиционно показывал людям молодое пополнение защитников. С тех времен, когда школа собирала под своими сводами множество магов, утекло много воды, но традиция осталась. В народе к государственным магам относились с большим уважением. Поэтому, даже несмотря на рухнувшие политические позиции школы, чиновники не решились опустить этот обычай.
— Если мы все решили по поводу этого, — вздохнув, произнес ректор, — то полагаюсь на тебя, Грейс. Этот парень может принести нам много пользы…
Обсуждение нового ученика было закончено. Оба собеседника перешли к другим хлопотам — нужно было еще подготовиться к празднику.
* * *
Пробуждение вышло… спокойным. Не было ни холодного, пропахшего смертью подвала, ни полицейского участка. Неопределенность ситуации прояснилась, у меня появился СВОЙ угол, где можно передохнуть и собраться с мыслями.
Я еще раз осмотрел помещение, где мне предстояло отныне жить. Совсем простая комната — небольшая, с минимумом вещей и одним окном, сквозь которое пускало лучи закатное солнце. Именно то, что мне и нравится. Никогда не любил избыточную роскошь — пыли от нее много, а пользы никакой.
— Неплохо, — произнес я вслух.
Тут же вспомнился самый важный момент дня, что затмевал собой все остальное. Словно боясь, что это было сном, я очень осторожно прислушался к себе.
Состояние все еще было далеко от идеального. Ощущалась слабость. Стоило только поднять голову от подушки, к ней добавилось и легкое головокружение. Однако сквозь неприятное жжение пробивалось ощущение живого огонька Дара, что мерно горел в груди. Я снова был магом.
Вместе с положительными новостями всплыли и совсем противоположные. Я совершил серьезное преступление по меркам своего прошлого мира — поглотил часть души другого человека.
Разумеется, беспокоился я больше не о каких-то законах. В конце концов, истинная жизнь мага — это поиск пути к истине. А он частенько ведет через запретные для обычных людей аспекты.
Проблема была в другом. Подобный поступок мог исказить разум. Здравомыслие и холодный рассудок — это важнейшие вещи для мага, потеря которых означает скорый конец.
 
«Ты поглотил только осколок, — вмешался внутренний голос. — Сама душа уже погибла и не рассеялась лишь по странному стечению обстоятельств, возможно, связанному с твоим вселением. Это не равнозначно преступлению пожирания живых душ, а значит, и демонизация не грозит».
Звучало логично, но расслабляться не стоило.
«Сейчас бы мне Душевзор, чтобы оценить изменения, — подумал я, продолжая прислушиваться к себе. — Да вот только как же к нему подобраться?»
У меня возникло ощущение, что в этом мире либо не открыли всех свойств Душевзоров, либо они были столь секретны, что не в курсе оказалась даже декан сильной магической школы. Иначе она бы ни за что не подпустила к нему детей.
— Однако он все-таки под усиленной охраной, — продолжил рассуждать я, вспоминая железную дверь, за которой хранился Душевзор. — Как бы мне туда попасть?
Получить доступ к Душевзору легло в уже и без того здоровенный список важных дел. Их набралось так много, что стало непонятно, за что хвататься первым, а что можно отложить.
«Надо отсортировать все по приоритету», — подумал я, вставая с постели.
Под размышления я сделал легкую зарядку, после которой открыл чемодан. Отыскав «мыльно-рыльное», покинул комнату, вышел в пустой коридор и направился в его дальнюю часть. Там, как я и предполагал, обнаружился туалет, а неподалеку — душевые.
Пока руки умывали лицо и выдавливали зубную пасту на щетку, мозг продолжал анализировать. Хотелось всего и сразу: заняться магией, утолить информационный голод, выяснить, что вообще происходит в этом мире, и многое другое.
«Успокойся, торопыга, — осадил меня внутренний голос. — Безопасность, забыл? В первую очередь веди себя, как и подобает пятнадцатилетнему юнцу, попавшему в школу, а уж потом дергайся».
Замечание было верным. Уроки по магии обязательно будут, да и ответы на вопросы найдутся. В конце концов, я попал в школу. Ну, и наверняка здесь будут преподавать и общеобразовательные предметы, так что и историю мира я потихоньку узнаю. А вот продемонстрировать всем, что в теле бестолкового подростка живет кто-то слишком умный, было не лучшей идеей.
«Если все само рано или поздно придет мне в руки, — продолжал рассуждать я. — То над чем стоит работать мне?»
А мне, похоже, оставалось учиться, учиться, и еще раз учиться. Душевзор хоть и казался нужным артефактом, но сейчас пытаться найти к нему доступ было слишком опасным делом. Куда правильнее будет заняться интеграцией в общество или, если проще — поиском друзей.
«Звучит по-детски, — мысленно фыркнул я. — То ли дело магия!»
Однако именно помощь людей привела меня сюда, а не магия, это стоило признать. Еще учитель говорил мне, что недооценка важности социальных связей для такого одиночки, как я — худшая уязвимость. Так было в прежнем мире, но уж если я начал с чистого листа, то почему бы не исправить это?
Как это бывает, рассуждения хоть особо ничего и не изменили, но зато добавили ясности и уверенности. Закончив умываться, я подошел к зеркалу и уже в более спокойной обстановке осмотрел себя.
«Ну, а что, — подумал я. — Шкет не смазливый, но вполне себе неплох».
Правильное телосложение и черты лица говорили, что вырастет из меня если и не писанный красавец, то вполне себе нормальный мужик. Ну, а густая шевелюра на голове после вмешательства Майки и вовсе смотрелась отменно. Молодость перевешивала любые недостатки. Я был в теле юнца, готового пробивать себе дорогу в этом новом мире.
От перспектив настроение скакнуло вверх. Поэтому из душевой я выходил уже вполне себе довольным жизнью. В ранее пустом коридоре обнаружилась одна знакомая фигура. Алисия стояла у моей двери и, похоже, ждала именно меня. Услышав шаги, она повернулась и кивнула, подтверждая догадку.