Случайный брак с миллиардером (СИ)

— Меня же не побреют налысо? — спрашиваю у стилиста шепотом. — Это точно не подходит образу невесты.
— Только если не подберут крутые парики, — подшучивает мужчина.
— Черт.
Меня отпускают, когда за окном успевает стемнеть. Я забираю два комплекта в чехлах, на которых налеплены фотки Полароид с инструкцией, как именно нужно заправить блузку, как застегнуть пояс и сколько пуговиц оставить незастегнутыми.
Я поднимаюсь наверх, где мне показывают мою комнату. Я сбрасываю весь груз в кресло и иду в душ. Я не обращаю внимание на комнату, уже в ванной понимаю, что даже не скажу какого цвета обои в спальне. Я получила слишком дикую порцию впечатлений, чтобы быть в состоянии воспринимать что-то еще новое.
Поэтому я игнорирую мраморно-позолоченную ванную и иду в душевую кабинку без вздохов пораженного видами туриста. Я наношу на тело мягкий гель с цитрусовым ароматом и ненадолго отвлекаюсь, забывая где я и почему я.
— Ничего, Светик, — подбадриваю саму себя. — Обвыкнемся, может, даже во вкус войдем. С Инной разберемся, сейчас сестре позвоним и придумаем, что с ней делать.
После душа я набрасываю на плечи махровый белый халат, замечаю ряд баночек на стеклянной полке у зеркала и нахожу питательную маску. Быстренько наношу ее и прихватываю с собой полотенце, чтобы вытереть им потом маску. В ванную я уже не вернусь, сейчас дойду до кровати и рухну, как полагается после трудного рабочего дня.
Я открываю дверь, делаю шаг и коротко вскрикиваю.
— Ты с ума сошел?!
Константинов лежит на моей кровати, вытянувшись во весь рост и закинув нога на ногу.
На нем домашняя пижама. Черный шелк в тонкую белую полоску. Элегантный, дорогой, идеальный… Не мужчина, а статный красавец, сошедших с рекламных страниц. Только вот почему на мою кровать?! Больше в огромном доме нигде не лежится?
А Константинов выглядит так, словно собрался спать. Занял правую сторону, скинул покрывало на пол и подбил под голову сразу три подушки.
— Погасишь свет, когда ляжешь? — лениво тянет он, бросая на меня короткий взгляд.
Короткий, правда, у него не получается. Он замечает маску с голубым оттенком на моем лице и нервно дергается, испугавшись, но через мгновение справляется с собой и снова выглядит невозмутимым. Он прикрывает глаза и всем видом показывает, что надумал ночевать именно здесь.
Я же смотрю на клавиши. Там столько кнопок с каждой стороны кровати, что можно включить/выключить любую лампочку в доме, и заодно завтрак в постель заказать. Но господин Большой Босс сам руку не протянет, он лучше распоряжение отдаст.
— Погашу, — я киваю и делаю уверенный шаг в спальню. — Как только ты уйдешь.
— Уйдешь? — он приоткрывает один глаз и смотрит на меня. — Я только пришел, милая. И чертовски устал, давай уже баиньки.
Он ласково улыбается мне, а в глазах откормленные чертята так и пляшут. Константинов выбрасывает правую ладонь и похлопывает по свободной стороне, приглашая. Его улыбка сразу становится другой — лукавой и с подтекстом.
— Не упрямься…
— Константинов, ты шутишь с огнём. Я сейчас со злости сделаю какую-нибудь глупость, и виноват в ней будешь ты!
— Я родился мужиком, я всегда виноват. Я привык.
Арррр!
— Ну и черт с тобой! Сладких снов!
Я злым шагом пересекаю комнату и подхватываю с кресла свою одежду. У меня нет сил препираться с ним и соревноваться в язвительности, я спать хочу! Забраться в мягкую постельку и забыться до следующего утра. Хоть чуть-чуть отдохнуть от этой избалованной физиономии!
Я направляюсь к двери, но Константинов вдруг поднимается на ноги и догоняет меня за мгновение. Это очень легко при его росте, один его шаг как три моих. Он вырастает передо мной неприступной стенкой и закрывает весь проход.
— Куда ты собралась?
— Здесь два этажа. Я найду где лечь, если тебе уж так приглянулась эта спальня.
— Черт, Света, может уже хватит? Шутки хороши в меру, — он взмахивает ладонью и запускает пальцы в свои жесткие волосы. — Иди в кровать. Я собираюсь спать, а не проверять, есть ли что-то под твоим халатом.
 
Он указывает на махровый халат, а я вдруг вспоминаю, что под ним как раз ничего. Я накрываю вырез ладонями и стягиваю ткань еще туже, на что Константинов изгибает бровь. Отлично, гад явно догадался, что белья на мне нет.
— Я не буду спать с тобой в одной кровати, — отрезаю.
— У нас скоро свадьба, ты помнишь?
— Ненастоящая.
— Для всех вокруг настоящая, — не отступает Константинов.
— Здесь можно не стараться, всем плевать ночуем мы в одной комнате или нет.
— А в гостях? В поездке? Будем снимать два номера в отеле? Слышал, молодые супруги именно так и делают.
Он понижает голос и перестает колоть иголками превосходства. Константинов неожиданно звучит взвешенно и спокойно, чем сбивает меня с толку. У меня на языке крутится очередная шпилька в его адрес, а вставить ее некуда. Он даже смотрит иначе.
— Я устал, Света. Я не хочу давить на тебя и вспоминать контракт, но мне нужно, чтобы ты уяснила ситуацию. Раз и навсегда. Мы не играем в игру, не развлекаемся, не устраиваем театральную постановку. На кону моя репутация и мой бизнес. Я не собираюсь рисковать и давать шанс идиотским случайностям. Ничего подобного, — он коротко качает головой. — Я привык всё контролировать.
— Я уже заметила.
— И привык приказывать тем, кому плачу деньги.
А мне он платит.
Константинов не произносит это вслух. И так очевидно.
— Поэтому мы будем жить как муж и жена. С этого дня. За одним только исключением, — он переводит взгляд на вырез моего халата, намекая на очевидное. — Чем быстрее ты привыкнешь ко мне, тем лучше.
Он протягивает ладонь и касается моего плеча, перебирая крепкими пальцами. Я обмираю, теряясь под катком его темного напирающего взгляда.
— Не надо, — выходит глухой шепот, от которого мне самой противно.
— Перечитай договор, я имею право. Я не могу раздевать тебя и склонять к близости, но тактильный контакт возможен.
— Мне не по себе, — я веду плечом. — Пожалуйста.
Константинов устало прикрывает глаза, но ладонь убирает.
— Я лягу на диване, — произносит он на выдохе.
После чего отступает в сторону и поворачивает к окну, рядом с которым расположен мягкий уголок. Константинов не идет за одеялом, а падает на диван прямо так. Я смотрю, как он подтягивает под голову небольшую декоративную подушку и вскоре замирает. Отключается буквально за секунду, как бывает, когда смертельно устал.
Я же стою в нерешительности, не зная, что мне делать. Прижимаю к груди чехлы с одеждой и чувствую, как покалывают пальцы острые углы фотокарточек Полароида.

— Сама подписала, — корю себя и подтягиваю чехлы повыше. — Сама дура.
Я проклинаю себя, но решаю остаться в комнате, тем более чувствую, что тоже скоро усну. Глаза уже слипаются. Я подхожу к кровати и бросаю чехлы на правую сторону на случай вторжения Константинова. Они зашуршат, если он вернется в кровать.
Потом вновь ныряю в ванную комнату и надеваю белье и длинную тунику. Самую длинную, какую только нахожу на полке. Халат тоже оставляю и завязываю двойной узел. Когда возвращаюсь в спальню, слышу размеренное дыхание мужчины. К счастью, он не храпит, но присутствие чужого человека (и пусть он трижды записан в договоре как будущий муж!) напрягает. Но делать нечего, я иду к кровати и уже хочу гасить ночник, как замечаю под ногами фотографию. Она отклеилась от чехла. Я поднимаю ее с пола и забрасываю на тумбочку.
Стоп.
Фотография случайно ложится обратной стороной и моему взгляду открывается ровный почерк. Чей-то рукой написано две строчки.
 
“Вам нужно поговорить с его бывшей женой без посторонних.
Я могу это устроить”.
Чуть ниже указан номер телефона.
  
Глава 6
 
Мне так и не возвращают мой телефон, хотя я несколько раз прошу то Инну, то других помощников привезти его из моей квартиры. Или позволить сестре передать его. Но нет, мне выдают новенький айфон и напоминают пункты договора, которые строго запрещают обсуждать с кем-либо отношения с Константиновым.