Ложь и правда о советской экономике
Понятно, что проведение новой реформы повлекло за собой и скорую смену руководства Госэкономсовета: в апреле 1960 года И. И. Кузьмин был отправлен в традиционную «почетную» отставку — послом в Швейцарию, а новым главой Госэкономсовета стал еще один зампред Совета Министров СССР — Александр Федорович Засядько. Именно при нем Госэкономсовет, напрямую подчиненный лично Н. С. Хрущеву, «стал центром экономического реформизма» и по его указанию, помимо разработок методик практики непрерывного планирования, оценки эффективности капвложений и оптимального размещения промышленного производства, хозяйственного расчета и новой системы оптовых цен, вскоре приступил к разработке т. н. «Генеральной перспективы развития народного хозяйства СССР до 1980 года» [657]. Концептуальной основой деятельности Госэкономсовета в ближайшие два года стали решения июльского 1960 года Пленума ЦК, поручившего Госплану СССР и Госэкономсовету разработать методические основы установления новых оптовых цен в промышленности [658]. Данное решение, инициированное Н. С. Хрущевым, стало его очередной «идеей фикс» об «институциональной конкуренции» различных госорганов и учреждений для повышения эффективности их работы. Однако на практике эта конкуренция сразу превратилась в междуведомственную борьбу, в которой каждое учреждение отстаивало свою концепцию перехода к новым оптовым ценам: Госэкономсовет — концепцию «цен единого уровня» для всех отраслей промышленности, а Госплан СССР — концепцию «ценовых привилегий» для тяжелой промышленности [659]. Причем в этом споре нового председателя Госплана СССР В. Н. Новикова, вступившего в должность 4 мая того же 1960 года, поддержали уже первый заместитель председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгин и глава Военно-промышленной комиссии Президиума Совета Министров Д. Ф. Устинов.
Тем не менее в тот период Госэкономсовет скорее усиливал свои аппаратные позиции как центра «хрущевского реформизма», обеспечивая координацию деятельности ученых-экономистов по разработке узловых вопросов развития народного хозяйства и осуществляя практическую работу по перспективному планированию его развития, а также по корректировке контрольных цифр народнохозяйственного плана 1960–1965 годов. Более того, судя по архивным документам, А. Ф. Засядько и глава Отдела экономической эффективности Л. А. Вааг обсуждали идею укрепления структур Госэкономсовета, занимавшихся перспективным планированием (сводных отделов и отделов планирования по экономическим районам) [660]. Однако тогда же плановики из Госплана СССР и Госкомитета по координации научно-исследовательских работ СССР «подложили свинью» главе Госэкономсовета, предложив создать при нем Главный вычислительный центр народного хозяйства, основной задачей которого стала бы обработка экономической информации, необходимой для планирования и управления народным хозяйством страны Госпланом, ЦСУ, хозяйственными госкомитетами, министерствами и ведомствами страны [661]. Все эти предложения были изложены в их записке «О некоторых вопросах совершенствования планирования народного хозяйства», отправленной Н. С. Хрущеву 11 октября 1962 года [662]. Историкам неизвестно, ознакомился ли Н. С. Хрущев с этой запиской или нет. Однако уже 10 ноября А. Ф. Засядько был отправлен в отставку и новым главой Госэкономсовета был назначен Петр Фадеевич Ломако — многолетний министр цветной металлургии СССР, работавший тогда заместителем председателя Бюро ЦК КПСС по РСФСР. А спустя всего две недели, 24 ноября, Госэкономсовет был преобразован в новый Госплан и фактически ликвидирован.
В своем выступлении на очередном Пленуме ЦК 19 ноября 1962 года Н. С. Хрущев объяснил данное решение тем, что в повседневной работе задачи Госплана и Госэкономсовета «часто сталкиваются» и «случается, что вопросы развития народного хозяйства, которые нужно поручать… Госэкономсовету, поручаются Госплану Союза и наоборот. Таким образом, нарушается тот главный принцип, который был заложен при организации этих двух важных органов» [663]. Однако Н. С. Хрущев так и не поведал Пленуму ЦК о реальной причине его ликвидации, которая, по мнению В. Л. Некрасова, «заключалась в междуведомственной борьбе между Госпланом СССР и Госэкономсоветом, а фактически — между Засядько и группой заместителей председателя Совета Министров СССР, в которую входили Косыгин, Устинов и Новиков» [664]. Более того, тогда яблоком раздора стала проблема разработки и реализации экономической реформы, и если бы Н. С. Хрущев поручил решение этой задачи А. Ф. Засядько, то это означало бы усиление его аппаратных позиций в составе Президиума Совета Министров СССР и ослабление позиций А. Н. Косыгина. По неизвестным причинам глава правительства так и не стал защищать А. Ф. Засядько и отправил его в отставку, а менее чем через год, в день своего рождения 7 сентября 1963 года, он скончался в возрасте 53 лет.
Между тем 24–29 июня 1959 года для обсуждения самых острых проблем выполнения плана семилетки был созван новый Пленум ЦК, где выступили председатели Московского, Ленинградского, Свердловского, Сталинского и Днепропетровского совнархозов К. Д. Петухов, С. А. Афанасьев, С. А. Степанов, И. И. Дядыка и Н. А. Тихонов [665]. По итогам обсуждения этих докладов были приняты ряд развернутых Постановлений, в том числе «О работе партийных и советских организаций и советов народного хозяйства по выполнению решений XXI съезда об ускорении технического прогресса в промышленности и строительстве», «О ходе выполнения постановления Пленума ЦК… об ускорении развития химической промышленности и особенно производства синтетических материалов и изделий из них для удовлетворения потребностей населения и нужд народного хозяйства» и «О мерах по дальнейшему подъему текстильной промышленности». Однако буквально через год, 13–16 июля 1960 года пришлось собирать аналогичный Пленум, где среди прочих выступлений вновь заслушивались отчеты глав Латвийского, Красноярского, Кемеровского и Карагандинского совнархозов И. Г. Гайле, П. Ф. Ломако, Л. Е. Графова и Б. Ф. Братченко [666]. По итогам Пленума приняли очередное Постановление ЦК «О ходе выполнения решений XXI съезда… о развитии промышленности, транспорта и внедрении в производство новейших достижений науки и техники», но конкретных и значимых подвижек оно так и не принесло.
Несмотря на то что на обоих Пленумах довольно откровенно говорили о технических и организационных проблемах советской экономики, целый ряд членов высшего руководства страны, в том числе Н. С. Хрущев, Ф. Р. Козлов, А. И. Микоян и А. Н. Косыгин, по-прежнему возлагали очень большие надежды на специализацию, унификацию и типизацию всей промышленной продукции, а также на создание поточных линий по ее производству. Однако крупные советские ученые и управленцы, в частности председатель Госкомитета по автоматизации и машиностроению СССР А. И. Костоусов, глава Госплана РСФСР К. М. Герасимов, директор Института автоматики и телемеханики АН СССР академик В. А. Трапезников и главный научный сотрудник Института экономики АН СССР профессор С. А. Хейман утверждали, что самые главные проблемы советской экономики заключались прежде всего в устаревшей структуре разработки и внедрения отечественных технических открытий и достижений и недостаточно развитой сети научных институтов, конструкторских бюро, испытательных стендов, полигонов и т.д.
Между тем надо напомнить, что еще в начале совнархозовской реформы Совет Министров СССР принял решение о том, чтобы в центральных органах республиканской власти, прежде всего в Совете Министров РСФСР, были созданы отраслевые и территориальные группы по совнархозам, областям, краям и автономным республикам. Более того, начиная с 1959 года в аппарате Совета Министров РСФСР стали явочным порядком проводить укрупнение этих подразделений и объединять территориальные группы с отраслевыми [667]. В результате все предприятия машиностроения, черной и цветной металлургии, нефтяной, угольной и химической промышленностей вошли в одну группу, получившую наименование «тяжелой промышленности». Таким образом, изначально отраслевой принцип управления де-факто сохранялся в виде отраслевых управлений совнархозов не только на местах, но и в самом центральном аппарате. В дальнейшем отраслевой принцип управления только усиливался, в результате чего, как совершенно справедливо отметили многие ученые, возникло одно из главных противоречий совнархозовской реформы: стремление сохранить централизацию управления при переносе основных управленческих функций на уровень самих регионов. Недопонимание самим Н. С. Хрущевым столь очевидного факта привело к тому, что недостатки в работе новой и нетрадиционной системы управления народным хозяйством страны стали устраняться традиционным путем — укрупнением самих СНХ, когда всем стало очевидно, что темпы экономического роста, которые заметно выросли с началом их работы, вскоре стали резко снижаться.