Что–то новое (СИ)

— Был у меня опыт…
— Боюсь себе представить, откуда у тебя эта хреновина…
— А это уже второй вопрос, дядюшка, — поднял бровь парень. — Что за история с «Кашалотом»?
— Ты давай, не отвлекайся. Видишь, я тебе маршрут проложил? Задача — уложиться в семь минут, время пошло.
— Нет проблем! — Гай сверился с прибором и, поведя штурвалом вправо, ушел на вираж. — Рассказывайте.
И фон дер Бодден рассказал.
На заре космической эры человечества, когда люди вышли за пределы Солнечной системы, для освоения Дальнего космоса у них было три основных инструмента. Первый — это полуавтоматический колониальный паром — рефрижератор — он вез тысячи замороженных тушек колонистов и всё необходимое для создания автономного человеческого общества. Тушки размораживались по мере приближения к пункту назначения — сначала команда, потом технические специалисты, военные и так далее и так далее…
Второй — это мир — ковчег. Предполагалось, что колонисты там будут жить полноценной жизнью, работать, рожать детей и нянчить внуков. Пятьдесят пять стандартных лет до ближайшей звезды — минимальное время подлета до ближайшей к Терре Проксиме Центавра, хотя на тот момент движки Розена — Кедальского — это был прорыв… Но всё — таки, полвека — это много, даже для людей, которые благодаря чудесам медицины имели тогда все шансы прожит по сто пятьдесят — двести лет.
Третий вариант — полностью автоматический комплекс, задача которого — обустроить планету земного типа для будущего заселения, скажем так, на перспективу. На борту — роботы под управлением ИскИна — оживший кошмар любого конфедерата.
— Шесть минут восемнадцать секунд, — сказал Гай. — Давай следующую траекторию.
Иоахим вбил на клавиатуре координаты.
— Так вот, комета…
— Какая нахрен комета? — удивился Гай.
— Комета Домейки. Период обращения вокруг Мамы — сто двадцать лет.
— Да на кой эта комета сдалась?
— Помнишь того диспетчера, ну который нас принимал? Он в первый раз зафиксировал передачу из хвоста кометы. И всем затрахал мозги про этот «Кашалот». Больше века назад.
— За сто двадцать лет? Представляю.
— Не представляешь! В общем, мы знаем, что «Кашалот» — это громадная хреновина из эпохи Первой волны, колониальный корабль. Но мы ни хрена не знаем, чем именно он является. И через два месяца, когда Домейка будет пролетать на минимальном от Причиндалов расстоянии — тогда — то у нас будут все шансы присмотреться к «Кашалоту».
— А почему просто не прыгнуть к комете?
— Шайзе, Гай, тебе в мозг точно мою память пересадили? Или всё — таки кусок моей задницы?
— А, доннерветтер, точно… А можно с вами?
  
20
 
Гала — почта мигала сообщением — дома его ждали! Видео с плачущей от радости мамой и визжащими сестрами Гай просмотрел три раза подряд. А потом нащупал в кармане кусочек пластика, на котором был написан адрес Эбигайль — ее рукой.
На душе защемило — может быть он и погорячился тогда. С другой стороны — ну а что он мог сделать? Кинуться оправдываться и объяснять, мол, это Хайтауэр с кулаками полез? Глупости всё это. Женщине в таком эмоциональном состоянии ничего доказать не удастся. Она уже всё решило, ей всё ясно.
Да и вообще — вся эта история с классическим служебным романом идеального лейтенанта — рейнджера и симпатичной девушки — пилота… Там было всё гораздо сложнее, по всей видимости. «Бывший жених» явно не считал себя бывшим, да и взгляды девушки, которые она бросала на Хайтауэра можно было истолковать весьма противоречиво… Гай постучал карточкой с адресом по столешнице, потом подумал и ввел адрес Эбигайль, сохраняя его на всякий случай. Написать ей сейчас? Ну уж нет. Запасной аэродром — это точно не про него.
«Тень отца Гамлета» дернулась, стыкуясь с орбитальной станцией «Абеляр‑1». Гай с удивлением узнал, что прямо сейчас строится «Абеляр‑2» и вообще — планетарное правительство заключило несколько крупных контрактов на поставки мяса, злаков, овощей и фруктов на шахтерские безатмосферные планеты, так что провинциальная родина получила хороший стимул встряхнуться и заявить о себе в большом космосе.
 
— Всё, можно на выход. Денег на билет на челнок хватит? — язвительно уточнил фон дер Бодден.
— Хватит, дядюшка, не переживайте, — в тон ему ответил Гай. — А вы вниз спускаться не будете?
— А чего я там не видел? Скотина, ковбои и пикапы? Я заказал техосмотр кораблика — тут у вас образовался неплохой сервис — вот присмотрю за ними…
Неплохой сервис по обслуживанию космических кораблей — на Абеляре? Гай почесал затылок. Что — то меняется!
«Абеляр‑1», кстати, внешне остался таким же как и пару лет назад. Гулкие полупустые коридоры, скачущая сила тяжести из — за дышащих на ладан гравитационных установок… Охранник у билетного терминала подозрительно оглядел Гая, потом долго пялился на Мича, который тут же спрятался за ногу парня.
— У животного есть прививки? Покажите документ.
— Это не животное. Это дроид. Робот — нянька.
— Покажите документ!
Гай полез в рюкзак. Если у тебя в питомцах — тварь с реактором внутри — нужно быть во всеоружии. Контейнер из — под Мича, остался на Ярре, но карту — сертификат парень таскал с собой. Вот, пригодилась.
— Держите, — как охранник будет проверять подлинность пангейского сертификата на допотопной Абелярской технике — в целом интересовало мало.
Тот повертел карту в руках, осмотрел со всех сторон, чуть ли не на зуб проверил. Потом внес с умным видом какие — то данные в персональный планшет и вернул документ владельцу.
— Образец генетического материала, пожалуйста, — сказал он и достал одноразовый контейнер.
Гай покорно плюнул.
— Летите домой, мистер Кормак? — сразу же разулыбался охранник, как только увидел на планшете место рождения парня.
— Да — да, миллион лет семью не видел…
— Ну, счастливой дороги! — и сделал широкий жест, приглашая к терминалу.
Следующий челнок должен был отправиться через несколько минут, и Гай отошел к торговому автомату. Он снял приличную сумму наличными на Причиндалах, и тогда на него смотрели как на идиота — кто, мол, в наше время пользуется наличными? Но на Абеляре ситуация была противоположной — за исключением отделений Банка Конфедерации и нескольких элитных торговых центров мало где обслуживали межпланетные счета.
Сунув пластиковую купюру в автомат он достал выпавшую банку энергетического напитка и с шипением вскрыл ее. Вкус оказался не просто знакомым — он вызвал настоящий приступ ностальгии. Глянув на этикетку, Гай хмыкнул — точно такую же бурду он хлебал в Сезаме, в дежурке. Это что — тоска по Ярру?
— Челнок на поверхность подан на вторую платформу! — раздался механический голос.
Внезапно целая компания мужчин спортивной комплекции шумно топоча ботинками вбежала в посадочный зал и устремилась к двери челнока, который только — только готовился принять пассажиров. Среди этой странной группы выделялся ухоженный мужчина неопределенного возраста — в деловом костюме. Золотые запонки, золотой ремешок наручного мини-ПК, зачесанные назад рыжие волосы — что этот франт тут делает?
Гай не стал торопиться и подождал, пока последний из них скроется во чреве челнока. Стюард хмуро глянул на Мича и указал на багажный отсек — роботов следовало во время посадки держать именно там, рядом с рюкзаками и баулами.
— Придется тебе поторчать здесь, дружище. Я тебя не забуду, не переживай, — сказал Гай, засовывая звереныша в ячейку.
— Придется поторчать… — опустил уши тот.
Стюард, наблюдавший за этим действом удивленно вытаращил глаза:
 
— Говорящий?
— Говорящий! — ответил Мич и показал чудовищной длины язык. — Бе — е–е-е!
— Вредина! — сказал Гай и закрыл ячейку. — А можно мне куда — нибудь, где потише?
— Можно, почему нет. Мы почти пустые летим — только вы и какие — то типы, вроде бы на сафари направляются…
— Ну вот не хотелось бы сидеть рядом с ними, понимаете?