Что–то новое (СИ)

— Хорошо здесь! — Гай Кормак впервые по — настоящему почувствовал, что вернулся в лоно человеческой цивилизации.
Наконец — то — в одежде по — размеру, в хорошей компании, в предвкушении отличного ужина…
— «Перекресток» — это лучшее заведение на Дезерете! — сказал Руди. — Не самое дорогое, не самое пафосное, но если хочется посидеть для души — ей-Богу, этот паб — оптимальный вариант. Давайте закажем для начала по пиву, а потом разберемся с остальным.
И они разобрались. Гай предпочитал не смотреть в ценник — кредитов должно было хватить в любом случае. Какие — то диковинные овощи на гриле, румяный стейк, пинта темного пива, еще теплая сырная лепешка — он просто наслаждался жизнью.
— Что еще нужно для счастья? — задал философский вопрос Рудольф, и положил руку на коленку Джессике.
Та его руку не убрала.
— Пожалуй, собственная планета… — задумчиво ответила она на вопрос кавалера. — Гай, что вы собираетесь делать с целой планетой? Насколько я поняла, жить без скафандров там могут только киборги или модификанты…
— Киборги, модификанты и я, — Гай проглотил кусок мяса и осторожно взялся за стеклянный бокал.
Инцидент с кофейной кружкой вынуждал его быть максимально внимательным.
— Погодите, а вы не…
— Не-а. Насколько я могу судить — стопроцентный хомо сапиенс. Мой генетический код ничем не отличается от кода первых колонистов, вылетевших с Терры — вон, Рудольф подтвердит, он последний, кто видел результат анализа.
— Но двойная сила тяжести…
— А Бог его знает, я вот как раз думал разобраться с этим вопросом, после того, как разживусь кредитами… — Гай заметно помрачнел.
Тень, которая легла на его лицо не укрылась от взгляда внимательной Джессики. Она шлепнула по совсем уж обнаглевшей ладони главного специалиста и спросила:
— Что — то не так?
— Да я вот думаю, что могу купить дом на Абеляре по цене здешнего обеда… Это же черт знает что! Послушайте, тысяча кредитов на Абеляре — это год — два безбедной жизни. Или дом с электричеством и теплым туалетом… А здесь — нам троим хорошо посидеть — семьсот. Какого черта? Чем люди на Абеляре хуже вон тех типов? — он махнул рукой в сторону шумной компании в дальнем углу.
И тут же пожалел об этом — один из них обернулся, и Гай узнал лейтенанта Хайтауэра. Вот уж кого он точно не хотел видеть! И кой черт его понес именно в этот паб? Рейнджер, похоже, не разглядел парня, и вернулся к возлияниям.
— … деградация после первой волны, ты же знаешь, — говорил Рудольф. — Справедливости нет! Одни планеты сохранили технологии и выстроили какую — то систему управления — и теперь играют первую скрипку, другие — без связи с внешним миром не смогли удержаться на уровне и взялись за мечи и копья. Если бы не Конфедерация — ты думаешь, Ред Сокс или Кармарен не превратили бы их в свои колонии, сырьевые придатки? Думаешь, тому же Абеляру легко бы жилось под пятой тексов с Либерти?
— Слушай, Конфедерация сидела на орбите и смотрела как мафиозные кланы смешивают с дерьмом абелярцев, превращая их в скотов. Если бы не пригласили гэлов — Абеляр тоже взялся бы за мечи и копья, а двенадцать семей наслаждались бы всеми прелестями жизни в своих резиденциях.
— Гэлы… Ну психи же!
— Психи, не психи… Приехали и сделали дело. Их было всего человек тридцать — и где теперь кланы? Гэлы дали Абеляру возможность начать с чистого листа, и знаешь — мне кажется всё стало намного проще.
— Проще для тех, кому по душе романтика Фронтира, — скептически буркнул Рудольф. — Мне вот это вот всё как — то не очень. Все эти пушки, шерифы, ковбои и подгорелая картошка на ужин… Я за стабильность: теплый пол под ногами, прохладное пиво и прекрасных женщин! А кто там кем управляет — мне плевать!
Он попытался приобнять Джессику. Она встряхнула плечами, отвергая приставания ухажера:
— Пусть договорит, а? — сказала она. — Если там всё так хорошо, на Абеляре — ты почему здесь?
— Хотелось повидать мир. Окончил школу с отличием, в университете отучился… Стипендия, третий на курсе и всё такое. Менеджер по туризму, однако! А потом, как сказал мой папаша, «стрикнуло в голове» — захотел космос посмотреть. Мог ноги греть у теплого моря, любителей агротуризма и сафари встречать — привечать… Так нет — закабалился на год на космическую станцию, диспетчером. Звучит — то как! Космическая станция! Тильда — Бэ, чтоб ее… Консервная банка… Просранное время! — Гай аккуратно поставил бокал на стол и повертел пальцем над головой. — Вот это — космическая станция. А там… Бр — р–р-р… И народ соответствующий подобрался… А сколько таких, как я? Сколько парней и девчат, которые просто самим фактом своего рождения на периферии почему — то поставлены ниже… Господи, ниже тебя, Рудольф, и ниже тебя, Джессика?
 
— И что — счастье для всех и даром? Очередная социальная революция? — хмыкнул Рудольф.
— Не-а! Теперь у меня есть целая планета. И я могу попробовать… Хотя бы попробовать дать людям шанс построить свою жизнь с нуля, начать всё заново, понимаете? Я пока не знаю, как всё это будет выглядеть, но… У меня же получилось?
— Тут не поспоришь, — развел руками Рудольф. — Пойду еще пива возьму.
Пока клерк ходил за пивом, Джессика задумчиво глядела на Гая.
— Если бы не 2g, я бы всерьез задумалась над твоими словами… Знаешь, иногда так хочется плюнуть на всё и уехать к черту на рога, но…
— Но некуда, да? Вот я о том и говорю. Я хочу создать такое место… Место, куда любой может уехать и начать заново — не боясь попасть в рабство или быть употребленным в том или ином виде.
— Гай, ты мне оставь номер своей гала — почты, мало ли…
— Будешь третьей, — улыбнулся парень. — У меня уже есть два кандидата в колонисты!
— И кто это?
— Ты не поверишь — абордажники — рейнджеры. Жуткие типы!
— А этот тип — вроде тоже рейнджер. Он не твой знакомый?
— Какой?.. Вот ведь… — Гай обернулся и увидел, что лейтенант Хайтауэр целенаправленно шагает к их столику.
Его красивое лицо раскраснелось, и глаза были налиты кровью.
— Нам нужно поговорить, — сказал он, глядя Гаю прямо в лицо.
— Ну, давай поговорим, — пожал плечами парень.
— Отойдем? — Хайтауэр оперся кулаками на спинку дивана, костяшки даже побелели от напряжения.
— А… Ну, давай отойдем.
Они отошли в небольшую нишу, туда, где располагались двери с незатейливыми рисунками мальчика и девочки, справляющих малую нужду.
— Я ждал этого момента с того самого дня, как увидел тебя в первый раз… — мрачно проговорил лейтенант. — Тебе говорили в детстве, что брать чужое нехорошо?
— Что? — удивился Гай. — Ты о чем?
— Не строй из себя идиота. Герой, мать твою. Ты понятия не имеешь, что нас связывало, через что мы прошли вместе с Эбигайль… Откуда ты вообще взялся на той вшивой планете? Ты думаешь, я не понимаю, как всё было? Ну да, она наговорила мне всякого, потом сделала пару глупостей и оказалась в сложной ситуации… А ты воспользовался этим. Я вообще не понимаю — чего она в тебе нашла, — лейтенант смерил его взглядом с ног до головы. — Неандерталец.
Они были почти одного роста, может быть Хайтауэр — на пару сантиметров выше. Но если рейнджер напоминал рыцаря из средневековых легенд — с узкими бедрами, широкими плечами, атлетического сложения то Гай после закалки Ярром стал более массивным, кряжистым и слегка сутулился. Добавить сюда многодневную щетину, короткую стрижку и диковатый взгляд — облик никак не благородный.
— Она не вещь, лейтенант. Я не знаю, чего ты там себе напридумывал, и уж точно не собираюсь перед тобой оправдываться. Одно скажу — я теперь понял, почему она отказала тебе.
 
— Ну — ну, просвети меня?
— Ты чертов эгоист. На самом деле тебе плевать на нее — ты даже сейчас красуешься, наслаждаешься своими страданиями… Напился в компании, увидел мнимую преграду для своего счастья и решил разобраться. Небось сейчас еще драться полезешь… — Гай отдернул голову и мощный джеб с правой пришелся в деревянную панель двери женского туалета. — Видит Бог, я не хотел!