Очаровательная наставница

– Ты слишком рискуешь, Жак.
Уклонившись от стремительно броска, он ударил ее по заду плоской стороной шпаги. Не сильно, он знал, что легкий удар вроде этого вызывает жгучую боль.
Она вскрикнула и потерла зад свободной рукой.
– Я тебя предупреждал. – Уголок его рта насмешливо приподнялся. – Возможно, когда мы закончим, я положу тебя на колено и хорошенько разогрею твой зад.
В конце концов, она собирается убить его. Самое меньшее, чего она заслуживает, это порка. Он даже попытается не слишком пользоваться своим правом.
– Вы действительно злодей, – с отвращением сказала она.
– Мери, ты слышишь? Жак называет меня злодеем.
– Только-то? – удивился Мериуэзер, подняв кустистые брови. – Знай он тебя, как я, он бы не оказался таким милосердным.
Гейбриел повернулся, чтобы парировать очередной удар.
– Я не люблю, когда меня называют злодеем, если для этого нет оснований. По крайней мере, в последнее время.
– Мне безразлично, что вы любите или не любите. – Вызывающе вскинув подбородок, она снова подняла шпагу. – Единственное мое желание – увидеть вас мертвым.
– Прости, что я не дрожу от страха. – Гейбриел коротко поклонился и недовольно кивнул. Возможно, ему следует изменить тактику, если он хочет разоблачить ее. – Знаешь, Жак, ты пропустил опасный удар. Может, падая, сломал пару ребер. Лучше сними рубашку, чтобы мы тебя осмотрели.
Глаза у нее сверкнули, и она быстро отступила.
– Мои ребра в порядке.
– Не будь так уверен. Сломанное ребро могло проткнуть легкое. Опасное дело. Быстро истечешь кровью. А теперь я спрошу тебя. Стал бы злой человек беспокоиться о том, кто устроил на него засаду? Разреши помочь тебе.
И Гейбриел вмиг срезал клинком верхнюю пуговицу. Она вскрикнула, прижала к себе рубашку, но он успел заметить ложбинку меж двух туго перевязанных грудей.
Спрятанное сокровище, достойное поиска. Гейбриел с удовлетворением улыбнулся, правильно угадав один из секретов Жака.
– Эй, кэп, ты слишком уж запугиваешь парня, – упрекнул Мери. – Печенка скиснет, не будет годиться для жарки.
– Хватит, Мериуэзер. Я нашел лучший способ развязать Жаку язык, чем твоя угроза поджарить на завтрак его печенку. – Гейбриел медленно обошел вокруг девушки. Она поворачивалась вместе с ним, в ее глазах сверкала холодная злоба. – Сними рубашку.
Она покачала головой:
– Вы не просто злодей. Вы зверь!
– С гордостью признаю. – Он приподнял треуголку и поклонился. – Как ни одень мужчину, но, денди он или нет, в каждом есть зверь.
– Не пачкайте других своими грехами.
– Этого и не требуется, ибо у каждого, я уверен, полно собственных. – Искусным движением он выбил у нее шпагу и ловко поймал за эфес. – Все мужчины отчасти звери, эта часть их хочет того, чего не имеет, и ни перед чем не остановится, чтобы этим завладеть. А теперь, Жак, если ты дорожишь своей шкурой, не двигайся.
Гейбриел зашел сзади, разрезал ее длинную рубашку, сделав на спине глубокий вырез, и обнаружил муслиновую повязку.
– Должен сказать, ты весьма предусмотрительный. Кажется, парень уже перевязал свои ребра, Мери.
Его взгляд скользнул вниз. Ни у одного парня не могло быть таких ягодиц, как два круглых холма, напоминающих перевернутое сердце. Удобная бухточка, на которую может уповать мужчина.
Зверь в Гейбриеле на миг взревел, искушая его видением Жака, склонившегося над ближайшим валуном с обтянутыми голенями, бедрами и ягодицами. Во рту Гейбриела пересохло, штаны его стали тесными. У него слишком давно не было женщины, но все же он сумел обуздать себя.
Когда-то ему казалось, что в другой жизни он был сыном джентльмена.
Возможно, он станет им опять.
– По крайней мере честный мужчина откровенно признает в себе зверя, – процедил он сквозь зубы, подавив желание.
– Честный зверь, – бросила Жаклин через плечо. – Вы считаете достоинством признание своих грехов.
– Человек вроде меня должен искать достоинство, где он может.
Гейбриел нарочно окинул ее фигуру жадным, многозначительным взглядом. Он еще никогда в жизни не брал силой женщину, но ведь она этого не знает. А ему нужны ответы.
 
– Прости за такие слова, Жак, но из тебя плохой боец. Зачем ты понадобился людям, которые на меня напали?
Она крепко сжала губы.
– У тебя еще остались пуговицы. – Он поднял шпагу.
– Нас предупредили, что едет новый лорд, чтобы завладеть Драгон-Керном. Он купил титул и собрался выгнать отсюда всех людей, которые нашли здесь убежище. – Она с ненавистью смотрела на него.
– И какова твоя роль в плане моей безвременной смерти? – Острие шпаги коснулось следующей пуговицы.
– Я должна была привести вооруженных людей на подходящее место, чтобы захватить вас до появления в замке, – призналась она.
– Совершенно излишний план, ибо я не собираюсь ничем владеть, – ответил Гейбриел. – Кроме того, моему отцу есть что сказать по поводу своего изгнания. Может, Рис Дрейк теперь и не молод, но старый дракон не покинет Керн, пока его не вынесут оттуда вперед ногами.
Прищурившись, Жаклин изучала противника.
– Старый лорд Дрейк мертв, упокой его Господь.
Даже со шпагой в руке она не могла бы нанести ему такой сокрушительный удар. Опустившись на ближайший камень, Гейбриел пытался осознать, что в этой жизни больше нет его неукротимого отца.
– Если только вы незаконнорожденный, – сказал Жак, чтобы нанести ему словесный удар. – Лорд Дрейк не мог быть вашим отцом. Старый лорд имел только двух сыновей, и оба тоже отправились к Господу. Старший умер от лихорадки, а младший утонул в море.
Значит, его брат тоже мертв. Несчастливый день. Гейбриел провел рукой по лицу, а когда поднял глаза, увидел Жака, насмешливо смотревшего на него.
– Вы не можете быть им. – Она вытерла нос рукавом. Вполне мальчишеский жест, но слишком запоздалый, чтобы обмануть его. – Корабль младшего сына утонул со всей командой.
– Да, кто утонул, а кто и нет, – объяснил Мериуэзер. – Дело было так. Когда мы, бедные моряки, потомившие английский военный корабль «Дерзкий», узнали, что Гейбриел опытный штурман, мы вроде как присвоили его.
– Моряки? – Жак окинул взглядом старого мошенника. – Ты имеешь в виду «пираты»! – Она повернулась к Гейбриелу: – И вы охотно пошли с ними?
– Они выловили меня из горящих обломков и предложили выбор. Пиратство или водяная могила здесь и сейчас.
Он знал, что отец не одобрил бы это даже ради спасения его шкуры. Но Рис Дрейк не одобрял все, что делал младший сын. Гейбриел скрестил руки на груди:
– Тогда это был неотразимей аргумент для смены рода деятельности.
– И он сделал из этого выдающийся род деятельности, должен тебе сказать…
– Хватит, Мери.
– Да, кэп. – Мериуэзер заговорщицки понизил голос: – Но тот, кто может претендовать на звание Дракона Карибов…
– Я сказал, достаточно, мистер Мериуэзер.
– О, я слышал про вас, – сказал Жак. – Вы Корнуоллский Дракон, гроза…
– Просто Гейбриел Дрейк, с твоего позволения. – Он встал и отвесил насмешливый поклон. – К вашим услугам.
– Гейбриел Дрейк, – повторила Жаклин.
Уши и щеки у нее запылали, когда она поняла свою ошибку. Гейбриел не узурпатор, он имел право находиться здесь. Жак сделал реверанс, затем опомнился и ответил на поклон иначе. Она решила упорно придерживаться мужской роли.
– Милорд Дрейк. – Ее взгляд стал настороженным. – Если вы действительно тот, за кого себя выдаете…
Гейбриелу вдруг надоела игра.
– Я не собираюсь это доказывать. Едем в замок, – сказал он и посадил ее на лошадь.
Жаклин испуганно вскрикнула, потому что Гейбриел ущипнул ее за ягодицу. Он с удовлетворенным кивком прыгнул сам в седло позади нее, а когда она попыталась, соскользнуть на землю, крепко прижал ее к груди.
 
– Ты можешь ехать верхом, или ты можешь болтаться поперек седла кверху задом. Честно говоря, теперь думаю, что я предпочел бы именно это. Но в любом случае ты едешь со мной.