Студент из прошлого тысячелетия (СИ)

— И вот так сразу стали друзьями? — удивился Стас.
— А как тут не станешь, когда побили друг другу морды, — хмыкнул я.
— О-о-о, — закатил глаза Стас. — Ну, мне пора, вижу, распорядители уже начинают, ректор пришёл. Потом расскажешь, возражения не принимаются.
Марго и Стас выступали первыми. От второго и соответственно третьего курса, следом шёл Евстрат, а за ним Ваймер.
Мы остались с Екатериной наедине, Серебряков что-то выслушивал от отца. Ваймер не спешила лезть с разговорами, а мне было не до них. Внутренности сжались пружиной и вот-вот грозили выстрелить.
Приветственную речь в стиле «мир, дружба, жвачка», я пропустил. Внимание зацепилось только за тонкую фигурку Марго, которая вышла на арену под дружные вопли всей академии. Студенты не скупились на аплодисменты, ведь сегодня они болели не за человека, а за своё учебное заведение.
Что со мной? Может после откровения Листика, я стал беспокоиться за свою семью? Может она спустила курок и сделала меня параноиком?
Поединок начался. Ректор вознёс руки к небу и над круглой ареной поднялся мыльный пузырь защитного купола.
Пространство сузилось, я с тяжело бьющимся сердцем наблюдал за тем, как сестра встала напротив соперника и окуталась на миг засиявшим доспехом духа. У обоих были деревянные мечи. Они поклонились друг другу, и поединок начался сразу за вспышкой фейерверка.
Бой должен был быть чисто номинальным, что могут второкурсники? Но там и не пахло церемониями.
В стандартной программе академии, которую я видел, сказано, что студент второго года обучения должен овладеть астралом, уметь создавать доспех духа и держать его не менее десяти минут под атакой. Владеть знаниями о рангах и табелях тварей, их различии и методах борьбы с ними, а также овладеть второй звездой дара.
При всём желании и немаленькой фантазии, здесь много не сделаешь.
Но они ошибались.
Китаец начал с серпа ветра, сразу показывая уровень на год выше Марго. Мои кулаки сжались, девушка нырнула вниз, чудом избежав попадания, которое её щит не мог выдержать.
— Сокращай дистанцию, сокращай, — взмолился я.
В суете не стал подниматься на своё место, поэтому сейчас поймал заинтересованный взгляд Екатерины.
— Не переживай, если она проиграет, это будет не стыдно, парень явно развит гораздо сильнее, — попыталась успокоить меня она.
Я не обращаю на неё внимания, наблюдая за тем, как Марго пытается уйти от атак.
Она из атак всё-таки достигла цели, тело Марго отлетело, перекрутившись в воздухе. Китаец быстро сократил дистанцию и начал осыпать девчонку ударами меча.
Но щита там уже и в помине не было, доспех разлетелся при ударе серпом.
— Остановите поединок! — я кинулся к арене, с яростью ударив кулаком купол.
Неожиданно меня перехватила за торс Ваймер, оттаскивая назад.
— Это спарринг! — твёрдо произнесла она.
— Это избиение! — тут же ответил я и вывернулся, снова припадая к куполу, за которым сукин сын забивал Марго, а распорядитель лишь спустя десять секунд дал отмашку на окончание.
К Марго побежали медики, поднимая бесчувственную девушку с земли. Трибуны замерли. Многие были шокированы. А спустя минуту поднялся шум, все требовали объяснений, почему поединок не остановили.
Распорядитель что-то вякнул о том, что Марго не сдалась, но это было настолько же глупо, что ничуть не успокоило трибуны.
Тем не менее, он объявил победителя и пригласил следующую пару.
Марго как раз вынесли с арены, и я подбежал к сестре.
Она слабо улыбнулась, прежде чем потерять сознание. Взяв её за руку, я попытался успокоиться.
— Станислав Митрофанов, второй курс, противник Ли Куанг, второй курс, начали… — раздалось где-то далеко.
Провожая медиков, слышу, как арена снова взрывается от негодования.
Отпустив Марго, оборачиваюсь, смотря на лежащего на песке Стаса и стоящего над ним Куанга.
Эмоции захлёстывают, что очень непривычно. Даю им волю, бегу вниз в буферную зону. Меня перехватывает Катя.
— Не сейчас… — мягко шепчет она.
— Он не дышит, — всхлипывает какая-то девушка из первого ряда за спиной.
 
— Его убили… — поражённо ахает другая.
Внутри меня всё опускается. Приходит штиль. Распорядитель лично подходит ко мне, мимо проносится бригада медиков и целителей, но на этот раз мне даже не дают приблизиться. Медики работают споро и пытаются снова запустить сердце. Я запоминаю покрытое ссадинами и следами меча лицо Стаса с кровоточащим горлом и белой как мел кожей.
Подходит распорядитель, что-то говоря мне. Поединки приостанавливаются. Всё замирает. Я смотрю вокруг и ничего не понимаю. Кажется, что я один в этой толпе обладаю чувствами, и эти чувства сейчас оголены, как высоковольтные провода.
Ваймер почему-то не спешит уходить, удерживая меня.
— Антон Валерьевич, мои соболезнования, мы запустим расследование, но такое случается довольно часто, — сухо говорит распорядитель.
— Я прошу право на месть, поединок, здесь и сейчас…