Кодекс Крови. Книга IХ (СИ)

Эти кисы охотились только группами по пять-семь особей. И что самое противное, не имели крови, являясь порождениями стихий.
Взвинтив ток крови до предела, я приготовился обороняться. Один против семи, да ещё и с теплокровной добычей за спиной…
— Ложись! — только и успел рявкнуть я, когда сугробы вокруг нас взорвались снежным крошевом.
ОТ АВТОРА:
Друзья, более подробно о приключениях Андрея Мангустова, его красавиц-невест и чудесах обитаемых изнанок можно прочитать здесь  https://author.today/work/263637.
  
Глава 21
 
Вы пробовали когда-то остановить лавину грудью? Не рекомендую! Удар от барса вышел такой силы, что мы, сцепившись, покатились по снежному крошеву почти к краю плато. Я выпустил эфемерные когти, глубоко запустив их в порождение стихии.
Барс взвыл обиженно и отпрыгнул в сторону. Ещё бы, кошак никак не ожидал от теплокровного сопротивления их же оружием. А за спиной как-то подозрительно ойкнула Ольга, и мне пришлось оставить обиженного барса и рвануть в её сторону, чтобы уже собственным боком таранить летящую на эмпатку кису.
Рёбра жалобно затрещали, а кошка разъярённо щёлкнула клыками у меня перед носом.
— Отходи к скале, чтобы обезопасить спину! — тихо скомандовал я. — Мне нужно пространство для оборота! В человеческом обличье я тут сильно не навоюю.
Я пятился, не выпуская из вида стаю барсов. Те пригнулись, раздражённо размахивая своими огромными хвостами, и сжимали кольцо, готовясь разом напасть.
— Позволишь? — послышался настороженный голос Ольги. — Если не выйдет, обещаю не отсвечивать и прикидываться камушком.
Вот вроде бы всё понимал, что она говорила, но сама манера явно выдавала в ней, как минимум, не аристократку, а простолюдинку, а, как максимум, попаданку. Нужно будет обсудить с эмпаткой её манеру речи и напомнить про охоту и умерщвление любых иномирных душ.
— Пробуй, — согласился я, совершая частичный оборот. Тело стало покрываться чешуёй, когти из эфемерных стали вполне реальными, но я всё ещё был человеком.
Барсы прыгнули разом, смазанными белоснежными вихрями ринувшись в нашу сторону. Я сменил ипостась полностью, закрывая собой эмпатку и принимая на змеиное тело пять особей. Точёные когти попытались пробить чешую, но, соскальзывая, лишь оставили на ней царапины. При этом кисы ошалело трясли головами, прислушиваясь к чему-то.
Я тоже напряг слух и разобрал тихое мурлыкание у себя за спиной. Оно становилось всё громче. Интонации менялись, будто огромная кошка обращалась к барсам и говорила с ними на одном языке. А затем мне на хвост уселась Ольга и протянула открытые ладошки к опешившим от такой наглости барсам. Сперва одна большая киса доверчиво подошла к эмпатке и ткнулась головой в ладонь, давая себя погладить.
Не переставая мурлыкать, Ольга сползла с моего хвоста и принялась играть с кошечкой.
— Хорошая киса! Умная киса! Мы тебе не враги!
Следом подошел ещё один барс, но почему-то я был абсолютно уверен, что на этот раз это был кот.
— Сильный котик! Заботушка! Мудрый котик! Мы — друзья! Мы пойдём своей дорогой, не причиняя вам зла!
Барсы млели под руками Ольги не хуже домашних кошек, жмуря глаза и чуть подёргивая усами. Эмпатка чуть ли не лежала на них сверху.
— У, морды! Испугали нас! Вон, даже поранился один, а мы не хотели никого обидеть!
Ольга в чёрном платье смотрелась тёмной вороной на фоне белоснежных барсов.
— Меняй ипостась на человеческую, — тихим мурлычущим голосом обратилась ко мне эмпатка. — Ты их нервируешь и заставляешь конкурировать с тобой за территорию.
Я последовал совету с опаской, но сейчас барсы не выглядели опасными. Они разлеглись вокруг Ольги и тихо мяукали ей о чём-то.
— Что они вообще здесь забыли? — тихо буркнул я себе под нос. — Каролийских барсов в этой части гор отродясь не было. Маги крови за этим всегда следили.
— А нет теплокровных в этой части гор больше, — ответила за барсов эмпатка.
 
— Как это нет?
— Говорят, только караваны теплокровных изредка проходят, да облавы от теплокровных с равнин случаются.
Нет, я, конечно, высокого о себе мнения, но что-то слабо верится, что после моей смерти маги крови в едином протесте снялись и покинули место, где сотнями тысяч лет обучали последователей Великой Матери Крови.
Что же должно было произойти, чтобы Цитадель и Башня крови опустела? Вопрос, конечно, не праздный, но вернуться к нему я смогу только после того, как Агафья окажется в безопасности. А для этого перво-наперво мне необходимо было добраться до собственной библиотеки крови.
— Спроси у них, стоит ли ещё каменная башня на границе Каролийских гор и Ирликийской равнины?
Ольга помурлыкала с кошками и спустя пару минут ответила:
— Там уже полторы сотни лет полным-полно теплокровных, но последние дни их там очень много.
Ну что ж, было бы наивно полагать, что святоши не будут поджидать меня у моего дома. Наивным я не был, именно поэтому открыл портал не к воротам Ордена в Ирликии, не у подножия собственной башни, а на плато в горах среди снежных пиков. Раньше это была территория магов крови, но теперь… конкурирую за территорию с барсами.
До наложения блокирующей силы печати я бы без проблем проложил путь к дому. Если бы Цитадель крови всё ещё была обитаема, то смог бы обратиться к братьям за помощью, сейчас же действовать приходилось на свой страх и риск. Оставалось надеяться, что эта честолюбивая скотина Альб захотел отомстить лично и не созвал все двенадцать легионов на порог моего дома.
Но даже на этот случай у меня был запасной вариант.
— Раз уж они тут хозяйничают последние лет сто, то, может, подскажут, где запропастился мой тайник? Здесь должен быть каменный ящик с одеждой, продуктами, запасом крови и прочими нужностями.
— Серьёзно? У тебя тут хранилище Судного дня было? И, думаешь, за сто лет ничего не испортилось?
— Посмотрим, — уклончиво ответил я. — В любом случае тебя переодеть надо, уже губы посинели от холода, да и кормить тебя чем-то надо.
— А ты? — брови эмпатки вопросительно взметнулись.
— Если ты будешь в тепле и накормлена, то я всегда смогу подкрепиться тобой.
— Хорошая шутка, — рассмеялась Ольга и закашлялась, тут же скривившись. Губы девушки на морозе обветрились и потрескались.
— Это не шутка, — я решил быть предельно откровенным. — Забыла мою специализацию?
Секунды три эмпатка разглядывала меня, считывая мои эмоции, а после снова рассмеялась, но уже нервно.
— Чёрт, теперь понимаю, что чувствовали консервы.
— Кто? — не понял я.
— Консервы. В моём мире для военных и просто для людей продавалась сытная пища, герметично упакованная в металлические банки. Называлось это консервой. Мясо, рыба, каши. Да всё что угодно упаковывали. А на тюремном жаргоне «консервой» называли заключенного, которого брали с собой на случай голода и планировали в дальнейшем съесть. Вот и я сейчас «консерва», меня нужно оберегать, кормить, защищать, чтобы отобедать мною по первому требованию.
— Ты всегда можешь вернуться обратно и не бояться быть съеденной, — я демонстративно облизнулся, разглядывая шею девушки.
— Не ешь меня, Мишенька, я тебе ещё пригожусь! — хохотнула Ольга. — Не была бы эмпаткой, повелась бы. Так хочешь от меня избавиться? Но я вообще-то весьма и весьма полезная в бою, да и в мирной жизни. Ты, вон, с миру по нитке уникальных магов собираешь. Так вот она — я, сама в руки плыву.
— Вот это-то и напрягает, — честно признался я. — Бесплатный сыр сама знаешь где. А тут на блюдечке с голубой каймой.
— Так я же не бесплатно, а в надежде снять проклятие, — пожала плечами Ольга. — Так что вроде бы всё честно.
— Не отстанешь?
Эмпатка поджала губы и упрямо мотнула головой.
— Нет!
— Тогда ищи с кисами ящик.
— Да здесь он, — Ольга ткнула пальцем куда-то себе за спину на кучу каменных валунов, засыпанных толстым слоем снега. — Был обвал, горы трясло сильно. Вот твой схрон и засыпало камнями.