Начала

– Хорошо. – Последний аргумент оказался самым убедительным. – Итак, что же ты собираешься делать?
– С помощью заклинания Родовой Страж вызвать душу Галия и выяснить, что же все-таки произошло два года назад.
– Мне кажется, что мы пытаемся найти Вайрана? Или я что-то не так поняла?
– Нить к тому, что произошло сейчас, тянется из прошлого.
– Ладно, предположим, что в словах этого сумасшедшего из Гарма был какой-то смысл. Допустим, у нас под рукой действительно есть и останки Фаллиев, и своей крови ты не пожалеешь – но вот удастся ли тебе для сотворения заклинания войти в то состояние, что описано в книге?
– Удастся, – уверенно заявил волшебник. – Мне пришлось прийти в подобное состояние недавно, когда… Когда я вселялся в тело крысы!
Вначале Амин хотел рассказать о допросе шамана в Ольме, но в последний момент передумал.
– Я бы не сказала, что это было недавно… А светильники с человеческим жиром?
– Попробуем обойтись без них. Элениэль, – юноша почувствовал, что эльфийка вот-вот сдастся, – это ведь самый простой и быстрый способ во всем разобраться!
– Ты хотел сказать – самый быстрый и глупый способ расстаться с жизнью?
– Думаешь, мне не терпится прибегнуть к Темным Искусствам? Ошибаешься. Я… я дал клятву никогда не обращаться к ним, но ради друга готов нарушить собственное слово. Тебе самой не придется ничего делать – наоборот, я прошу тебя держаться подальше. Но если вдруг что-то пойдет не так…
– Это все – одно большое «не так»… Ладно, приступай. – Девушка обреченно махнула рукой. – И помни, ты обещал, что мы обо всем расскажем в Гильдии! Надеюсь, это слово ты сдержишь.
Кивнув, Амин, сверяясь с книгой, начал готовиться к проведению ритуала, стараясь не обращать внимания на замечания Элениэль по поводу правильности начерченного круга, использования факелов вместо светильников и прочих деталей. Однако когда девушка поинтересовалась, уверен ли он, что использованные останки точно принадлежат предкам Галия, волшебник ненадолго призадумался. А затем принялся обходить каменные саркофаги, внимательно изучая таблички на них и доставая из некоторых кости.
– Насчет предков можешь не сомневаться, – выложив по кругу кости, Амин повернулся к эльфийке, на лице которой самым неописуемым образом смешались выражения отвращения и интереса. – Я позаимствовал бренные останки только бабушек и прабабушек молодого Фаллия. Так что тут все верно.
Элениэль возмущенно фыркнула и отвернулась, а волшебник, закончив приготовления, глубоко вздохнул и, в последний раз заглянув в «Сферы Разума», вошел в круг. И едва переступив выложенную из костей черту, Амин почувствовал, что какой-то незримый барьер отделил его от всего остального мира. Мороз пробежал по коже мага, и не ясно было – то ли могильный холод наконец начал пробиваться сквозь его одежду, то ли мир живых перестал согревать его своим теплом, уступив безрассудного волшебника миру мертвых.
Стараясь отогнать от себя все посторонние мысли и не впустить в свой разум панический страх, который начал подниматься откуда-то из самых глубин сознания, Амин замер посреди круга. Расслабившись, он направил свою волю на то, чтобы вырваться прочь, скинуть с себя оковы Аркана. И вновь замелькали перед внутренним взором мага серые тени. Но на этот раз душа его не взмывала вверх, а словно падала в какой-то темный, бездонный колодец. Кровь застыла в жилах у волшебника, но он не осмеливался прервать этот полет, а начал тихо произносить слова заклинания Родового Стража, прося душу погибшего Галия услышать зов его предков и прийти к их могилам.
С каждым произнесенным словом голова мага кружилась все сильнее и сильнее. Казалось, еще миг – и он потеряет сознание. Призрачные тени закружились вокруг волшебника в бешеном хороводе. Откуда-то издалека, из мира живых, донесся до Амина еле слышный голос: «Кровь, кровь! Пусти себе кровь!».
Волшебник узнал голос Элениэль – девушка заметила, что он сбился с порядка, предписанного ритуалом, и поспешила напомнить о том, что нужна кровь мага. Амин, как и собирался раньше, достал свой тесак, чтобы надрезать палец – но руки перестали ему повиноваться. Не в силах остановить самого себя, волшебник нанес глубокую рану на левом запястье – и оттуда ударил кровавый фонтан. Теплая алая влага заполнила все вокруг, юноше казалось, что он тонет в океане собственной крови. Ноги ослабли, и Амин, закрыв глаза, медленно начал оседать на пол. Волшебник с ужасом понял, что если он сейчас потеряет сознание, то его душа покинет бренное тело и навечно останется внутри этого магического круга из костей.
 
Но в этот миг чьи-то руки обхватили его за плечи, удерживая от падения. Слабость начала отступать – Амин ощутил прилив сил, достаточных, чтобы выкрикнуть последние слова вызова Родового Стража.
– Что с тобой? – открыв глаза, юноша увидел перед собой бледное лицо эльфийки. – Ты в порядке? Я же говорила, что не надо этого делать! Когда ты разрезал себе руку и хлынула кровь, аура твоя начала темнеть. Мне показалось, что душа твоя вот-вот разорвет связи с Арканом и я…
– …бросилась на помощь. Спасибо, – еле слышно прошептал Амин, зажимая ладонью все еще кровоточащую рану. – Ты успела вовремя, еще чуть-чуть и… Надеюсь, все это было не напрасно.
– Похоже, что ничего не вышло – я не вижу здесь никакого духа, – пожала плечами чародейка.
– Обернись, только осторожно.
Элениэль повернулась и увидела, что поднятая во время ритуала вызова пыль вместо того, чтобы осесть на пол и саркофаги, начала принимать контуры человеческой фигуры – невысокой и худощавой.
– Тебе все-таки удалось… – вот и все, что смогла вымолвить растерявшаяся девушка.
«Знаете ли вы мое имя?»
Переглянувшись, друзья поняли, что бесстрастный голос, прозвучавший в их головах, принадлежит явившейся на Зов душе.
– Галий. Галий из рода Фаллиев, – сказал Амин, отчаянно надеясь, что перед ними именно он.
«Верно. Так меня звали когда-то. Кто вы, прервавшие мое забвение в мире мертвых?»
– Не отвечай! – быстро сказала эльфийка. – И ни в коем случае не выходи из круга!
Амин кивнул.
– Тебе ничего не скажут наши имена. При твоей жизни мы были незнакомы.
«Зачем вы потревожили меня?»
– Расскажи нам о том, как ты погиб.
– Мы хотим, чтобы виновники твоей смерти понесли заслуженное наказание, – повинуясь внезапному порыву, добавила Элениэль.
«Один из них пока еще не покинул сферы Аркана. Другой находится на грани между мирами, не принадлежа ни одному из них». – Волшебнику показалось, что в голосе призванной души прозвучали нотки злорадства.
– Интересно, что же произошло с Феором? – негромко спросила девушка.
«Тело его живо, но над душою своею он не властен».
– Расскажи, как ты погиб! – еще раз приказал Амин.
«Те двое, кого я считал друзьями, пришли с третьим. Имя его мне неизвестно. На нем мы должны были проверить действие одного амулета. Я должен был незаметно приложить его к голове третьего. Когда я взял в руки амулет… Рука стала покрываться чешуей… Все тело стало, словно мягкий воск… Разум помутился… Муки мои были ужасны… Плоть плавилась и текла…» – беззвучный голос Галия становился все слабее, а фразы короче, контуры фигуры стали расплываться.
– Что случилось с третьим?! – выкрикнул Амин, поняв, что речь шла именно о Вайране.
«Один из пришедших сынов Света бросился на него, а другой избавил тело мое от страданий, прервав связь души и плоти… Подушкой задушил», – неожиданно будничным тоном пояснил Галий.
– Они, твои друзья, принадлежали к Ордену Света? – вскинулась Элениэль.
«Без Света нет Тьмы. Без Тьмы нет Света. Свет несет знания. Тьма несет покой».
– Ты знаешь, где третий находится сейчас? – торопливо спросил волшебник – голос Галия слабел все больше, фигура превратилась в еле различимое пылевое облачко.
«Нет… Спроси у могущественной магессы, облеченной властью… Но будь осторожен… Она не ведает границ между Светом и Тьмой…»