Начала

Салим, несколько старше по виду, чем друзья, кивнул и в знак приветствия отсалютовал кружкой. Амин вежливо склонил голову, хотя кузен Вайрана вызвал у него какую-то глубокую неприязнь. Во всем облике Салима – черных, словно прилизанных волосах, тонких губах, растянутых в слащавой улыбке, чуть прищуренных глазках – было что-то фальшиво-приторное. Юноша невольно подумал, что от этого человека можно ожидать любой гадости, причем сделанной исподтишка.
– А вот это тело, – продолжал тем временем бывший сокурсник, встряхнув своего второго собутыльника, который склонился над столом, уронив голову на руки, и негромко похрапывал, – в те нечастые минуты, когда пребывает в сознании, именует себя Тауром… Отличный боец, между прочим!
– Это верно, – усмехнулся Салим, – на его счету не одна сотня разбитых кувшинов!
– Ну, зачем ты так, – неожиданно насупился Вайран. – Между прочим, он не один раз помогал нам из таких передряг выбираться… В которые ты же нас и впутывал!
– Ты как тут очутился? – вмешался Амин, опасаясь, как бы словесная перепалка не перешла в кулачную потасовку – Вайран и его приятели были заметно навеселе. – Вы не возражаете, если я с вами присяду?
– Конечно, старина, валяй! – Вайран пододвинулся, освобождая другу место. – Поужинать зашел? Правильно, здесь самая лучшая кухня во всем Далле!
– И поужинать, и переночевать… Эй, Вик! – Амин подозвал к столу мальчишку, который как раз появился в зале, таща в руках поднос с мисками. – Я здесь! Будь любезен, еще один кувшин вина для моих друзей!
– Еще два кувшина, – поправил его Вайран. – Да смотри, самого лучшего! И за мой счет. – Он повернулся к другу. – Не вздумай спорить! Я угощаю!
– Я смотрю, твои дела Целителя в Гильдии идут весьма неплохо? – улыбнулся Амин. – Ты наконец-то перебрался в Далл, как и мечтал когда-то?
– Да нет, я по-прежнему числюсь Целителем в Гильдии Гарма, да при Часовне Милостивой Кары иногда служу. Разве ж папаша с мамашей меня куда отпустят?
– Ну, обходились же родители без тебя, когда ты в Гильдии Магов обучался – мы ведь там не один год провели.
– Ага, и через день ко мне прибегали. Далеко, что ли, две улицы-то пройти? Мне аж стыдно было перед другими ребятами, честное слово!
– А что тебе мешает сейчас сюда перебраться? Я помню, ты был одним из лучших учеников, и не сомневаюсь, что Гильдия Далла тебя с радостью примет в ряды своих Целителей. – Амин жестом предложил присоединиться к его трапезе, но так как и Вайран, и Салим отрицательно покачали головами, принялся за ужин в одиночку.
Откровенно говоря, юноша не ожидал такого количества еды – поднос, который с трудом притащил мальчишка, был заставлен полностью. На самой большой тарелке возвышалась целая гора бараньего рагу, над которой клубилось облачко аппетитного пара. Рядом в миске пестрой мешаниной лежал салат из свежих овощей и зелени. Полкаравая черного хлеба, нарезанного щедрыми ломтями, развалилось на соседнем блюде. А из соусника, в который с некоторой опаской заглянул Амин, исходил столь резкий кисло-сладкий запах, что он невольно чихнул. Салим же, однако, важно покачал головой при виде приправы – очевидно, соус был каким-то особенно изысканным.
– Старенькие они уже, – Вайран грустно улыбнулся, продолжая разговор о своих родителях, – особенно отец. Он никогда сильно не радовался, что у меня дар-то к магии открылся. Эх, не понимаю, как я вообще в Гильдию попал – ведь и мать, со своими суевериями, против всегда была! А отец-то ведь до сих пор надеется, что я его дело продолжу. Ему со своими лавками тяжело уже управляться, а приказчики только и норовят, что от хозяйского куска урвать побольше. Вот то и дело помогать приходится.
– Потому что платить надо как следует. – Салим протянул руку к одному из кувшинов, которые притащил следом за подносом мальчишка, и отхлебнул прямо из горлышка.
– Да ладно тебе, сам виноват. – Вайран повернулся к Амину и пояснил: – Отец недавно выгнал Салима, так как решил, что у того уж слишком много товара крысы портят… Если бы не родство, так мог бы и в суд подать…
 
– Это еще доказать нужно, не пойман – не вор! – насупился Салим, его приторная улыбочка вмиг исчезла.
– Ну, ладно, не горячись. – Вайран плеснул себе в кружку из второго кувшина и, отпив, улыбнулся: – Отличное вино в «Семи Тарелках»!
– Ты тоже здесь остановился?
– Да нет, меня Салим на эти дни приютил. Я ведь, если честно, не столько на Празднества Пирры приехал, сколько по одному делу… Да что я все о себе – у тебя-то этот год жизнь наверняка поинтереснее была! А ну, выкладывай!
– Только, извини, я при этом жевать буду… Почти весь день не ел. – Амин отправил в рот изрядный кусок мяса и старательно заработал челюстями – жаркое оказалось малость жестковато. – Ну, так вот, после того, как ты отказался отправиться со мной…
– Так как был слишком… э… – Салим вновь скривил губы в усмешке.
– Слишком осмотрителен и привязан к родителям! – Вайран тяжело опустил на стол немаленький кулак. – Не перебивай его, кузен!
– Я решил посмотреть на мир, – продолжил Амин как ни в чем не бывало. – Местечко, которое предлагали в Гильдии Магов Гарма, не очень-то пришлось мне по вкусу…
– Ну да, скучноватое у нас там житье, что и говорить, – согласно кивнул Вайран.
– Сначала я решил отправиться за море… Но когда караван, к которому я присоединился, намереваясь добраться до Нуриана, чтобы сесть на корабль, шел через Тарнийские степи, на нас напало одно из кочевых племен.
– Не сомневаюсь, уж ты-то задал жару этим вонючим степнякам! Эти разбойники что ни год нападают на обозы, которые везут товары моего отца!
– Вообще-то я не успел. – Амин невольно провел рукой по затылку. – Они оказались куда хитрее, чем думал наш караванщик. Выяснилось, что среди погонщиков наших телег были лазутчики – правда, увы, слишком поздно… И вот один из них огрел меня по голове дубинкой прямо перед началом боя!
– И? – Вайран сделал большой глоток и выжидающе уставился на друга.
– И я пришел в себя только на следующий день, связанный по рукам и ногам, в походном шатре этого кочевника!
– Вероломные скоты, – процедил Салим.
– Ну почему же, – спокойно ответил Амин. – Таковы степные обычаи. Все, кто не принадлежит к их племени, – враги. А обмануть врага – это не подлость, а доблесть!
– Ты и сам говоришь, словно варвар! – Старый приятель с удивлением взглянул на друга. – Как же тебе удалось от них сбежать?
– Меня отпустили. – Амин чуть заметно улыбнулся, глядя на вытянувшиеся от изумления физиономии Вайрана и Салима. – Правда, мне почти полгода пришлось кочевать по степи с этим племенем. Сначала меня хотели сделать рабом, но потом передумали…
– Наверно, ты был с ними весьма красноречив? – предположил Салим.
– Не особенно… Просто то, как я разделался с их шаманом, очень впечатлило все племя.
– Ты что, убил его? – ошарашенно спросил Вайран.
– Всего лишь вызвал небольшую грозу… Ну а в том, что молния попала прямо в посох этого бедняги, я почти не виноват… Я его предупреждал. В общем, по обычаю племени мне пришлось занять его место. Надо сказать, ничего особенного – степняки не сильны в магии, разве что в Зверологии… Но тут я как раз оказался слабоват… Однако тем не менее в племя меня приняли.
Амин, оглядевшись по сторонам, распахнул на груди плащ и расстегнул рубаху, показывая вытатуированного на левой половине груди коня, вставшего на дыбы.
– Это тотем моего племени.
– Хорош! – восхищенно сказал Вайран.
Действительно, татуировка была сделана с таким мастерством, что когда Амин шевелился, то конь казался живым – еще мгновение, и он соскочит с груди своего хозяина. Молодой волшебник усмехнулся:
– Не просто хорош… Парень, который нанес мне этот рисунок, имел отличные магические задатки – так что это не просто картинка… Кстати, именно он и стал следующим шаманом этого племени после того, как мне удалось убедить этих людей, что Хранители призывают меня в дальний путь!