Сезон Маршей

Место, которое Делярош обвел на карте, было Национальным Монументом на площади Дам. Полчаса Ребекка Уэллс оставалась в Вонделпарке, бродя между садами и искусственными озерами. В одном случае она так искусно выполнила маневр с полным разворотом, что Делярош едва успел спрятаться в туалете.
Из парка Ребекка направилась в музей Ван Гога. Купила билет в окошечке кассы у главного входа. Вошла. Делярош последовал за ней. Посетителей было много, и это облегчало его задачу. В свое время, начиная писать, он испытал большое влияние Ван Гога и теперь, отвлекшись на «Воронов», упустил объект из поля зрения. Через минуту Делярош нашел ее у «Комнаты в Арле» — похоже, эта красочная, передающая восхищение художника домашним уютом картина привлекла ее внимание.
После музея Ребекка прогулялась по рынку, прошлась по Сингелу и, дойдя до Амстела, неожиданно запрыгнула в проходящий трамвай. Делярошу пришлось ловить такси.
Соскочив с трамвая на Лейдсеплейне, она завернула в открытое кафе около отеля «Америкен», где выпила чашку кофе и съела пирожное. Делярош наблюдал за ней из кафе на другой стороне канала. Ребекка расплатилась, встала, но вместо того, чтобы спуститься на тротуар исчезла в кафе.
Делярош сорвался с места, пробежал по мосту и, войдя в кафе, спросил у официанта, не видел ли тот его подружку, крашеную ирландку. Официант кивнул в сторону туалета. Делярош постучал в дверь, а когда никто не ответил, толкнул ее — никого. Оглядевшись он обнаружил в кухне служебный выход на боковую улочку и, не обращая внимания на протесты поваров, метнулся к двери. Ребекка исчезла.
Делярош сел в трамвай, доехал до площади Дам и нашел женщину возле льва у Национального Монумента. Увидев его, она посмотрела на часы и улыбнулась.
— Куда вы запропастились? Я уже начала волноваться.
— За вами не следят, — сказал Делярош, усаживаясь рядом, — но до профессионала вам далеко.
— Однако ж вы меня потеряли, не так ли?
— Я был один и без машины. Оторваться от одного может каждый.
Она посмотрела ему в глаза.
— А теперь, дрянь, послушай меня. Я из Портадауна. Это в Северной Ирландии. Не держи меня за дуру. Я замерзла, устала и сыта по горло этим дерьмом. Старик сказал, что ты покажешь место, где можно остановиться. Вставай и веди.
Они молча шли вдоль Принсенграхта. У «Кристы» Делярош остановился, перепрыгнул на палубу и протянул спутнице руку. Ребекка осталась на тротуаре, глядя на него как на сумасшедшего.
— Если ты думаешь, что я буду жить на этом гребаном корыте…
— Это не корыто. Давай руку. Я покажу…
Она перебралась на палубу сама, без его помощи и молча стояла, пока он возился с замком. Потом спустилась вслед за ним по узкой, крутой лестнице в салон и с удивлением осмотрелась.
— Это твоя баржа?
— Нет, моего друга.
Ребекка щелкнула выключателем, но свет не зажегся. Делярош поднялся на палубу, вытащил силовой кабель и подключил его к разъему на тротуаре. Через секунду в салоне загорелись лампочки.
— У тебя есть деньги? — спросил Делярош, спустившись вниз.
— Старик дал немного. Кстати, кто он такой?
— Его называют Директором.
— Директором чего?
— Организации, которая поможет тебе убить американского посла.
— Что за организация?
Делярош не ответил.
— Не знаешь, как она называется?
— Я знаю.
— И знаешь, кто в нее входит?
— Да.
Ребекка прошлась по салону и опустилась на край кровати, где спала когда-то Астрид. Делярош включил небольшой переносной обогреватель.
— У тебя есть имя? — спросила она.
— Иногда.
— Как мне тебя называть?
— Ты можешь остаться здесь до отъезда в Америку, — не отвечая на вопрос, сказал Делярош. — Тебе понадобятся чистая одежда и продукты. Я принесу кое-что попозже, ближе к вечеру. Куришь?
Она кивнула.
Делярош бросил ей пачку сигарет.
— Принесу еще.
— Спасибо.
— Ты знаешь другие языки?
— Нет.
Он резко выдохнул и покачал головой.
— В Северной Ирландии другие языки мне были ни к чему.
 
— Здесь не Северная Ирландия. Можешь сделать что-нибудь с акцентом?
— А что с ним не так?
— С таким же успехом могла бы повесить на грудь шарф оранжистов.
— Я могу говорить, как англичанка.
— Постарайся, пожалуйста, — сказал он, повернулся, взбежал по лестнице и закрыл за собой люк.
Глава тридцать четвертая 
Штаб-квартира ЦРУ — Вашингтон
Через неделю после встречи Директора с Делярошем в Амстердаме Майкл Осборн в первый раз после возвращения из Лондона приехал в Контртеррористический центр. Набрав код на панели у двери, он вошел в отдел и сразу же завернул к Картеру. Тот сидел за заваленным бумагами столом.
— Ну и ну, сам сэр Майкл решил почтить нас своим присутствием. — Картер покачал головой и нахмурился.
— Это почетное звание, так что меня вполне устроит «ваше величество».
Картер наконец стер с лица раздраженное выражение и улыбнулся.
— Рад, что вернулся. Мы тут по тебе соскучились. Все в порядке?
— Лучше и быть не может.
— У тебя десять минут на знакомство с новостями. Потом я жду вас с Синтией в кабинете.
— Отлично. Увидимся через полчаса.
Майкл прошел по бульвару Абу Нидаля до своей кабинки. Кто-то из остряков повесил на стене британский флаг, а из динамиков маленького магнитофона доносились звуки «Боже, храни королеву».
— Очень смешно, — хмыкнул Майкл, не обращаясь ни к кому в отдельности.
У двери его встречали Блейз и Евротрэш, за ними подтянулись Синтия Мартин и Гигабайт.
— Не гневайтесь, сэр Майкл, мы всего лишь хотели немного украсить ваше рабочее место. Чтобы вы чувствовали себя как дома, а не в захолустном Лэнгли.
— Какие вы внимательные и заботливые.
Блейз, Евротрэш и Гигабайт удалились, нестройно распевая «Он — англичанин». Синтия села на стул.
— Поздравляю, Майкл. Отличная работа.
— Спасибо. Приятно слышать.
— Вообще-то я рассчитывала, что ты завалишь дело. Ничего личного, как понимаешь.
— По крайней мере откровенно.
— Откровенность — корень моих несчастий.
Майкл улыбнулся.
— Мой тесть планирует вернуться в Вашингтон за пару дней до начала конференции по Северной Ирландии. Хочет побыть с внуками, встретиться со старыми друзьями по Сенату. Накануне конференции мы устраиваем небольшой прием. Почему бы тебе не составить нам компанию? Дуглас ценит твое мнение.
— С удовольствием.
Майкл написал адрес на листке и протянул его Синтии.
— В семь часов.
— Обязательно буду, — сказала Синтия, складывая листок. — Ладно, увидимся у Картера.
Оставшись один, Майкл сел за стол, включил компьютер и стал читать поступившие за ночь сообщения. Патруль королевской полиции Ольстера обнаружил в графстве Антрим, неподалеку от Белфаста, автомобиль с двумя сотнями фунтов семтекса. Подозрение падает на республиканскую группировку, называющую себя Истинной ИРА. Майкл перешел к другому сообщению. В графстве Даун, возле Банбриджа, застрелен католический священник. Полиция считает преступление делом рук протестантской экстремистской организации. Дальше. В Портадауне ложа Оранжевого ордена наметила маршрут ежегодного марш-парада. Разумеется, оранжисты настаивают на своем праве пройти по Гарваги-роуд. Похоже, нынешний сезон маршей обещает быть таким же конфронтационным, как и прошлый.
Он выключил компьютер и прошел в офис Картера. Синтия уже была там.
— Надеюсь, вы двое еще не распланировали свою жизнь на ближайшие сорок восемь часов.
— Наша жизнь, Эдриан, принадлежит Управлению, — скромно ответил Майкл.
 
— Мне только что позвонил Билл Бристоль.
— Ты разговаривал с самим советником президента по национальной безопасности?
— Может, заткнетесь на минутку и дадите мне закончить?