Земли полуночи (СИ)

— Ты о ком говоришь? — заинтересовалась Ленка.
— Есть такая, зовут её Тамила Лапа. К ней раз Драгана пришла за чем-то, но они друг с другом понимания не нашли, ну, то есть, поругались немного. Так вот, Тамила Драгану просто выкинула за порог и сказала больше не приходить. Ты можешь представить себе человека, который способен Драгану Ивлич взять и выкинуть за порог?
— Ничего себе, — поразилась Ленка. — И ты к ней пойдёшь?
— На днях надо зайти, я ей хочу заказать кое-что. Она к тому времени уже должна решить с ценой — посмотрим, сможем ли договориться.
— А если не договоритесь, она тебя просто за порог вышвырнет? Или что-нибудь похуже? Ты далеко не Драгана Ивлич, Кени — ты об этом помнишь?
— Ой, Лен, хоть ты не нагнетай, пожалуйста.
— Я с тобой к ней пойду, — решительно заявила она. — Даже не пытайся один туда идти, понял?
* * *
Сегодня, наконец, прибывал Клаус фон Абенсберг. Я решил встретить его лично — всё-таки это не просто полезный знакомый, а, скорее всего, мой будущий вассал, и выказать уважение будет совсем не лишним для наших будущих отношений. Ничто не стоит так дёшево и не ценится так дорого, как вежливость — фраза, конечно, порядком затаскана, но до чего же она верна.
К тому времени, когда наша «Бодрая чайка» только показалась в небе, мы с Ленкой уже стояли возле причальной вышки.
— Какой он всё-таки крохотный, — вздохнула Ленка, глядя, как причальная команда подтягивает курьер к захватам.
— Наш дирижабль обещают уже через пять месяцев сдать, — обрадовал я её.
— Долго ещё, — вздохнула она, не особо обрадовавшись. — Надеюсь, нам до того времени никуда лететь не придётся.
— Долго, — согласился я. — Но ты ведь сама захотела нестандартный проект и спецзаказ. Джакузи[5] на дирижабле — это, знаешь ли, совсем не просто. Это даже на корабле не так просто, а на дирижабле одни только проблемы с балансировкой заставляют инженеров за голову хвататься.
[ 5 — Jacuzzi — так называется американская фирма-производитель гидромассажных ванн. Разумеется, в мире Кеннера используется какое-то своё название.]
— Я в этом не разбираюсь, — отмела все аргументы Ленка. Её тон при этом подразумевал, что она желает и дальше не разбираться.
— Можешь не разбираться, конечно, — согласился я. — Но тогда не жалуйся, что долго делают. Скажи спасибо, что вообще за это взялись. А ты, кстати, знаешь, сколько они за твоё джакузи запросили?
— Тебе не о чем поговорить, Кени, кроме как о каком-то дурацком джакузи? — недовольно спросила она.
— Вообще-то, не о каком-то, а о твоём дурацком джакузи, — поправил её я. — Но если тема его стоимости кажется тебе скучной, давай поговорим о чём-нибудь другом.
О чём-то другом она говорить тоже не пожелала, и мы молча наблюдали за швартовкой. Наконец, внешняя дверь гондолы сдвинулась и уехала вбок, и в проёме показались пассажиры.
— А Лада-то какая зая, оказывается, — вполголоса прокомментировала Ленка, глядя на парочку на открытой платформе подъёмника. — Рассказал бы мне кто, в жизни бы не поверила.
— Любовь меняет людей, — высокопарно отозвался я.
— Ты мои слова украл, — фыркнула Ленка. — Но как ни удивительно, похоже, что так оно и есть. Меняет.
Лада действительно выглядела необыкновенно мило, держа Клауса под руку и нежно к нему прижимаясь. Узнать главную оторву дружины в этой робкой лани было решительно невозможно.
— Герр Клаус, Лада, здравствуйте, — поздоровался я, а Ленка просто обозначила вежливый поклон. — Мы рады приветствовать вас в Новгороде. Как долетели?
— Прекрасно долетели, спасибо, господин Кеннер, — отозвался фон Абенсберг. Ну, слава богам — хоть кто-то прекрасно долетел нашим курьером.
— Но пойдёмте же в машину, — предложил я. — Отвезём вас в ваш новый дом.
— Наш новый дом? — тут же заинтересовалась Лада. Вполне ожидаемо — любую женщину волнует её гнездо. Это только мужчинам обычно хватает берлоги.
— Я выделил вам из своего резерва дом в Масляном конце, — объяснил я. — Поживёте там, пока не освоитесь. А потом либо выкупите его, либо подберёте себе какой-то другой вариант.
 
— То есть мы не обязаны его выкупать? — вопросительно посмотрел на меня Клаус.
— Разумеется, не обязаны, — решительно опроверг я. — Но должен заметить, здесь всё-таки есть кое-какие нюансы. Если вы отвергнете вассалитет, то можете жить где угодно. Хотя даже в этом случае мы не откажемся продать вам этот дом, просто в знак хорошего отношения. Если же вы примете вассалитет, то выбор для вас несколько сузится. Гербовому дворянину и главе семейства подобает жить в соответствующем месте. Землю под поместье князь вам вряд ли продаст, по крайней мере, в ближайшие несколько лет, так что вариант в Масляном конце будет для вас практически идеальным. Правда, дома там недешёвые, но при необходимости мы сможем предоставить какую-то разумную рассрочку.
— Рассрочка вряд ли понадобится, — заметил Клаус. — Кое-какие средства у меня имеются. У нас с братом непростые отношения, но всё же мне не в чем его упрекнуть. Однако у меня есть один важный вопрос: вы упомянули возможность отвергнуть вассалитет — а какие последствия это повлечёт?
— В этом случае вы не получите герб, — ответил я. — Князь совершенно определённо поставил условиями получения герба вашу клятву за потомков и вассалитет. Каких-то других последствий, пожалуй, и не будет. Может быть, есть ещё какие-то мелкие моменты, но в голову ничего не приходит.
— А будут ли какие-то последствия конкретно с вашим семейством, господин Кеннер?
— Совершенно никаких, — я посмотрел на него с удивлением. — Мы отнесёмся к этому скорее одобрительно. Для нас невыгодно принимать вас в вассалы, этого от нас потребовал князь. Понимаете, вассалитет наложит на нас с вами некие взаимные обязательства. Но если для нас обязательства будут вполне заметными, то от ваших обязательств мы не получим никакой выгоды. Наши семейства настолько различаются по богатству и влиянию, что в обозримом будущем вы просто не сможете быть нам полезными.
— Понимаю, — медленно кивнул Клаус.
— Этот вассалитет необходим, потому что иначе вас обязательно подомнёт кто-то достаточно сильный и наглый. Ваш будущий голос в Совете Лучших — это весомый актив, так что никто вас без внимания не оставит. Именно поэтому князь требует вассалитета — чтобы мы вас прикрывали и гарантировали, что вы не ввяжетесь в какую-то оппозиционную деятельность. Да и вообще, он даёт вам герб, чтобы вы стали самостоятельным семейством. Зачем вы ему в качестве бессловесного придатка непонятно к кому?
— То есть князь вам полностью доверяет, — сделал вывод Клаус.
— Получается так, — согласился я. — И мы это доверие стараемся оправдывать. Наше семейство — верная опора князя.
— Благодарю вас, господин Кеннер, за это разъяснение. Разумеется, у меня и мысли не было отказываться от вассалитета. Я прекрасно понимаю, что мы получим гораздо больше, чем отдадим, и что это выгодно прежде всего нам. Мне просто хотелось увидеть общую картину.
— Ну вот, увидели, — улыбнулся я. — Не стесняйтесь задавать вопросы, герр Клаус, я всегда готов помочь. Загляните при случае в Дворянский Совет — они о вас знают, князь распорядился предоставить вам всю необходимую помощь. Как минимум, вам нужно непременно познакомиться с основными уложениями по обязанностям дворян и вассальному праву. Кстати, какие у вас вообще планы на ближайшее будущее?
— В самом ближайшем будущем мы с моей милой Ладой планируем сочетаться браком, — он с нежностью взглянул на неё, и она вспыхнула румянцем. Нет, это уже нечто совсем невероятное — может, её там, в плену, подменили на двойника?
— Христианским браком? — полюбопытствовал я.
— Разумеется, — твёрдо заявил Клаус. — Правда, епископ Ройтер будет, скорее всего, недоволен тем, что моей женой будет не христианка, но церковь такие браки дозволяет, и отказать он не вправе.
— Однако Христос разрешает лишь одну жену, — с интересом заметил я.