Путь ( 2 книга - 6 книга) (СИ)

Сектант расхохотался:
– Ха‑ха‑ха! А ты и впрямь хорош! Наглый, будто один из моих сгинувших соучеников. Пожалуй, я должен отдать тебе должное... Твоя удача велика. Суметь попасть сюда именно тогда, когда я вожу за нос тупых ищеек из города, – парень поцокал языком, коснулся пальцем носа в показном раздумье. – Делать из тебя простую телесную марионетку просто расточительство. Ты украл энергию жемчужины, да и техника, которой ты атаковал, непростая. Земная, верно? Лакомый кусочек... Пожалуй, я превращу тебя в кое‑что поинтересней, из тебя может выйти отличная душа для моего флага!
Я ответил своим усиленным Лезвием с левой руки и остывшим Рывком прямо в парня. Вот только всё пропало впустую: техника и копьё рассекли лишь воздух, а Покров оказался потрачен зря. Сектанта не оказалось в том месте, а вот спину ожгло опасностью. Мне оставалось только крутнуться на пятках и махнуть перед собой копьём. Часть летящих в меня чёрных игл я отбил, остальные ударили в грудь, руки, плечи, одна скользнула по щеке, раздирая её. Но и всё... Амулет почти не помог, но ни одно попадание не пронзило моё тело глубже, чем на толщину пальца. Пусть и несовершенная, возможно, неправильная, но моя Духовная Защита действовала.
– Это ещё интересней! С каких это пор у здешних слабаков в руках такие техники, что Иглы моего браслета не пробили тебя? Мастер говорил, что Духовная Защита только у основных учеников вашего клана.
Молча глядел на парня, пытаясь понять, каким образом он оказался на том краю поляны, да ещё и так, что даже причёску не разметало от движения? Внимательно оглядел его волосы, но не заметил ни малейшего отличия в оттенках прядей. Он не может быть коснувшимся стихии. Не думаю, что ему нужно прятать свою силу в опасении случайной встречи в лесах.
Я шагнул вперёд. Лезвие с правой руки. Провернуть копьё перед собой, очерчивая круг и меняя руки. Шаг вперёд. Пять Лезвий с левой руки. Парень лениво шагнул в сторону, пропуская первый небесный клинок. Но следующие летели широко, надёжно перекрывая пути бегства. И сектант просто вскинул ладони, принимая в них два Лезвия. И те бесследно исчезли.
Что‑то равное по возможностям моей Духовной Защите.
Я сделал первый Шаг, второй, стремительно разгоняясь и завершая круг вокруг врага. Выпад копьём! Блеснувшее остриё пронзило пустоту, а в меня полетели Иглы, вырвавшиеся словно из воздуха. Шаг вперёд, уносящий меня от опасности. Выпад! Выпад!
Второй удар пронзил что‑то похожее на колыхающийся туман или тень, а спину опять обожгло опасностью. Последний Шаг я сделал во всю силу и влетел в кусты. Но через мгновение выскочил из них чуть в стороне. Рывок к сектанту. Не может же его техника создаваться бесконечно?
Не может. Враг не стал сбегать, а встретил удар моего копья голой ладонью. Мне сотрясло всё тело, словно я бил в скалу. Невольно выпустил оружие, тут же запустив в оказавшуюся передо мной шею Лезвие, и ухватился за запястье всё ещё вытянутой чужой руки. Наклониться, потянуть тело врага за собой.
Перекинуть сектанта и грохнуть его о землю вышло легко. Вот только меня тут же отшвырнуло от упавшего техникой. Я перекатился, оказавшись на ногах раньше врага, и с шага пнул его в голову. Ледяной Шип почти в упор по лежащему телу. Но это его не убило! Техника рассыпалась у сектанта на груди... Я рванул с пояса кинжал, а парень заорал.
– Хат Ор!
Меня снова отбросило, и я с земли сразу перекатился вбок, к своему копью. На ноги мы поднялись вместе. Я выпрямился с копьём и замер: сектант улыбался, глядя на мою голову. Лопнул ремешок у шляпы, которая скрывала волосы! А зелье‑дешёвка уже утром почти ничего не скрывала. Ведь хотел выпить в лесу, но забыл...
– Да проживёт уродливый Чжань ещё четыреста лет! Он знал, что говорил, когда запихивал меня в пробой ваших границ! Теперь я верю, что выживу в этом проклятом Поясе и стану личным учеником бессмертного мастера!
Я не выдержал:
– Чему ты радуешься, урод?
– Ха‑ха‑ха! Как ты смешон. Уроды легли на алтарь в первый день. А я десять лет пробивался во внешний круг учеников. Я столь же безупречен, как и любой из личных учеников бессмертных! А радуюсь я ходячему сокровищу перед собой! – парень снова захохотал, безумно сверкая глазами. – Твою душу я вырву для своего флага! Кровь твою превращу в пилюлю! Средоточие выпью, шагнув сразу на ступень! А из костей сделаю амулеты!
 
Мы начали действовать одновременно. Я вывернул ладонь, от пояса выпустив новый Ледяной Шип. А он снова обратился тенью, успев сдвинуться на несколько шагов в сторону, а затем рванул с шеи ожерелье и бросил его в мою сторону. Каждая бусина в полёте превратилась в костяной кинжал.
Я вскинул копьё.
Эти игры я знаю!
Жало копья затанцевало передо мной, я наносил удары с такой скоростью, что стальное древко изгибалось под ладонями, наконечник очерчивал круг передо мной, а воздух свистел. Отбил, отбил, отбил! Последний неудачно: он отскочил едва не в плечо, промазав на палец.
Не успел обрадоваться, как следом в меня прилетели его тёмные Иглы. Отбил! Отбил! Убрать ногу с пути ещё одной. Вскинуть плечо, закрываясь им от последней духовной иглы. Она вспорола плечо. И тут же спину снова обожгло опасностью.
Пять Лезвий в сектанта! Развернуться.
Костяные кинжалы, отбитые мной, оказывается, и не думали падать на землю. Они развернулись и снова летели ко мне! Но теперь с разных сторон!
Отбить! Отбить! Спину обдало жарким ветром опасности, но я даже не обернулся, безропотно приняв новую порцию чёрных игл. Они казались мне не такими опасными, как созданные из бусин клинки. Неглубокие раны от техники я мог себе позволить, а вот получить костяной кинжал в шею...
Думать во время схватки вредно... Тот самый кинжал оказался быстрее. Я не успел отбить его, и он распорол левое предплечье, даже не заметив прочности закалённого тела. Хуже того, рана сразу онемела, чего от чистого клинка быть не должно. И я сгустил в руке ещё больше силы – единственное, что мне оставалось: на борьбу с ядом по всем правилам времени не хватало.
Рывок к сектанту, чтобы убраться подальше от бусин‑кинжалов и заставить врага шевелиться. Он слишком быстр для меня, от Шипа уходит, а Лезвия поглощает его защита. Лезвия в него с правой руки, все пять штук. Так широко, как я только могу со своим крохотным пониманием нового созвездия техники. Лезвие с левой в самый ближний костяной кинжал. И тот брызнул осколками, которые мгновенно превратились в мелкую пыль.
Есть! Закончить вращение копья, разгоняя его изо всех сил. Технику Медведя и удар копьём по подлетающему кинжалу. Осколки! На новые раны от чужой техники я даже не обратил внимания. Ещё четыре бусинки! Отбить, отбить, отбить! Простой шаг в сторону и Шип. Он уничтожил кинжал на своём пути и, продолжив полёт, заставил сектанта уйти тенью. Туда, куда я сам прыгнул Рывком.
Есть!
Почти угадал...
Копьё прошло мимо, но я задел появляющуюся фигуру плечом, разворачивая и откидывая сектанта в сторону. Вскинул руку ему вслед, но толчок энергии в меридиан отозвался болезненной судорогой: ошибся, поспешил всего на пару мгновений, исток ещё не открылся. Рыча от досады, я развернулся.
Надёжная стойка, ноги согнуты, спина напряжена. Копьё вперёд! Широкий наконечник рванулся, звеня от напряжения. Звонкий щелчок, и лицо обдаёт костяной пылью. Круговое вращение копья, и второй кинжал врезается в землю у моих ног. Прогнуться назад, выигрывая мгновение и пропуская над собой следующий. Я вскинул руку, почти коснувшись чужого оружия, и уничтожил его Лезвием. Перекатился, вставая на ноги. Ещё одно Лезвие с другой руки в сектанта, от которого дохнуло жаром опасности. Удар копьём по последнему кинжалу, что шевелился в земле, пытаясь взлететь. Слабо.
 
Ещё, ещё раз!
Хруст, что стал наградой.
Я развернулся, ища взглядом врага. Выглядел он не лучшим образом. Всё же я сумел его подловить. От небрежной причёски не осталось и следа, растрёпанные волосы закрывали половину лица. Кровь на губах. Он держался за грудь, хотя я вроде бы ударил его в плечо.