Воплощённый. Падение рода (СИ)

И только истеричный смех Крыла эхом разносился над берегом. С трудом, но сквозь этот смех можно было разобрать слова:
— Ссаный хаос, кому ты теперь будешь гранаты в задницу пихать?
Ну, тут я согласен. Погорячился. Стоило попытаться спеленать кого-нибудь живым. Но, все мы сильны задним умом. Как-то не до того было, чтобы думать. Инстинкты да страх сдохнуть — вот что двигало мной в тот момент. И ещё тихий смех на грани сознания. Довольный тихий смех.
Когда мы немного пришли в себя, залечили раны и смогли осмотреть поле боя, начались первые непонятности.
Вспомнился препод по «Угрожайке», как мы между собой называли «Окружающий мир. Ресурсы и Угрозы», его надменный холёный вид, его мания доводить до нас своё мнение, как если бы это было откровение свыше. Очень-очень сильно захотелось глянуть на выражение его лица, когда бы он увидел ещё один образец огнестрела «диких».
Особенно, вот такой образец…
Но к сожалению, моё желание было невыполнимо. Нестеров Поликарп Громович был мёртв. Сгорел в попытке защитить школу во время последнего Вторжения.
А нового «Громыча» нам ещё пока не прислали.
Первой на особенность нового огнестрела обратила внимание Игла. Нам, простым смертным, слышавшим о таком только на лекциях, даже мысли такой в голову не могло прийти. Ну красивое дерево пошло на приклады и ложа винтовок, ну и что.
— Фервальт! — шокировано сообщила нам всем бывшая наследница рода Морозовых, держа симпатичную винтовку на вытянутых руках, — и алсталь!
— Ты уверена? — тогда я с сомнением покосился на образец оружия, доставшийся нам в качестве трофея.
Вот эта вот переламывающаяся одностволка, без затвора, без каких-либо сложных механизмов сделана из материалов, которые себе позволить может не каждый род?
Фервальт и алсталь?
Серьёзно?
— Абсолютно, — дотошно изучая сестру-близняшку той винтовки, которую держал я, серьёзно кивнула Катя, — уж фервальт я узнаю всегда. Как и алсталь.
Я лишь тяжело вздохнул, прикидывая, куда это мы вляпались… Выходило, что в самое дерьмо.
Фервальт — дерево, добываемое на иных планах и обрабатываемое только в Воплощённых строениях — Лесопилках или их более совершенных вариантах — Мастерских Краснодеревщиков, специально обученными людьми. Уникальный материал, стоящий диких денег. Прочный, красивый, прекрасно держащий зачарование и сопротивляющийся любому внешнему магическому воздействию. Уникальность фервальта заключается в том, что после того, как изделие из него попадает в наш мир, покинув Лесопилку, оно становится запредельно прочным и износостойким. Если бы не его цена и мизерные объёмы добычи…
Я слышал, что весь фервальт идёт на усиления Воплощённых замков. На постройку новых строений, Воплощающих солдат, на более серьёзные Мастерские и прочие «игрушки» магических родов.
Но я ещё ни разу не слышал, и тем более не видел, чтобы из фервальта делали оружие!
С алсталью картина выходила ещё хуже. Хоть алсталь не была выходцем из иных планов, её производство, насколько мне известно, было освоено только в Москве. Гордость Сухаревых! Алхимически укреплённая и зачарованная сталь, производилась на Фабрике в Москве. На той самой Фабрике, где собирали Големов.
Причин сомневаться в словах Иглы у меня не было. Характерные синие переливы на слоистой структуре алстали были видны невооружённым глазом, как и характерная фактура фервальта.
Кто вообще додумался делать огнестрел из фервальта и алстали?!
Дерьмо!
Откуда это оружие взялось у диких?!
В общую кучу проблем шла ещё и экипировка диких стрелков. Тех, что удалось отбить у дорвавшейся до вкусняшек костяной виверны.
Никак эта экипировка не укладывалась в границы знания российских исследователей об этих примитивных дикарях, ведущий полукочевой образ жизни, не имеющих промышленного производства и считающих всё магическое злом.
С каждого трупа мы сняли по одному амулету и одному кольцу. Получилось по десять тех и других. Десять совершенно одинаковых штампованных амулетов, с наложенным заклинанием сокрытия. Десять совершенно одинаковых отлитых из дешёвого мягкого железа колец, зачарованных на что-то непонятное. Какая-то защита.
Кстати, оружие тоже оказалось зачаровано. Ствол, выполненный из алстали фонил наложенными зачарованиями, в то время как ложе, выточенное из фарвальта, гасило все эти магические искажения, маскируя и оружие, и владельца. Со стороны, издалека, никаким магическим образом нельзя было ощутить ни грамма магии от этих вещей.
Когда до остальных дошло, что именно лежит перед нами, переполох поднялся знатный.
Стержень и Игла с пеной у рта спорили, сколько это может стоить, если случится чудо, и мы сможем эти трофеи продать. Цифры у обоих выходили разные, но какие-то подозрительно дикие.
Крыло с Рух обнюхивали каждую единицу трофеев, выискивая что-то только им известное. На вопросы только отмахивались.
Царёв просто буркнул, что трофеи по-любому придётся сдавать Апраксиным, школе они не по чину, а Нудный, весь замотанный как фараон, умотал на берег что-то там вынюхивать.
В итоге, посовещались и осознали, что никаких вариантов у нас по сути то и нет! Информация, полученная нами, просто обязана быть донесена до города! Информация, оружие, артефакты, части экипировки диких…
Всё, что мы тут обнаружили и узнали напрямую относилось к безопасности города. Поэтому всё это мы были обязаны донести до Апраксиных, как до хранителям города. Все в этом мнении были единогласны. Безопасность города — важнее всего! А безопасность города — это Апраксины. И неважно, что контракт выдан директором школы, в школу мы завернём позже, пласт информации, нарытый за время выполнения контракта, вышел за границы полномочий директора школы. Да и продажа трофеев через магический род более реальна, чем через школу.
Вишенкой же на торте явился телепортационный контур, обнаруженный Нудным на берегу озера, когда мы уже паковали вещи и придумывали, как соорудить из подручных материалов нормальное такое седло на семерых.
Совершенно непохожий на рунный круг во дворе школы, но по заверениям Нудного, а потом и Рух вместе с Иглой, после того как они, не поверив парню, пошли проверить его находку, именно что телепортационный контур. Рунная вязь хорошо знакомых отличницам учёбы символов была выжжена на нескольких огромных булыжниках, буквально вросших в берег озера, образуя замкнутый контур вокруг пустого пространства метров семи в диаметре.
Ну, куда ушли дикие, мы определились. Стало ни нам от этого легче?
Тот ещё вопрос.
Просто угроза, незримо нависшая над нами, стала ещё серьёзнее. Дикие, пользующиеся артефактами — это одно, но дикие, пользующиеся магией пятого круга — это что-то за гранью.
Уже через час, навьюченная всем, что мы смогли собрать и упаковать, костяная виверна, получившая имя «Малыш», по кратчайшей траектории — прямой — на полной скорости пёрла в сторону Екатеринбурга.
По всему выходило, что доберёмся мы обратно ещё до следующего заката.
Перед тем, как предстать перед кем-то из Апраксиных, оставалось решить один-единственный вопрос.
Не слишком ли нагло будет соваться в центральную часть города, в оплот Порядка, верхом на костяной химере и с Воплощённым кусочком Долины-Туманного-Предела, во всю фонящей энергией костяного двора?
Наплевать! После того как в меня второй раз стреляли, теперь уже из артефактного огнестрела, после того как в меня кидали гранаты, и после того, как часть этих затейников свалила в туман, используя стационарный телепортационный контур, рисковать своей шкурой я больше не хочу.
С псевдо-Катализатором под майкой и виверной под задницей я чувствую себя намного спокойнее. А для разговоров с Апраксиными, возьму с собой Вермайера. Обещал родовое прикрытие? Пусть обеспечивает.
  
Глава 14
 
— Настолько срочный вопрос? — невесело усмехнулся император Российской Империи, с прищуром рассматривая вихрастую макушку склонённой головы канцлера, — А у меня были планы с правнучкой поиграть. И брось ты уже эти верноподданнические ужимки, Витольд Генрихович, смотреть тошно! Не для того тебя держу на этом посту, чтобы ещё и ты мне обезьянку изображал!