Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ)
— Эйсли, он едет прямо на тебя!
Дэн в кабине отчаянно надавил тормоз. Он испугался, что свихнулся уже окончательно, потому что прямо впереди стоял толстенький Элвис Пресли со своей высокой прической. Побитый черный «кадиллак» у него за спиной перегораживал дорогу. Элвис… нет, конечно, просто его двойник… держал на руках карликового бульдога.
— А где мистер Морто? — с хрипотцой закричал Элвис, растягивая слова, как и положено для выходца из Мемфиса. — Что с ним случилось?
Теперь Дэн все понял. Он вновь надавил на газ и вырулил на газон. Задние покрышки взвизгнули, взметнув тучи пыли. Элвис поспешно убрался с дороги и заметался в поисках мистера Морто.
Флинт поднялся на ноги и, прихрамывая, направился к «кадиллаку». По дороге он зацепил ногой какой-то предмет. Предмет лязгнул и откатился в сторону: это был баллончик с газом.
— Эйсли, задержи его! — крикнул Флинт, останавливаясь, чтобы поднять баллончик. — Он же у-у-у-ухо-диииит!.. Дерьмо!
Микроавтобус объехал «кадиллак», и Флинт в беспомощной ярости смотрел, как он выезжает на прямую дорогу; что-то загрохотало под днищем машины, словно свалилось корыто, потом дичь прибавила скорость, визжа покрышками, повернула направо и помчалась из парка на улицу.
— Мистер Морто! — с облегчением закричал Пел-вис, когда Флинт дохромал до него. — Слава Богу! Я думал, что этот убийца…
— Заткнись и лезь в машину! — рявкнул Флинт. — Двигай своим толстым задом!
Сам Флинт плюхнулся за грудь, включил зажигание и вдавил педаль газа; Пелвис едва успел втиснуть свое толстое тело на пассажирское сиденье. Флинт развернул «кадиллак»; луч единственной фары осветил фигуру женщины у машины. Флинт успел краем глаза заметить, что ее сын тоже выбрался из кабины, и теперь они стояли, держась за руки. С лицом, перекошенным от ярости. Флинт бросил свой автомобиль в погоню.
— Я испугался, что он вас убил вас! — прокричал Пелвис сквозь поток горячего воздуха, врывавшегося в окно. На его коке не дрогнул ни один волосок. Мам-ми выбралась из объятий хозяина и перебралась с переднего сиденья на заднее; ее высокий лай острыми когтями вонзался в основание черепа Флинта. Рука Клинта все еще наносила удары по воздуху, злобная, как пляшущая кобра.
— А как этот малый пытался меня сбить? — вновь заорал Пелвис. — Если бы я вовремя не увернулся, то сейчас выглядел бы как большая старая вафля! Но я его надул! Я бросился в одну сторону, он свернул в другую, а я опять в прежнюю и так продолжал прыгать туда-сюда. Вы же видели это, верно? Когда он пытался меня задавить…
Флинт прижал правый кулак к губам Пелвиса. Мамми ухватила зубами Флинта за рукав и глухо зарычала, но он не обратил на нее внимания.
— Клянусь Богом, — взорвался Флинт, — если ты не заткнешься, я выброшу тебя прямо здесь!
— Молчу. — Пелвис поймал Мамми и вновь перетащил к себе, С большой неохотой она выпустила рукав Флинта. Тот вновь положил обе руки на руль: стрелка спидометра, подрагивая, приближалась к шестидесяти.
Впереди, на расстоянии в четверть мили, метались из стороны в сторону задние огни микроавтобуса.
— Вы хотите, чтобы я замолчал, — сказал Пелвис с чувством оскорбленного достоинства, — но все, что для этого вам было нужно — это попросить меня более дружелюбно. Нет нужды затыкать мне глотку только потому, что я рассказываю, как смотрел в лицо Смерти и…
— Эйсли. — Слезы разочарования обожгли глаза Флинта, и он сам себе удивился; он уже забыл, когда последний раз плакал. Его нервы звенели, как сигналы тревоги, а стрелка спидометра перевалила за шестьдесят пять, и дряхлый кузов «кадиллака» жалобно заскрипел. Зато расстояние между ним и добычей быстро сокращалось.
Дэн до отказа вдавил в пол педаль газа, но больше из двигателя ничего нельзя было выжать. В боковое зеркало Дэн видел, как одноглазый «кадиллак» пристроился ему в хвост, и напрягся в ожидании столкновения. Впереди замигал светофор. У Дэна не было времени на раздумья; он резко вывернул руль влево. Микроавтобус нехотя подчинился ему, и его рваные покрышки перевалили через бордюр тротуара, «кадиллак» успел задеть его по касательной, посыпались искры. А потом «кадиллак» пролетел мимо, на перекресток.
— Держись! — закричал Флинт и ударил по тормозам. Но «кадиллак» был слишком тяжел, чтобы остановиться сразу. Пелвис вцепился в Мамми, которая пыталась снова запрыгнуть на заднее сиденье, полагая, что там безопаснее. Флинт развернулся — горький дым от подгоревших покрышек поплыл над перекрестком — и бросил «кадиллак» в кривой переулок, вдоль которого стояли кирпичные домики с аккуратно подстриженными лужайками и невысокими деревянными заборами. Он повсюду высматривал дичь, но нигде не было видно задних огней микроавтобуса. От переулка во все стороны разбегались другие переулки и улочки; Ламберт наверняка свернул в одну из них — но в какую?
— Я найду тебя, сукин сын! — сквозь зубы прошипел Флинт, сворачивая на очередную улочку. Там тоже было темно.
— Он исчез, — заметил Пелвис.
— Заткнись! Слышишь? Просто закрой свой рот!
— Констатирую факт, — сказал Пелвис.
Флинт повёл ревущий «кадиллак» к следующему перекрестку и там свернул налево. Его ладони были мокрыми, по лицу градом катился пот. Рука Клинта вырвалась наружу и заколотила его по подбородку;
Флинт грубо ее оттолкнул. Он свернул направо — взвизгнули шины — и оказался в похожем на лабиринт жилом районе. Во всех направлениях разбегались улицы. Спина у Флинта болела, ныло запястье, в висках тяжелым молотом стучала кровь. Он чувствовал во рту медный вкус страха. Флинт еще раз свернул направо, и у него екнуло сердце.
На расстоянии трех кварталов виднелась пара красных огней.
Флинт с такой силой вдавил акселератор, что «кадиллак» рванулся вперёд, как ошпаренная собака. Он хотел обогнать Ламберта и отрезать ему путь. Но в следующее мгновенье радость Флинта сменилась ужасом. Единственная фара выхватила из темноты не старый ржавый микроавтобус, а новенький «шевроле-кепрайс». На его багажнике серебристыми буквами было написано: ПОЛИЦИЯ АЛЕКСАНДРИИ.
Флинт нажал на тормоза. Тысячи возгласов, поминающих Бога, Иисуса и мать его Марию, безумными колоколами зазвенели у него в голове. Завизжали и задымились покрышки, когда водитель полицейского автомобиля газанул, чтобы, избежать столкновения.
Прежде чем остановиться, «кадиллак» завалился на бок, двигатель чихнул и умолк, и на крыше полицейской машины загорелась мигалка. Она дала задний ход и остановилась в двух футах от помятого бампера «кадиллака». В лицо Флинту ударил луч фонаря.
— Ну вот, — растягивая слова, сказал Пелвис. — Мы наложили дерьма и сами в него вляпались.
За ближайшим перекрестком Дэн запустил двигатель и, не зажигая фар, отъехал от тротуара. Черный «кадиллак» проскочил мимо улицы, где он затаился, две минуты назад, и Дэн боялся, что он вот-вот может вернуться. Миновав еще один перекресток, он включил фары и повернул налево, к шоссе 49, ведущему на юг. Машин не было ни впереди, ни сзади. Впрочем, Дэн понимал, что ему предстоит ехать всю ночь и проделать большой путь, прежде чем у него появится возможность отдохнуть. Он попрощался с Александрией и поздравил себя с удачным избавлением от охотников за наградой.
Флинт, все еще ошарашенный неожиданным поворотом событий, заворожено смотрел на мигалку.
— Эйсли, ты просто приносишь несчастья, — хрипло сказал он. Двое полицейских вышли из автомобиля. Флинт сунул баллончик с газом под сиденье, запихал брыкающуюся руку Клинта под рубашку и застегнул пиджак. Лица обоих молодых офицеров не предвещали ничего хорошего. Пока полицейские подходили, Флинт достал бумажник и прижал левую руку к груди, чтобы придавить Клинта.
— Держи рот на замке, — сказал он Пелвису. — Говорить буду я.
Полицейский, который подошел к дверце со стороны водителя, обладал такой мощной нижней челюстью, что ею можно было колоть дрова. Он направил фонарь прямо в глаза Флинту.
— Вы нас едва не отправили на тот свет, вы хотя бы понимаете это?