Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ)

— Этого я тоже толком не знаю. — Вэнс посмотрел на струю воды, изогнувшуюся бесполезной дугой к центру языков пламени, и подумал: с тем же успехом они могли бы туда мочиться.
Из домов начинали выходить люди. Те, что помоложе, бежали в парк. Старики торопливо ковыляли следом. Почти все «Отщепенцы» и «Гремучие змеи» наконец опомнились, но драке пришёл конец. Ребята стояли и глазели на пожар; на потных, покрытых синяками лицах играли отблески пламени.
Коди вскочил на ноги. В голове еще стоял туман, один глаз распух и почти закрылся, но здоровым глазом мальчик видел объект не хуже прочих.
Посреди автомобильной свалки Кейда стояла черная пирамида. Коди прикинул, что высотой она футов сто тридцать, а может, больше. Пирамида отражала пламя и все-таки не вполне походила на металлическую. Ее поверхность казалась грубо-чешуйчатой, точно змеиная кожа или тесно, внахлест расположенные пластинки брони. Коди увидел, как струя воды из пожарного шланга, попав на пирамиду, превратилась в пар.
Кто-то притронулся к украшенному кровоподтеком плечу Локетта. Коди скривился и увидел, что рядом с ним стоит Танк. Шлем надежно защитил его от побоев, но под носом, куда угодил удачный удар, блестели следы крови.
— Ты в норме, мужик?
— Ага, — сказал Коди. — Вроде бы.
— Больно бледный у тебя вид.
— Надо думать. — Он огляделся, увидел Отраву, Бобби Клэя, Дэйви Саммерса… По крайней мере, все «Отщепенцы» были на ногах, хотя кое-кто выглядел не лучше Коди. На глаза ему попался и Рик Хурадо, который стоял от силы в десяти футах от них и наблюдал за пожаром. Похоже, паршивый мексикашка не заработал ни царапины. Зато (и почти все Гремучки вместе с ним) стоял после захода солнца на бетоне Инферно. В любое другое время Коди в бешенстве набросился бы на Рика, но это внезапно показалось ему такой же напрасной тратой энергии, как бой с тенью. Хурадо повернул голову, и ребята оказались лицом к лицу.
Не выпуская из руки ключ, Коди уперся взглядом в Хурадо.
— Ну так что, Коди? — спросил Танк. — Какой счет, мужик?
— Ничья, — ответил Коди. — Пусть так и остается. — И отшвырнул разводной ключ, вышибив из разбитого окна зала очередной кусок стёкла.
Рик кивнул и отвел глаза. Битва закончилась.
— Рентген, — вспомнил Коди. Он подошел к залу игровых автоматов, увидел, что «хонда» перевернулась, но не пострадала, и вошёл в разгромленное помещение. Рэй Хэммонд сидел, привалившись спиной к стене, вся рубаха была в кровавых потеках. — Живой? — спросил Коди.
— Пожалуй. — Рэй едва ворочал языком. Во время драки он прикусил его, и теперь язык казался большущим, как кабачок. — Что горит?
— Чтоб я сдох, если знаю. Что-то брякнулось во двор к Кейду. Давай, попробуй встать. — Рэй взялся за протянутую ему руку. Коди подтянул его кверху, и у мальчика немедленно подкосились ноги. — Только не блевать, предупредил Коди. — Я себе стираю сам.
Едва Рэй с помощью Коди поднялся на ноги, как Джесси увидела сына и чуть не вскрикнула. Том за ее спиной сглотнул застрявший в горле ком. Полковник Роудс, не отрывая глаз от черной пирамиды, стал пробираться через толпу зевак, а существо с личиком Стиви осталось возле «сивика», на котором все они приехали.
— Рэй! О, Господи! — вскрикнула Джесси, добравшись до сына. Она не знала, обнять его или наподдать ему как следует, но, судя по виду Рэя, тумаков и шишек он наполучал предостаточно, и Джесси остановилась на первом варианте.
— Уй, мам, — запротестовал мальчик, вырываясь. — Не устраивай кино.
Том увидел покрытое синяками лицо Коди, оглядел Щепов и «Гремучек» и отчетливо представил себе, что, должно быть, произошло. Злость рассеялась, и теперь он с ужасом уставился на пирамиду, возвышавшуюся в кольце пляшущих языков пламени.
— Не-ет, шлангом такое не унять, нет-с! — Это был Хитрюга Крич в куртке из желто-синей шотландки, чуть более светлых синих слаксах и жемчужно-серой рубашке с открытым воротом. Выбрать галстук из своей обширной коллекции вырвиглазов у Хитрюги не было времени. Ударная волна сотрясла его дом и выкинула Хитрюгу вместе с женой, Джинджер, из постели. Голова Крича тряслась, челюсть дрожала. — Я битый час провисел на телефоне, пытаясь выяснить в головной конторе, что это за бардак! Том, что это за штука там, будь ей пусто?
 
— Думаю… это космический корабль, — сказал Том, и Крич на секунду сделал большие глаза.
— Пардон за грязь в ушах, — сделал Крич еще одну попытку, — но мне показалось, будто ты сказал…
— Да, сказал. Космический корабль.
— Что? — Вэнс стоял достаточно близко, чтобы услышать. — Том, ты рехнулся?
— Спроси полковника Роудса. — Том кивнул на военного летчика. — Он тебе скажет, что это такое.
Роудс внимательно осматривал небо и вдруг увидел то, что искал. Мигая хвостовым огнём, над Инферно сновал реактивный «Фантом-F4Е» с базы Уэбб. Проводив самолет взглядом, Роудс увидел, что он начинает разворачиваться для очередного пролета над пирамидой. Вероятно, в этот миг пилот передавал на базу, что видит. Вскоре небо должно было заполниться кружащими над Инферно реактивными самолетами. Полковник оглянулся на Дифин и увидел, что она неподвижно стоит у машины, следя за самолетом. «Гадает, нельзя ли улететь на таком с нашей планеты», — подумал Роудс. Дифин казалась обычной русоволосой девчушкой, испуганной, трепетной, как жеребенок.
Ему пришло в голову, что она только-только выучилась ходить. Вероятно, она еще не знала, как бегать, не то ее давно бы и след простыл.
— Вы что-нибудь знаете об этом, полковник?
Роудс неохотно отвлекся от Дифин. К нему приближался шериф в сопровождении какого-то мужчины в чудовищной желто-синей куртке спортивного покроя.
— Что это за дрянь? — спросил Вэнс. На лице шерифа засохла одинокая струйка крови. — Откуда она?
— Об этом я знаю не больше вашего.
— А Том Хэммонд сейчас сказал совсем другое, мистер! — задиристо заявил Хитрюга Крич. — Вы только гляньте, что за бардак, окаянная сила! Полгорода выкорчевало! А знаете, кому придется за это платить? Моей страховой компании! Что, черт побери, я должен им теперь сказать?
— Теперь-то это уж точно не метеорит, — Вэнс учуял обман. — Эй, слушайте! Не такая ли штуковина упала в пустыне, а?
— Нет, не такая. — В этом Роудс был уверен: упавшее за городом ИПСП было другого цвета и раз в пять меньше. Он следил за «фантомом»: тот возвращался, чтобы снова низко пролететь над пирамидой. Где, черт побери, болтался Ганни с вертушкой? Роудс был приучен «охранять факты», как это называлось в проекте «Голубая книга», но как утаить такую громадину…
Треск пламени потонул в низком дрожащем звуке. Роудсу показалось, будто кто-то с хлюпаньем, сипло, судорожно втянул воздух.
В следующую секунду из вершины пирамиды вырвалась тонкая колонна яркого фиолетового света, поднявшаяся в небо еще примерно на две сотни футов.
— Что это оно делает? — заорал Вэнс, делая шаг назад.
Дифин знала, что, и крепко сжала кулачки, впиваясь ногтями в ладони.
Столб света начал вращаться, как застывший циклон. Пожарные бросились наутек, и струя воды из пожарного шланга иссякла. Столб вращался все быстрее, от него отделялись светящиеся нити. Они начали переплетаться. На восток, на запад, на север, на юг — во все стороны устремились фиолетовые полосы; они перечеркнули горизонт, забирая небо над Инферно решеткой и беззвучно, мерно и сильно пульсируя.
— Похоже на какую-то поганую клопоморку! — услыхал Коди голос Танка а потом увидел, что реактивный самолет резко задрал нос, намереваясь прорваться сквозь лиловую сеть.
Коснувшийся решетки нос «фантома» смялся в лепешку. Самолет взорвался, превратившись в оранжевый шар, и Роудс крикнул: «Нет!» Попавшие на решетку обломки самолета объяло пламя. Крутясь, они посыпались вниз, чтобы приземлиться в пустыне, в трех или четырех сотнях ярдов за Окраиной.
Решетка продолжала расти, заливая небо мертвенным лиловым светом.
Ровно в семи милях от Инферно и Окраины решетка выгнулась и пошла к земле, взяв город в кольцо. Она перерезала строй маршировавших по шоссе № 67 телеграфных столбов и линию электропередачи, а замешкавшийся и слишком поздно затормозивший шофер грузовика врезался в нее на скорости шестьдесят миль в час. Грузовик сложился в гармошку, шины полопались, мотор вмяло в кабину. Грузовик отскочил от решетки и взорвался точь-в-точь как если бы въехал в каменную стену. Дикий кролик по другую сторону решетки испугался и попытался пробежать сквозь нее к своей норе, но поджарился раньше, чем его мозг зарегистрировал боль.