"Фантастика 2024-100". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

- Надо будет ей тортик поставить, за хлопоты… Да за доброту, неимоверную. – Я держался за мочку уха, снова уходя на анализ событий.
- Перебьётся, лахудра крашеная! – Амина и "Ванга-Ванга", по слухам, старые соперницы.
Друг друга на дух не переносят, старательно отбивая мужиков, при всем при том, что вкусы у обеих совершенно разные. 
Впрочем, отбивают они не только мужиков – сотрудников тоже.
Если, к счастью для себя, в число первых я не попал, то вот ряд вторых, едва не пополнил. 
Спасло меня тогда то, что я слишком терпеливый.
Терпеливо выслушал все предложения госпожи Ваен и… Остался работать на Амину, то есть – отдел "Н", разумеется. О истории этой я никому не рассказывал, но вот, вспомнилась…
Шеф появился сразу за закончившимся кофе.
Уселся напротив Амины, привычно ругнулся на то, что текст снова "от руки" и углубился в чтение.
Этот злосчастный тетрадный листок в клетку, он мусолил пятнадцать минут!
Я уже испугался, что почерк у меня, и без того не очень, испортился, как он положил его на край стола и громко цыкнул зубом.
- Когда ждешь Сапфирра?
- Не больше пяти дней. – На "автопилоте" ответил я и сам заинтересовался, откуда "вывалился" ответ.
- В пределах нормы. – Людвиг не торопливо достал из кармана пачку сигарет и протянул мне.
Дождался отрицательного мотания и улыбнулся.
- Что? – Не выдержала Амина.
- Да, застращал, тут… Один аналитик… - Шеф убрал пачку в карман. – "Возможное применение воздействия "кноккера""! Может быть, и хотел, да не успел. Реакции у тебя и без того – мотаются по всей шкале, а как с куревом завязал, так и за шкалу, выпрыгивают.
- Тем более – достаточное основание для отстранения. – Пожал я плечами, понимая, что сейчас играю за адвоката дьявола.
- Отстранения? – Людвиг рассмеялся. – Для наблюдения – может быть. А вот об "отстранении", можешь забыть. Через два часа у нас повторная встреча, с господами из корпораций. Теперь уже не на "нейтральном" поле, а в нашей конторе.
Тонкая боль, словно некто медленно принялся вбивать мне в висок маленьким молоточком, тоненькую иглу. 
"Здравствуй, Предвестник!" – "Обрадовал" я себя самого. – "Так проходит мирская слава!"
Пока начальство обговаривало варианты, отпросился у них и спустился еще на один ярус вниз – в лаборатории, где царствовал князь Максим. Царствовал мудро и людей своих держал в самых жестких ежовых рукавицах, холя и лелея специалистов, издеваясь и высмеивая – приспособленцев.
- Сайд! – Максим Туарек, мулат из мулатов, метр восемьдесят пять сантиметров ростом и сто семьдесят в плечах, посмотрел мне в глаза и понятливо закивал головой. – Опять?
Скривившись от очередного, особо сильного удара молотком по игле, плюхнулся к нему в кресло и тихонько застонал.
- Совсем плохо? – Макс засуетился вокруг меня, одновременно вызывая свою протеже, закатывая мне рукав рубашки и откидывая спинку кресла, на три четверти. – До какой степени?
- До "царственного". – Признался я, расслабляясь. – За десять минут.
- Спал сколько? – Макс уселся напротив меня, проверяя давление. – Жанна! Живее!
- Пять часов. – Быстро подсчитал я и чертыхнулся. – И час – в ванне.
- Значит – шесть. Жанна! Два кубика "обычного" и шесть – его, "специального"… - Начал перечислять, не называя, Макс.
- Макс… У меня через полтора часа – встреча. – Быстро предупредил я, что бы мне не вкололи чего-нибудь не "того".
- Ага. И два куба – "антигистаминного". – Таурек, помялся и задал вопрос. – "Эксперимент" продолжаем?
"Экспериментом" мы с ним окрестили контроль за этой моей способностью. 
Впрочем, какой там к чертям собачьим, контроль!
Тут бы от боли не околеть и не начать кусаться…
Макс все надеялся найти у меня в мозгу "центр тревоги", накопив уже более сотен снимков, МРТ, снятий "свечений Кирлиана", ЭКГ и прочего, прочего, прочего.
 
На его беду, этот самый центр оказался у меня блуждающий и не поддающийся расшифровке.
На всех снимках – идеально здоровый мозг, без патологий.
- Продолжаем. – Согласился я и князь Максим радостно потер руки.
- Пришло новое оборудование, так что мы у тебя, в два счета все найдем! Жанна, ты где… - Макс начал свирепеть. – Уволю. Достала. Корова.
Уволить Жанну Макс обещается вот уже восемь лет. Она, за это время, успела дважды сходить замуж и родить двоих чудесных, крепеньких мальчиков. 
- Максим Андреевич, не ругайтесь! Сами отправили меня в лабораторию… Сайд, привет! А я-то понять не могу, чего у нас тут все завертелось! Сейчас мы тебе укольчик вколем, два того, шесть этого и пару от аллергии. – Высокая, полная, Жанна, стремительно двигалась по кабинету, собирая лекарства в кювету на подносике. – И на новый аппарат, скатаемся. Он у нас – суперский, беленький и хромированный!
Макс спрятал лицо в ладонях.
Никогда он ее не уволит. 
Даже когда женится, жена будет прыгать от радости на седьмом небе от того, что на работе, у ее мужа романа быть не может.
Раздевшись по пояс и вытащив из карманов все металлическое, устроился на движущейся кушетке, на которую ткнула пальчиком Жанна.
- Сперва – анализы! – Рявкнул Макс. – И пробы и снимки! Сайд, ты же потерпишь?
Можно подумать, у меня был выбор…
Кровь из вены, Жанна уже набрала и теперь старательно наклеивала мне на грудь электроды.
И как всегда, беззлобно ругалась себе под нос, грозя меня, мохнатого валенка этакого, побрить во всех местах, куда дотянется.
К молотку и игле добавился шуруп и шуруповерт.
Изящно толкнув бедром кушетку, Жанна сдвинула ее в сторону открывшейся при этом, двери и подмигнула мне.
- Выйдешь, получишь укольчик и будешь ты здоров!
Кушетка въехала в белоснежную комнату, у стены которой замерла адская машина с хромированным ободом, в который мне предстоит сунуть свою многострадальную голову, и тремя сияющими словно звезды, светодиодами – фиолетовым, зеленым и красным.
- Пожалуйста, закройте глаза и расслабьтесь. – Попросил нежный женский голос у меня над головой.
От удивления завертел головой во всех направлениях и рассмеялся собственной глупости – разумеется, запись!
Расслабившись, закрыл глаза и принялся дышать под счет, успокаиваясь.
Кушетка подо мной плавно проехала еще пару метров и замерла.
Нежное тепло коснулось макушки и заскользило в сторону пяток.
На третьем проходе, к игле и шурупу добавился гвоздь. Ржавый и гнутый.
Причем тот, кто его забивал, постоянно промахивался по шляпке гвоздя, гвоздя мне по крышке черепа!
Кувалдой.
Гад!
- Обследование завершено! Спасибо за Ваше содействие и понимание. Пожалуйста, оставайтесь в горизонтальном положении, пока тележка не покинет помещение аппарата!
На все анализы и снимки ушло сорок минут.
Получив свой укол – пересидел в кабинете у Макса еще минут двадцать, приходя в себя и любуясь четкими снимками своего мозга.
Очередными.
На мой взгляд – совершенно такими же, как и предыдущие 100500 штук.
Однако Макс был счастлив, Жанна кудахтала от восторга, и обоим было не до меня.
Едва укол пошел в "пользу", помахал исследователям ручкой и вернулся к себе.
- Сайд! – Толик поставил на стол передо мной бутылку коньяка. – Твоя доля.
- Какая доля? За что? – Замер я, собирая мозг в кучку. – Вы что, вправду Папу Римского арестовали?!
- Дурак ты, Сайд. И шутки у тебя – дурацкие! – Толик аж поперхнулся от возмущения. – За Магду…
В семь утра, с почти утихнувшей головной болью, стоял возле кабинета наготове, как ракетоноситель на стартовой площадке.
Вышедшие из кабинета начальники, молчком, пронеслись мимо меня, лишь махнув рукой, что бы я не отставал.
В этот раз проход открыла Амина.