Право налево (СИ)

- Не знаю. Но мест в машинах всем не хватит. Может быть, поставить одну палатку, что поменьше? Кому тесно в машине или кто не может спать сидя, перейдут туда?
- Голова! – восхищённо цокнул языком Никита. – И одну палатку собрать будет быстрее, чем пять-шесть. Так, Мить, идём, поможешь, а остальные решайте, кто где.
- Девы ночуют в машинах, а мужики – кто куда поместится.  Тачки у нас нормальные, сидушки откидываются,  можно спать почти лёжа. По трое в машину – запросто. Но нас одиннадцать, значит, двоим или троим в палатку, - отреагировал Марк.
- Девчат можно в одну машину, они худенькие, влезут вчетвером, - предложил Шурик.
- Не годится, - хором запротестовали Светлана и Катя.
- Я сплю в машине и с Лёшей.
- Я – с Димой!
- Тогда давайте так, - предложил Никита. – Хозяева машин в них и остаются.  И сами выбирают, кого подложить под бочок. А кому мест не достанется, велком в палатку. К слову, она готова, только  Митяй сейчас спальники внесёт,  и можно укладываться.
- Да, неплохо придумано, - согласился Алексей. – Только давайте пошустрее, я с пяти на ногах, глаза сами закрываются.
- Бутерброды? – пока шла дискуссия, Лена, чтобы не смотреть, как Рита отирается возле Марка, пошла было помогать Никите с Митей ставить палатку, а когда те от её помощи отказались, вытащила сумку с едой и принялась делать бутерброды.  По прошлым походам знала – мужики всегда не прочь подкрепиться, как тот  Винни Пух из мультика. Только им не мёд подавай, а мясо. В крайнем случае, колбасу. Главное, побольше. И время суток значения не имело, тем более, все ели больше пяти часов назад, а она так и вовсе – утром.
- О, Лена, ты моя спасительница! – Саша первым ухватил бутерброд, откусил и блаженно замычал. – Пища богов!
Мужчины мгновенно расхватали нехитрый перекус, один бутерброд Лена взяла себе, ещё один сцапала Катя. Света и Рита отказались.
- Я не ем после шести, - фыркнула Маргарита. – И вам не советовала бы. Оглянуться не успеете, как разжиреете и покроетесь целлюлитом.
- А я в дороге перекусила, брала с собой йогурт, - объяснила Светлана. – И Ритка права – нажираться на ночь хлебом, тем более, с колбасными изделиями – верх безрассудства! Девушкам, имею в виду. Мужчинам можно.
- Вот и я говорю – нельзя столько жрать! Марк, я хочу спать. Не покажешь, как разложить сиденья?
Дожёвывая на ходу, мужчина в сопровождении Маргариты направился к своей машине.
Чтобы не расплакаться от унижения, Лена прикусила губу. Ну, Ритка! Зачем же при Марке про целлюлит? Нет у неё никакого целлюлита, в ней вообще сорок семь килограмм всего при росте метр шестьдесят четыре! Хотела как лучше,  приготовила поесть для всех, а Рита выставила обжорой именно её…
- Лен, да не загоняйся ты, - Катя правильно поняла состояние подруги. – Ритка всегда такая. Считает, что только она правильная, и все должны делать, как она. А если поступаешь иначе, значит ты отстой. Уже пора привыкнуть к её языку. Доедай бутерброд-то, чего его в руках держишь?
Лена покосилась на еду, вздохнула и принялась жевать. Ещё десять минут назад ей казалось, что она слона готова проглотить, так хотелось есть, а сейчас кусок в горло не лез.
- Так, заморили червячка? Лена, спасибо! – Алексей подошёл, сгрёб в охапку Катю. – Не было бы у меня Катюхи, я к тебе, Лен, присмотрелся – умница, красавица, хозяйственная и не болтушка. Повезёт же  кому-то! Удивляюсь, почему парни до сих пор клювами щёлкают? Кать, идём, я уже приготовил всё. С нами, правда, квартирант ляжет, но мы его к стенке подвинем…
Народ на глазах разбредался, пока  на пятачке не осталась одна Лена.
Как всегда, провозилась дольше всех – сначала доела, можно сказать – домучила бутерброд. Потом собрала остатки еды и упаковала их обратно в сумку. Оглянуться не успела – все уже рассредоточились. Впрочем, она так и так знала, что перспектива ночевать в палатке выпадет именно ей. Ей и, скорее всего,  Саше с Никитой.
Что ж, втроём не страшно, да и теплее.
Хоть и  лето, а в лесу под утро остывают и воздух, и земля.
 
Девушка пробралась в палатку и на ощупь принялась искать.
- Лена, ты? – Саша.
- Ага.
- Ложись сюда, я место нагрел! – мужчина повозился, отодвигаясь. – И вход застегни скорее, пока комары не налетели.
Со стороны машин донёсся заливистый смех.
Рита!
Лена горестно вздохнула, ругая себя за нерешительность. Надо было не бутерброды строгать, а лезть в машину Марка и устраиваться спать. Пусть и с Ритой в довесок, но она лежала бы сейчас близко от любимого. И слушала, как он дышит во сне…
Или как целуется с Ритой.
От последней мысли её передёрнуло.
Нет-нет, не надо думать о таком! И вообще, день был длинный, а завтра идти с рюкзаком, да по бездорожью, сквозь глухой лес! Надо выспаться!
Поёрзав, она нашла удобное положение и замерла, ожидая, когда придёт сон.
И, наверное, всё-таки задремала, потому что пропустила момент, когда в палатку кто-то протиснулся и принялся выгонять Сашу.
- Иду, иду, - буркнул Александр. Вжикнула молния, и всё стихло. Не успев удивиться, Лена почувствовала, как кто-то лёг рядом, а потом едва не забыла, как дышать, потому что  мужчина произнёс:
- Спи, Ленк, это я, Марк. Ритка весь мозг вынесла, то жарко ей, то дует. Отправил в машину Сашку, одному Никите эту фифу не вынести, а вдвоём с Сашком как-нибудь перетерпят.  А мне выспаться надо, я же рулил. И ты спи, завтра трудный переход!
И мужская рука подгребла спальник с ней поближе к себе.
   Как же хотелось, чтобы утро подольше не наступало!
Марк быстро засопел, а Лена ещё долго таращилась в невидимый потолок, тихо млея от счастья.
Он пришёл к ней! Сам!
И тут же одёргивала себя – не к ней, а от Риты сбежал…
Но обнял-то её, не Риту?
Тоже не факт, что это что-то значит. Может быть, у него с детства прекрасно развит хватательный рефлекс? Может быть, он привык засыпать с мягкой игрушкой или там  с подушкой в охапку? А она в этом спальнике как раз на нечто среднее похожа…
Сон сморил её только перед самым рассветом, и подъём прозвучал совсем уж некстати.
- Встаём, встаём, лежебоки! – пышущий энтузиазмом Шурик громко передвигался по импровизированному лагерю, пока не раздались хлопки дверей и недовольные голоса.
- Шур, вот чего орать с утра пораньше?
- Б-р-р! Холодно-то как!
- Девочки, а где умыться?
- О, Сашок и Никитос! А Марк где? ГДЕ??
И через несколько секунд вход в палатку расстегнули, и донельзя бодрый голос Алексея мгновенно снёс остатки сна.
- А ну, подъём!  Значит, все с подселением, а ты, Марк, как самый умный, отхватил себе отдельные апартаменты?
- Да ну тебя, Лёха. Встаём, встаём. Ленк, просыпайся!
Стараясь не слишком сиять, Лена выползла из палатки, покрутила головой – где умыться, в какие кустики сбегать. И после утренних процедур подключилась к приготовлению завтрака.
Рита смотрела неприязненно.
- А некоторые-то только прикидывались тихонями, а как случай подвернулся – шустро к чужому парню под бочок нырнули. И как спалось?
- Не поверишь – глаз почти не сомкнули, - отбрила Лена, сама поразившись, своему ответу – и что на неё нашло? Подумаешь, Ритка цепляется? Не в первый раз ведь. – Передай лаврушку.
Маргарита фыркнула и, пробормотав: «Ещё не вечер», демонстративно отошла от костра.
- Лен, а правда, у вас что-то с Марком есть? – тихо поинтересовалась Катя. – Ты призналась ему?
- Нет, конечно! Сказала же – вешаться мужчине на шею – не мой вариант! Ничего не было, просто спали. Ритка его достала капризами, вот он и сбежал в палатку, - честно ответила девушка. – Лаврушка у нас где?
 
- Жаль. Я уж было порадовалась. Вон она – в синей сумке.
  Позавтракав, туристы перебрали в рюкзаках вещи, разложив их поровнее, затем заперли машины – тем предстояло два дня дожидаться хозяев на этом месте – и гуськом, вслед за шагавшим впереди Марком, отправились в лес.