Дело всей жизни (СИ)
— Хотелось бы надеяться. Может быть, это соглашение уже несется к нашим берегам с хорошей скоростью узлов двенадцать в час. И если это так, то мне меньше чем через месяц нужно быть готовым отреагировать на изменившиеся обстоятельства, а я… Это было неожиданно, мистер Кенуэй. Я был уверен, что мистер Ли… Бенвилл останется на своем посту. Ну, или что вы смените его обратно.
— Роберт, — Хэйтем фыркнул. — Орден — это не протестантский колледж, откуда можно забрать документы и подать их на будущий год. Так будет даже лучше: вы молоды, полны сил, способны противостоять. У вас есть те, к кому вы можете обратиться, если не хватает опыта, но помните, что я прибыл в Америку, будучи еще даже моложе вас сейчас. И занимался устроением ложи, не имея ни наставников, ни денег.
— Про это можно сказать только то, что, возможно, это стало дополнительным стимулом, — возразил мистер Блессингтон. — Когда ты понимаешь, что впереди враг, а позади — твои бойцы, которые верят тебе и рассчитывают на тебя, это… Это не то же самое, что принять командование в укомплектованной армии и лениво готовиться к наступлению.
— Вы побывали в укомплектованной британской армии, — парировал Хэйтем. — А позже вы оказались в колониальной, в которой всегда чего-то не хватает. Замечу, оказались вы в ней, так скажем, с отягощением — вам не доверяли, поскольку в глазах колонистов вы были перебежчиком. И сейчас вы можете использовать комбинированный опыт.
Мистер Блессингтон неверяще покачивал головой, и Шэй не удержался:
— Роберт… Слышишь? Тебе говорю, магистр. А в чем разница-то? Ты донесений не принимал? Маневры своей и вражеской армии не оценивал? Проблемы своих бойцов не решал? Вот твои бойцы, у всех разное вооружение. Есть и враги: с кем-то надо сражаться, а с кем-то можно и договориться. Еще есть снабжение, переписка и прочая ерунда.
— Я справлюсь, — мистер Блессингтон вскинул взгляд. — Не имею права не справиться, это мне понятно и знакомо. Просто… Действительно не ожидал. Даже когда вы, мистер Кенуэй, подняли вопрос на повестку дня, я был настолько уверен, что Эдвард… Я завтра же приму у вас все дела, какие возможно, и отправлюсь действовать. Я хотел бы попросить… — тут он мотнул головой и совершенно другим тоном вдруг произнес:
— Простите, мистер Тёрнер, что отрываю вас от беседы, это совсем ненадолго. Как только закончите дела в «Кольце Калпера» и убедитесь, что за вами нет следов, разыщите меня, где бы я ни находился. Это станет для меня сигналом, что Братство может начать действовать — хотя бы потому, что ваш побег вызовет вопросы.
— Принято, магистр, — коротко кивнул мистер Тёрнер. — Что-то еще?
— Пока нет, — Роберт слегка улыбнулся и произнес куда тише, обращаясь к Шэю: — Что ж, первый приказ я отдал. Начинать всегда труднее всего.
— Вам будет проще, — мягко заметил Хэйтем. — Когда я набирал людей в ложу, это были очень разные люди, повстречавшиеся с разными тамплиерами в разные времена и в очень разных обстоятельствах. А вы все были молоды, когда я принимал вас в Орден, а стало быть, и достаточно гибки, чтобы наладить отношения и дело.
Шэй даже ощутил что-то сродни растроганности, но тут мистер Дербишир, который добрался до отличного вина и хорошенько его распробовал, всхрапнул на стуле и съехал по спинке пониже. Шэй сразу почувствовал себя трезвым — особенно на фоне соратника.
— Справишься, — подвел итог мистер Кормак. — Хотя в ближайшее время тяжко придется: и армия, и Чарльстон, и за Вашингтоном надо приглядеть, чтобы не натворил чего.
— Не натворит, — вдруг усмехнулся Роберт. — Приглядеть, конечно, не помешает, но зачем делать что-то самому, когда с этим и Братство неплохо справится? У них больше выходов на главнокомандующего, а его выходки — не в их интересах.
— А вот это уже достойная оценка, — усмехнулся Хэйтем и поднял кружку. — Предлагаю выпить за ваше назначение.
Слова прозвучали громче предыдущих, и мистер Рутледж повернулся, охотно подхватив:
— Кстати, да! Позвольте вас поздравить, великий магистр.
Тёрнер молча отсалютовал чашкой, а Дербишир еще раз всхрапнул и заплетающимся языком простонал:
— Кс-с-стати… Н-не щи-та-е-ца, пока не обмыли.
Он попробовал отпить из кружки, в которой еще что-то плескалось, но только облился и захрапел громче.
— Мило, — Эдвард пригубил вино и усмехнулся. — Боюсь, его придется донести хотя бы до постели. Надеюсь, здесь есть свободные спальные комнаты.
— Донесешь? — уточнил Роберт.
— Я? — Эдвард перестал улыбаться и приподнял бровь. — Никогда не мечтал носить таких мужчин на руках.
— Вообще-то он может и приказать, — фыркнул Шэй.
— Чепуха, — призвал соратников к порядку Хэйтем. — За шиллинг здесь его кто угодно донесет и ленточкой перевяжет.
— В чем несомненное достоинство нашего друга, так это в том, что под воздействием крепких и не очень напитков он спит и изредка дерется, — заметил мистер Тёрнер. — Но не болтает.
— Это я в первую очередь проверял, — мистер Кенуэй придирчиво оглядел пьяного соратника. — Настолько старательно проверял, что начал опасаться, что мистер Бэзил из запоя не уже не вернется.
— В армии я бы такого держать не стал, — заметил Блессингтон. — А сейчас придется научиться делать скидку на разницу требований.
— Да направит нас Отец Понимания, — улыбнулся Эдвард.
Деревянные кружки столкнулись с глухим стуком, а в чашке Тёрнера почти ничего не осталось, поэтому он в один глоток допил и поднялся:
— Мне пора. Рад был увидеться и определиться со списком действий. Магистр, все мои укрытия и способы связи известны мистеру Кенуэю, так что вы всегда можете меня разыскать или призвать. Эдвард, через пару дней я пришлю вам нужный вам состав с верным мне человеком. Желаю удачи. Да направит нас Отец Понимания.
Он откланялся и удалился. Шэй отметил, что мистер Рутледж, кажется, слегка расслабился. Это могло быть тревожным сигналом, однако Эдвард внезапно пояснил причину сам:
— Мистер Тёрнер — прекрасный соратник, с ним приятно работать, но даже в частное время он настолько… собран, что я невольно чувствую себя, как на Конгрессе. Формальностей мне хватает с избытком. Роберт, я понимаю, что ваше назначение поставило нас на качественно разные ступени, однако, может быть, вы не откажетесь сегодня выпить со мной? В прошлый раз получилось довольно неплохо.
— В прошлый раз я лишнего выпил, — вздохнул Блессингтон. — Давно хотелось. Но сегодня так нельзя, поскольку завтра я должен быть в форме. Это, возможно, один из самых важных дней в моей жизни, нельзя ничего упустить.
Мистер Кенуэй остановил его взмахом ладони и заверил:
— Вы можете отдохнуть, Роберт, для вас действительно… знаменательный день. А завтра мы можем встретиться после полудня. Скажем, часа в три, здесь же.
— Тогда мы можем никуда не идти, — мистер Рутледж оживился. — Доставим мистера Дербишира в постель — и можно пить прямо тут.
Шэй понял любовника с полувзгляда и поднялся из-за стола:
— Тогда мы пойдем, — он поочередно посмотрел на обоих соратников и подумал, что надо бы прихватить с кухни с собой в номер бутылку шабли.
В комнате, которую мистер Кенуэй занимал издавна, все изменилось вместе с обликом гостиницы. Шэй машинально поискал глазами заштопанную дырку на покрывале и только спустя несколько мгновений понял, что и покрывала, и даже кровати — новые.
Британская «стабильность» закончилась. Всей Америке, и бостонской гостинице «Зеленый дракон» в частности, нужно было искать новые пути.
Шэй приоткрыл окно и поинтересовался, не оборачиваясь:
— Не против, если я закурю?
— Не против, — Хэйтем щелкнул замком изнутри, и голос его звучал рассеянно. — Надеюсь, выветрится к тому моменту, как мы соберемся ложиться. Впрочем, в «Зеленом драконе» я никогда не рассчитывал на особенный комфорт, так что не будем нарушать традиции.
Шэй привычно набил трубку, раскурил и выдохнул вместе с дымом:
— Ничего не хочешь рассказать?