Открытый брак (СИ)

Сев в автомобиль, касаюсь кончиками пальцев тонких лепестков и пытаюсь выровнять сбившееся дыхание.
Раньше я крутила пальцем у виска, когда старые подруги подозревали мужей, отслеживали их по геолокации и проверяли переписки. Теперь и сама не против сделать нечто подобное, чтобы убедиться в точности сделанных выводов. Вопрос только в том: что делать дальше с открывшейся информацией?
— Ты надолго уехал из офиса? — глухо спрашиваю.
Наиль включает поворотник и перестраивается в крайний правый ряд. Интересно, вещи, которые он перевозил Насте — лежали в нашем багажнике? Журавлёва сидела впереди? На этом же месте? Была благодарна? Насколько?
От параноидальных мыслей стискиваю зубы и интерпретирую поведение девушки в поездке абсолютно иначе. Например, когда она настойчиво советовала рюкзак, то, скорее всего, действительно хотела доказать, что я плохо знаю вкусы собственного мужа, но настолько сильно хотела, чтобы Саркиеву было хорошо, что даже смирилась с тем, что я приобрела подарок первой. Что же. Похвально.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И тот взгляд в отеле за бокалом вина. Настя изучала меня долго и задумчиво. Это потому что завидовала, или же сочувствовала? Никак не определюсь.
— Обещал, что после обеда буду. Хакеры поразили киберзащиту через учётную запись одного из сотрудников. Будем долго разгребать.
Я в этом ничего не смыслю, поэтому коротко киваю. Лучше позже обсудить с той, кто «неплохо сечёт».
На ногу опускается тяжёлая горячая ладонь, поглаживая и сжимая колено. Мне хочется содрогнуться, потому что мысль о сексе вызывает почти что панику. Боюсь, не смогу. Мутит.
— Лиля по секрету сказала, что Журавлёвы разводятся. Представляешь? — резко выпаливаю.
Повернув голову, смотрю за реакцией со страхом и опасением. Не вижу изменений, хотя Наиль знал. Раньше меня знал.
— Тоже слышал об этом.
С трудом терплю, чтобы не фыркнуть или не рассмеяться в голос. Слезы подкатывают к глазам. Я отворачиваюсь к окну и вдавливаю ногти в сумку.
— Разводятся и разводятся, — пожимает плечами, будто пытаясь успокоить. — Молодые, детей нет…
— Ну да, нам было бы сложнее.
— Ни разу не задумывался об этом.
Остановившись на светофоре, Наиль поворачивается в мою сторону. Гладит, трогает. Полосует взглядом скулу и шею. В тех местах пылает и горит.
Столько невысказанного застывает в воздухе, что становится душно. Я тянусь к кондиционеру, регулирую температуру. Оставшуюся часть дороги молчу.
Попав домой, первым делом устремляюсь на кухню и ищу вазу для цветов, поочередно открывая шкафы и изучая полки.
Слышу, как Наиль катит чемодан в спальню. Не ругаюсь за грязные колеса, которые не мешало бы вытереть. Просто до победного надеюсь, что сумею отправить мужа на работу, чтобы избежать разговоров и близости, а ещё перевести дух и понять: как жить дальше?
Поставив гортензии на стол, направляюсь в спальню. Перелёт был недолгим. Подруги что-то активно обсуждали всю дорогу, а я не слышала их, и единственное, в чем хотела разобраться: был ли у нас с мужем другой вариант внедрения в новую жизнь? Без похоти и соблазнов? Менее разрушительный и болезненный?
Меня потряхивает, когда я открываю чемодан и достаю оттуда подарок. Тот, что сама выбирала. Кручу в руках. Симпатичный, в стильной упаковке.
— Я купила тебе рюкзак для ноутбука фирмы «Пеликан». Выбирала между ним и «Самсонайт».
За стеной слышится шум воды. Тело сковывает.
— Спасибо, что взяла первый — он крутой, — доносится приглушенный голос мужа. — У второго качество дерьмовое. Я тебе об этом когда-то рассказывал.
Наиль продолжает что-то говорить, а я издаю тихий нервный смех и разжимаю пальцы.
Подарок с грохотом падает под ноги. Я добиваю и со всей силы пинаю его под кровать.
Да, Настя уделала меня. Умная, красивая, приятная и внимательная. Наверняка ни разу не пропустившая ни слова из уст моего мужа. Да и в сексе горячая — он пробовал. Такой довольно сложно отказать в помощи.
 
— Поль, в чём дело?
Наиль выходит из ванной, вытирая полотенцем лицо и шею. Челюсти крепко сжимаются, кадык заметно дёргается. Пристальный взгляд без ножа вскрывает сердце.
  
Глава 54
 
— Что с настроением, Полька? Кто-то испортил? Не понравилась поездка?
Наиль приближается ко мне и давит вопросами. Верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, рукава закатаны. Воздух в комнате густеет и бьётся током. Муж не подозревает, что причина испортившегося настроения — он сам.
Я не могу уверенно сказать, что не соскучилась. В первые дни — очень, а потом — всё перевернулось с ног на голову.
Пока я искреннее думала, что мы молодцы и спасли брак от разрушения, вовремя его закрыв и от всех отгородившись, Наиль продолжил общение с Настей. Тет-а-тет. Настолько близкое, что, кроме него, никого не оказалось рядом, чтобы помочь Журавлёвой со столь деликатным вопросом. Грош цена таким стараниям.
— Поездка понравилась, — отвечаю с дребезжанием в голосе. — Спасибо.
Отвернувшись, открываю ящик и достаю оттуда специальный органайзер для украшений. От ревности разрывает, а в уголках глаз собираются слёзы.
Я снимаю с запястья часы и браслет. Аккуратно раскладываю украшения по предназначенным отсекам.
Ссориться не хочу. Предъявлять претензии тоже. Всего лишь отдохнуть после дороги и упорядочить мысли. Желательно в одиночестве. Разве это так много?
— За что спасибо, Поль? — холодно интересуется Наиль.
— За деньги. За возможность. За всё.
Растираю кисти рук, когда они становятся свободными. Задерживаю дыхание и перехожу к кольцам. Хочу избавиться от всего, потому что накрывает неконтролируемым раздражением, а драгоценности только мешают и жгут кожу.
— С каких пор у нас раздельный бюджет? Я что-то пропустил?
А я?
Муж небрежно швыряет полотенце на кровать. Чувствую, что заводится не на шутку. Одно невинное слово, и разговор перетечёт в скандал, а в моих планах было как можно скорее выпроводить его из дому, не отвлекая и не задерживая.
— Я не работаю. Логично, что все финансы заработаны тобой.
— Этот вопрос мы уже обсуждали. Будет удобно, если для начала ты выучишься.
Кивнув, шевелю пальцами и закрываю шкатулку. Да, мы не раз это обсуждали. Теперь вот думаю — может, Наилю попросту стыдно, если моя работа будет не столь презентабельна, как его? Без высшего образования я ничего толкового в столице не найду.
Миллион невысказанных претензий стискивает горло. Я с трудом делаю вдох-выдох и прячу органайзер в ящик.
— Тебя это тревожит?
Наиль останавливается за моей спиной и опускает руки на талию. Я замираю, как статуя. Волнуюсь, будто в первый раз. Понятия не имею, как переживу нашу близость, когда в голове полнейший сумбур.
— Брось, моя благодарность не была связана с тревожностью или желанием тебя уколоть. Сказала и сказала. Не ищи во всем подвоха.
Не знаю, устраивает ли ответ мужа, но мои лопатки впечатываются в твёрдую грудь, а в ноздри вбивается неизменный аромат дорогой туалетной воды и кожи.
Раньше эти компоненты моментально вызывали во мне прилив желания и похоти — хотелось эротично тереться бёдрами, заигрывать и улыбаться. Сейчас, как никогда, я воспринимаю супружеский долг в отрицательном его значении.
Настойчивые ладони забираются под майку, скользят по голому животу и беспрепятственно поднимаются выше. Поднырнув под бюстгальтер, взвешивают потяжелевшую грудь.
— Мне нужно в душ. Я не готова.
Толкнувшись каменной эрекцией в мои ягодицы, Наиль явно даёт понять, что полностью готов он. Никакого душа не будет. По крайней мере — до.
Сухие губы прижимаются к шее. Глубокое горячее дыхание задевает кожу. Я абстрагируюсь. Хочет — пусть берёт. Полностью перекладываю инициативу.
— Руки подними, Поль.
Я послушно выполняю требование, чтобы муж помог мне избавиться от майки. Заведённый, сильный. Излучающий мощную энергетику. Щёлкнув застёжкой, он снимает бюстгальтер и сводит вместе полушария с тихим сдавленным стоном.