Открытый брак (СИ)

— Что у тебя общего с Журавлёвым? — интересуюсь у мужа. — Если это не тайна, конечно.
Муж на несколько секунд зависает, сжимая ладонью руль.
— Не тайна. Саня предложил заказ на разработку специального сервиса, связанного с госуслугами.
— Ого. Ясно.
— Да. Задача мне понравилась. Интересная, несложная. Я сразу же принялся за выполнение.
Дальнейшую часть пути я отвлекаюсь с помощью разговора с Наилем. Перестаю, наконец, трястись. Испытываю непередаваемую гордость за мужа.
Долгое время я не могла избавиться от чувства вины. В том, что случился «залёт», была виновата не только я, конечно же. Нас подвели презервативы. Можно было отнестись серьёзнее, но я не стала пить средства экстренной контрацепции и спустила произошедшее на тормоза.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Порой было невыносимо наблюдать за тем, как лучший студент факультета, молодой и перспективный, надрывает спину на адской работе вместо того, чтобы сидеть в офисе и зарабатывать деньги умственным трудом. Рада, что у Наиля всё же получилось добиться цели. Пусть даже с опозданием в десяток лет.
Ночной клуб «Карусель» находится в самом центре города. Сверкающая разноцветная вывеска мгновенно привлекает внимание и вызывает внутри приятный будоражащий трепет.
Наиль опускает руку на мою поясницу, слегка подталкивая к центральному входу. Спокойный, уверенный в себе. За ним я пойду хоть на край света.
Как только охрана впускает нас внутрь заведения, я замираю на долю секунды и с интересом рассматриваю зал высотой в три этажа, просторный танцпол, бар, столы с диванами и диджейский пульт. Здесь царят веселье и безмятежность. Роскошь — в каждом уголке. Музыка, хоть и громкая, но благодаря чудесной акустике не давит на барабанные перепонки, а пробуждает одно лишь желание — присоединиться к отдыхающим на танцполе.
— Нам наверх, — сообщает Наиль. — В ВИП-зону.
Киваю, следую за мужем. Когда подходим к лестнице, автоматически берёмся за руки. Я обещаю себе, что рано или поздно привыкну к подобной обстановке. Вольюсь, стану частью этой роскошной жизни.
За дальним столом располагается действительно большая и шумная компания, состоящая из пяти девушек и шести мужчин. Средний возраст определить трудно, но я бы сказала, что все они — плюс-минус наши одногодки.
Александра замечаю сразу же, но решаю не акцентировать на нём своё внимание.
Отвожу взгляд, коротко приветствую присутствующих и жмусь к мужу. Теперь уже чётче понимая, о чём именно он предупреждал.
Мужчины выглядят красиво и солидно, девушки — будто только что сошли с обложек лучших глянцевых журналов.
Имена в голове мешаются, мысли путаются. Я занимаю место рядом с блондинкой в блестящем платье. Наиль садится по другую сторону и интересуется, что именно я буду пить. Недолго думая, выбираю шампанское. Моя соседка громко жалуется, что у неё — как раз закончилось.
Когда к столу подходит официант, Александр первым делает заказ:
— Нам самое дорогое шампанское, друг. Для самых красивых девушек в этом клубе.
Пытаюсь удержаться от язвительных комментариев даже мысленно, но в голове как на повторе крутится: позер, какой же он позер!
Я не хочу реагировать на его слова, поведение и образ. Дёргаю вниз чересчур короткое платье. Взгляд по-прежнему не поднимаю, первой заговаривая с блондинкой.
Тянусь к бокалу с запотевшим игристым вином и делаю несколько жадных глотков, в надежде расслабиться. Отмечаю, что Наилю — норм, комфортно. По крайней мере, внешне. Он живёт в столице вот уже четыре месяца. С момента моего переезда не прошло и недели. Надеюсь, что рано или поздно я буду чувствовать себя минимум так же.
Краем уха слышу вопросы о Насте, обращённые к Журавлёву. Тот отвечает, что супруга задерживается на работе.
Я непроизвольно вскидываю брови. Отчего-то хотелось считать его типичным богачом, который и в спутницы выбрал себе милую глупую куклу, которая понятия не имеет, откуда берутся деньги. Приятно удивляюсь, жду знакомства.
 
А пока администратор предлагает, чтобы перед нами станцевала полуголая девушка в тонких трусиках и с прикрытыми стразами сосками.
Я тут же тушуюсь. Боковым зрением замечаю довольную улыбку Журавлёва. Пытаюсь придать лицу больше невозмутимости, но сомневаюсь, что у меня получается. Щёки горят, уровень разврата зашкаливает. Всё это… слишком.
Александр соглашается, остальные оживляются.
Девушка начинает чудесно и плавно двигаться, поглаживая ладонями соблазнительные изгибы.
Мне некомфортно. В сознание вспышками врывается щемящая ностальгия.
  
Глава 10
 
Танцовщица дарит нам целый эротический спектакль.
Изящно выгибается в спине, качает бёдрами в такт музыке. Приседает, затем резко выпрямляется. Задевает пальцами стразы, поглаживает грудь. Она у неё большая и упругая. Размера четвёртого.
Чувствую, что мои щёки не просто слегка порозовели, а стали пунцовыми. Сердечный ритм давно зашкаливает, и успокоить его мне пока не под силу.
Можно было бы отвести взгляд или заговорить с Наилем на отвлечённые темы, но я старательно делаю вид, что для меня покупать приватный танец — довольно обыденное дело. Как и для остальных присутствующих.
Сжимаю тонкую ножку бокала, облизываю сладкие от шампанского губы. Я ведь прекрасно осведомлена, что и женатые мужчины вполне могут себе позволить заглядываться на кого-то, кроме собственных жён. Более того, мы с Наилем иногда между делом обсуждаем девушек в заведении и на улице. Я умею восхищаться красотой представителей не только противоположного пола, но сейчас — не то настроение.
Горячая ладонь мужа накрывает мою ногу. От неожиданности вздрагиваю.
Мне не видно, насколько открыто рассматривает танцовщицу Наиль. Заглядывать ему в лицо — дико и неуместно. Но зато чётко видно, как ведёт себя Журавлёв: свободно, расслабленно.
Он специально разворачивает стул, чтобы стать первым и главным зрителем. Широко раскидывает ноги, блуждает по телу девушки тёмным и порочным взглядом. Не присвистывает, не вставляет мерзкие комментарии — как это делают некоторые другие мужчины. Молча любуется и слегка улыбается одними уголками губ. Позволяя танцовщице изредка тереться бёдрами о свой пах.
— Благодарю, красавица, — проговаривает Александр, когда музыка стихает. — Ты была восхитительна.
Отчего-то кажется, что ему понравилось не настолько, насколько он озвучивает, но обижать девушку не хочет, поэтому рассыпается в комплиментах. Что Журавлёву в плюс.
Боже. И когда я стала искать плюсы в таких людях, как он?
Когда приват заканчивается, мне становится чуточку легче дышать. Я начинаю думать о том, что танцовщицу, скорее всего, сильно прижали жизненные трудности, раз она согласилась работать полуголой. Искреннее жалею ее и сочувствую, наблюдая, как принимает оплату, что-то жарко шепчет на ухо Александру и уходит к следующим клиентам. Бедняга.
Втягиваю ртом воздух, делаю глоток игристого вина. Стихшие разговоры за столом оживляются. Так я узнаю, что мою соседку зовут Мира, и она владеет косметологическим салоном. Что сказать о себе — не знаю. Хвалиться достижениями мужа? Своими — пока нечем.
Дальнейшая часть вечера проходит чуть легче, чем в самом начале. Я постепенно адаптируюсь. Много не болтаю, преимущественно слушаю.
Мужчины обсуждают бизнес, законы и налоги. Наиль активно участвует. Он будто бы попал в благоприятную среду среди богачей и мажоров. Кажется, что та наша прежняя жизнь осталась для него далеко в прошлом. То, что есть сейчас — самый пик, ему куда интереснее.
Журавлёв подливает виски, подаётся ближе и общается с моим мужем. Меня не трогает, но изредка бросает осторожные взгляды. Ненадолго застывает, пытаясь что-то прочитать в моих глазах. Затем снова возвращается к собеседникам, как ни в чём не бывало.
Было бы чудесно, если бы он и дальше не трогал меня, а я — его.