Отголоски судьбы (СИ)
— У меня будет своя армия. И это будет первое, что я сделаю, как только официально избавлюсь от своих могущественных опекунов. Насчет же пополнения казны у меня есть несколько идей. Я хочу это обсудить с тобой после празднований.
Димостэнис склонил голову.
— Поэтому мне нужно немного времени, чтобы исполнить твое желание. Я пока не могу им приказывать.
— Я понимаю.
— Не думай, что я забуду.
— Аурино, я на самом деле все понимаю. К тому же считаю неоправданным риском вступать в конфликт с главами Домов лишь из-за моей прихоти.
Император, слегка прищурившись, посмотрел на старого друга.
— Я слишком хорошо тебя знаю, Дим. Ты не умеешь отступать. У тебя есть другой план?
Иланди кивнул.
— Я уже несколько миноров работаю над этим.
— ???
— У меня был бы доступ к тому, что имеет Дом Дайонте, если бы я смог стать частью его семьи.
От неожиданности император замер.
— Как я понимаю, — медленно проговорил он, — вряд ли Талал согласится усыновить тебя. Ты хочешь заключить союз с его дочерью?
Димостэнис иронично фыркнул.
— На это он тоже вряд ли согласится, но думаю, это ты сможешь уладить.
Аурино сделал несколько шагов туда-сюда.
— Стать частью семьи Дайонте, — хмыкнул он, погрузившись в свои мысли, — не плохая идея. Как же сама девушка?
— А что девушка? — аура главного советника ощерилась иголками, — я не ем девиц на завтрак, обед и ужин. С ней все будет хорошо.
— Я смогу дать разрешение на союз без согласия главы Дома. Тем более это не нарушит никаких законов Астрэйелля, но в таком случае необходим положительный ответ избранницы.
— Я же сказал: что давно работаю над этим вопросом, — блеснул глазами Димостэнис.
Император какое-то время молчал.
— Может, я тебя не знаю? Все же ты смог меня удивить.
— У каждого из нас есть цель, — холодно ответил главный советник, — и идем мы к ней своими дорогами. Кто будет стоять на пути — его проблема. Или её.
— Хорошо, — пожал плечами Аурино, — тогда готовь союзный символ, чтобы было что дарить избраннице на следующий Бал Цветов.
Димостэнис сжал в кармане серебряную лилию. Сегодня он обязательно отдаст ее Олайе.
Глава 14
Дим тихо вошел в кабинет к своему первому помощнику и аккуратно закрыл за собой дверь. Ориф стоял у окна и задумчиво смотрел вдаль, вслед уходящей Талле. Как всегда, одетый с иголочки, в идеально сидящих на нем штанах, изысканной рубахе, очень дорогих из тонкой мягкой кожи мокасинах. Умен, хорошо образован, остроумен и саркастичен. Он никогда не скрывал своей неприязни к империи и истинного отношения к долине. Однако всегда открыто пояснял свои позиции и чаще всего оказывался прав.
Старше самого Димостэниса всего на три ара Ориф научил его видеть жизнь с другой стороны. Открыл новые грани реальности, заставил распахнуть глаза и осмотреться. Он был рядом с самых первых шагов и никогда не отказывал в помощи.
Кем он был для главы службы? Помощником? Наставником? Другом?
Часто они вдвоем засиживались допоздна, разговаривая о делах или просто за жизнь.
А кем тот считал Дима?
— Приветствую! — Ориф повернулся к вошедшему.
— Где ты был последние десять дней? — Дим стоял, прислонившись спиной к двери. Пустота разливалась внутри, заполняя собой все клетки чувств.
Помощник бросил на него удивленный взгляд.
— Я же тебе говорил — на восточной границе. Ты сам меня туда отослал, выяснить, как там сейчас обстоят дела.
— И как?
— Не очень, — пожал плечами Ориф, — я готовлю отчет. Если хочешь, я могу так рассказать.
Димостэнис вплел тонкую энергетическую нить, идущую от огневика в стихию воздуха, и накинул сеть на дверной проем. Собеседник мельком пробежался глазами по плетению, больше никак не отреагировав.
— Оставим отчеты, — Иланди прошел к столу, опустился рядом на стул, жестом показывая помощнику, сделать как он, — ты лучше скажи мне, сколько в моей службе агентов княжества с тобой во главе?
Ориф не стал тянуться к оружию, которое явно было у него под одеждой, не стал плести формулы, не сделал попытки бежать. Он всегда умел правильно оценивать ситуацию и взвешивать свои поступки в соответствии с положением, в которое он попал.
Дим не стал ждать оправданий или новой порции лжи.
— Мне всегда казалось, что мы слишком легко ушли из той приграничной крепости. Нашпигованной оружием и стражниками, как еж иголками. Тот мальчишка и тюфяк, которые были с нами. Их должны были казнить, и приговор в отношении их был исполнен. А мы должны были уйти. Я должен был уйти. Почему?
Ориф смотрел прямо перед собой. Потом его ресницы дрогнули, он расслабленно откинулся на высокую спинку стула.
— Потому что ты — Серебряный.
Димостэнис позволил себе лишь слегка прищурить глаза.
— Отличная легенда, — не стал он поддаваться на провокации, — наследник отца, отказавшегося от своего сына. Сэй Югрэлли — продажная тварь, который работал на княжество и жил в свое удовольствие.
— Жил? — слегка приподнял бровь мюрдженец.
— Ты что думаешь, за запретные взаимоотношения с долиной его по голове погладят и награду выпишут? — Дим взял перо, лежащее на столе, крутя его в пальцах. — Я лично с ним разговаривал, после нашей с тобой повторной встречи в том поселке. Он подтвердил твои слова. Потом я проверял еще раз, когда стали пропадать наши агенты, когда мы пробуксовывали на одном месте, а долина продолжала прокручивать свои делишки на нашей территории. Однако и другие люди так или иначе подтверждали вашу легенду. И только чистая случайность, и дотошность Клита, который досконально изучил дело об убийцах одаренных, узнал, что наследник Дома Югрэлли мертв и не иносказательно, а по-настоящему. Что ему вырезали хьярт, и он стал жертвой тогда еще никому неизвестных маньяков. Что глава рода скрыл правду и распустил слух по окрестностям о том, что его сын в чем-то провинился и был отлучен от родительского гнезда. Агенты долины работают хорошо. Вы стали платить сэю Югрэлли разными диковинками, которых нет в Астрэйелле, и в считанные ары его Дом стал одних из самых богатых в восточных квотах. Легенда крепла и обрастала новыми слухами и сплетнями, в которых уже сам бы дьявол ногу сломал. Я даже не стал марать об него руки, отдал императорским дознавателям. Так мы закрыли один из основных каналов сообщения долины и империи и выявили главного предателя.
Ориф поддался чуть вперед.
— Империя мне не дом. Проведя пять аров в Астрэйелле, я понял, насколько он мне чужд и противен своими законами и правилами, уничтожающими людей. Варварские обычаи, отсталое государство. Но лично тебя я никогда не предавал.
Хрясь.
Перо переломилось на две половинки. Дим разжал пальцы, выбрасывая мусор.
— Конечно, не предавал, — сухо произнес он. — Предательство — удел близких людей. Ты всего лишь служил мне, — он усмехнулся, исправившись, — впрочем, даже не мне.
В темных глазах мелькнула ответная насмешка. Дим почувствовал, что пустота внутри начинает лопаться, сгорать под напором поднимающейся в нем ярости.
— Я могу честно ответить на любой твой вопрос. Один, — вдруг произнес мюрдженец.
— Зачем ты отдал мне кодекс законов, написанный Стелларом? Не было же никакой облавы, ты просто отдал его мне.
Лицо собеседника выразило крайнее удивление.
— Просто он у меня был. И я тебе его отдал, — он обескураженно пожал плечами, — вот и все. Так какой твой вопрос?
Иланди обуздал огонь, разгорающийся внутри него. Мюрдженец хотел подвести его к чему-то. Думал, что может манипулировать им.
— Я хочу узнать о даре, который позволяет проводить энергии.
Тонкие аристократичные губы помощника скривила ироничная улыбка.
— Это самая обычная сторона дара. Она позволяет одаренному пользоваться силой стихии, находясь непосредственно вблизи источника, не трансформируя ее и не собирая в хьярт, проводить энергию к любому объекту. Особенно широко это используют целители и воины.