Убойная секретарша!

Много.
И почему я раньше не хотела себе в этом признаться? В том, что выгляжу тряпкой.
Я встала. Мы с Мерзляевым говорили негромко, но когда между людьми появляется напряжение, ему не нужен звук. Оно резонирует невидимыми волнами и всегда заметно для чужих глаз. Вот и девочки за столами притихли.
– Арнольд, ты решил отчитать меня перед моим отделом? – спросила парня прямо, понизив голос. – Может, наедине поговорим о моей недальновидности? И кстати, о личном тоже можем поговорить. Мне кажется, что пора.
Подойдя к принтеру, я распечатала лист с тезисами и вновь повернулась к Арнольду.
– Вот, держи, – сказала, протягивая ему бумагу. – Передай Регине и Алле, пусть обратят внимание на таблицу, так проще ориентироваться. И скажи им, что я спущусь в конференц-зал сразу же за вами. Просто набери меня, окей?
Я знала, что при всей моей вовлеченности в дела агентства, его хозяйка, госпожа Мерзляева, не терпела, чтобы кто-нибудь из ее подчиненных перетягивал одеяло на себя, поэтому на все важные встречи первыми всегда являлись она и Аллочка.
Но какая там таблица! Арнольд стоял и потрясенно смотрел на мои ноги.
И вовсе не так, как смотрел, когда они были голыми, а я – в настроении ему их показать.
– Лина! – брови Арнольда взлетели еще выше прежнего. – Почему ты в кроссовках?!
Да, здесь все привыкли видеть меня другой, но ведь бывают у людей критические дни в любых смыслах!
Я разозлилась. Пока еще тихо, но серьезно.
– Потому что мне так удобно, – ответила размыто, учитывая, что девочки продолжали прислушиваться к каждому моему слову, а рассказывать про черного кота я больше никому не собиралась. – Извини, но на каблуки я сегодня встать не способна.
Для меня уже хорошей новостью было то, что я не хромала, а благодаря медикаментозной блокаде могла явиться на встречу с корейцами, не вызвав лишних вопросов.
– Но ты – лицо агентства, Ветрова!
– И тем не менее, сегодня это лицо будет в кроссовках.
Арнольд развернулся и ушел. Хлопнула дверь. Девочки усиленно делали вид, что работают, но у кого-то всё же вырвалось:
– Ну, все! Готовьте огнетушитель. Побежал жаловаться мамочке!
– Почему сразу жаловаться, – серьезно заметил Марик в образовавшейся тишине. – А вдруг наш главный бренд-менеджер вспомнил наконец, что он мужчина, и решил взять ответственность за встречу на себя?
На этот раз файлом до Субботы было не дотянуться, и я запустила в Марика бумажными салфетками.
Не попала. Только руку растянула и всё рассыпала.
Даже в этом мне сегодня не везло!
***
Арнольд позвонил без трех минут час и сообщил, что они с Региной и Аллой уже спустились на второй этаж бизнес-центра «Галактика» и направляются к конференц-залу.
– Хорошо, поняла. Буду минут через десять.
– И захвати с собой пару рекламных буклетов. Надо как-то оправдать твое опоздание.
Оправдывать свои «опоздания» я привыкла, мог бы и не предупреждать. Поэтому не спеша сохранила все изменения в рабочих документах, выключила компьютер и встала. Повернувшись к зеркалу, одернула на себе жакет и подвела помадой губы. Вспомнив, что мои проблемы никого не касаются, приподняла подборок и улыбнулась своему отражению, рассчитывая на то, что нога не подведет, и в ближайший час я останусь собранной и профессиональной. Открытой для любых вопросов и обсуждений.
Как всегда!
Сообщив девочкам в отделе, что корейцы на месте, а значит час «Икс» настал, обменялась с Мариком пожеланиями: «Ни пуха!» – «К черту!», повесила на плечо сумочку, взяла в руку папку-планшет с документами и пошла навстречу общему будущему подписывать контракт.
Выйдя из «Регина-стайл», пересекла холл, села в лифт и спустилась вниз бизнес-центра, оказавшись в центральном двухэтажном вестибюле, где в это время во всю кипела рабочая суета и сновали люди, спеша по своим делам.
В огромном здании «Галактика», построенном в форме перевернутой буквы «Т», размещалось множество компаний и представительств солидных фирм. Работали юридические конторы, агентства недвижимости, пару бирж, банк, и даже вещал телевизионный канал. Располагалось несколько ресторанов и кафе. Имелось под дюжину конференц-залов и деловых площадей поменьше.
 
Самый большой и презентабельный из ресторанов – «Астория», находился на первом этаже бизнес-центра, а вот его конференц-зал – на втором.
В первую нашу встречу с корейцами от их фирмы пришли два человека, а вот на вторую и третью заявилось уже человек десять. И именно для них я готовила и проводила в этом зале подробную презентацию наших возможностей и услуг. Рисовала перспективы, задействовала проектор и помощь Марика, стараясь быть убедительной. И мне казалось, что клиенты остались довольны.
Я лично в пятницу заказала обед в «Астории» и выбрала меню по просьбе Арнольда, потому что Мерзляев никак не мог определиться с блюдами, а Аллочка ничего не понимала в восточной кухне. Этот обед сегодня обещал завершиться подписанным контрактом и переходом к долговременному сотрудничеству с серьезной фирмой. Премией и повышением зарплаты всему коллективу. Но главное, новым статусом «Регина-стайл».
Мы уже всё с корейцами обговорили ранее, разве нет?
Так зачем им снова понадобился конференц-зал?
Эти мысли крутились в голове, пока я не спеша пересекала вестибюль и шла к эскалатору из стали и стекла. Пока поднималась на второй этаж, ощущая в груди неясное беспокойство – словно предупреждение о чем-то.
Подойдя к нужному помещению, открыла дверь, намереваясь тихо присоединиться к своей команде, чтобы в нужный момент сыграть свою роль…
Однако, когда вошла в просторный зал с пустыми рядами кресел, то увидела у длинного стола только Регину, Аллу и Арнольда. Больше в зале никого не было.
А где же клиенты?
Все трое стояли неестественно прямо и молчали, как будто застыли в анабиозе.
И все трое были очень бледными. Это читалось даже сквозь макияж у женщин.
Не поняла…
– Привет, – я подошла ближе и остановилась. Оглядев пустое помещение, положила папку на стол. – А где корейцы? – спросила удивленно. – Неужели еще не пришли? Странно, на них совсем не похоже.
Пауза молчания продолжалась, и я предложила:
– А может, им позвонить? Вдруг случилось что-то серьезное? Раньше они никогда не опаздывали.
Право главного голоса в троице всегда принадлежало Регине, она и ответила:
– Не нужно никому звонить, Ангелина. Они были здесь – только что. Но уже ушли.
– Клиенты? – я моргнула, ничего не понимая. – Куда ушли? Почему?
– Надо понимать, прямиком в «Империал-Куб», к Орловскому. А вот почему, не объяснили. Видимо потому, что мы им больше не интересны.
Шестеренки в голове крутились очень медленно, словно отказываясь понимать очевидное. Месяц работы, сотня часов подготовки и разработки проекта. Сотни рисунков, вариантов текста и рекламной стратегии. Выходные за компьютером, без права на частную жизнь…
– Нет, – я покачала головой, не соглашаясь. – Это невозможно! Должна быть другая причина.
– Ее нет.
– Но, Регина, они же согласились с нами работать! Всё одобрили и планировали подписать контракт. Вы же сами видели, им всё понравилось! И наши предложения, и наши идеи. Я не верю, что они просто ушли!
– Ты была неубедительна, Ангелина, и это стоило нам лучшего в жизни контракта.
– Я? – я изумилась, услышав от Мерзляевой неправду. – Вы сейчас шутите, Регина? – не поверила холодному ответу женщины.
На брюнетке не было лица, но губы оставались плотно сжатыми и казались тонкими, как серый росчерк карандаша.
– У меня сорвался миллионный контракт и шанс войти в бизнес, где совершаются сделки, какие тебе и не снились. – Тон начальницы повысился, и в нем послышались истеричные нотки. – Полагаешь, мне до шуток?!
– Ты издеваешься, Лина, или не слышишь нас?! – тут же возмущенно пискнула Аллочка. – Сделка с корейцами сорвалась! А все потому, что кто-то слил информацию Орловскому!