Н 8 (СИ)
— В клуб меня приняли, — отпив шампанского, сказал Никита, увидев нетерпение во взгляде жен. — Но в качестве Кормчего я не прошел. Против меня оказалось большинство.
— Неприятный момент, — после недоуменных восклицаний пробормотал Антон Шубин. — Как будто по носу щелчок получить.
— Да, ощущается некоторое недоумение, — признался Никита. — Легкая досада, больше похожая на неудовлетворенные амбиции. А если подумать, то все правильно. Не время. Но Балахнину еще хуже. Его затея неожиданно провалилась.
— Главы кланов боятся, что ты станешь проводником идей императора, — сказала Тамара, — это же очевидно. Они как думают? Приду я к молодому Кормчему со своими проблемами в надежде получить нужный ответ. А он после встречи побежит к императору. Оно мне надо? Эти люди ищут того, кто будет копаться в их грязном белье и не показывать его на всеобщее обозрение.
— Бр-рр, — передернула плечами Яна. — Как представлю, в какую затею вовлекают Никиту, плохо становится.
— Ты излишне впечатлительна, — под дружный смех сказала Тамара. — Но иначе деятельность Никиты на посту арбитра не представить.
Никита согласно кивнул и снова взглянул на сына. Миша сжался еще сильнее, ожидая крепкого разноса. Но волхв сдержался и не стал допытываться, что произошло в «Гнезде». Неразумно трясти «грязным бельем» на виду людей, хоть и преданных ему, но все же далеких от родственных уз. Поэтому закончив ужин, он просто спросил, что же хотели ему сказать Тамара и Даша.
— Наверное, нам стоит пройти в кабинет, — ответила старшая жена, — вместе с Яной. Она лучше всего объяснит. И Аню тоже не мешает выслушать.
— Хорошо, — уже догадываясь о причине грусти сына, Никита предложил дамам подняться в кабинет-библиотеку. Пропустив всех четверых, он прикрыл дверь, навесил «полог», а сам уселся в кресле, закинув ногу на ногу и сцепив пальцы рук на колене.
Молодая чародейка, не затягивая с объяснениями, рассказала о «фокусе» молодого наследника. С трудом скрывая изумление, Никита слушал Яну, и лихорадочно анализировал ситуацию. Можно было порадоваться за сына, если бы сейчас ему было лет семь-восемь. Тогда инициация выявила бы слабые места мальчишки, которые исправлялись терпеливой и долгосрочной коррекцией. А сейчас что делать? Бежать к Иерархам с просьбой проконсультироваться и проверить неожиданный всплеск умений, пусть нелогичных и ранних? Или попытаться своими силами понять причину создания боевого скрипта, которого Михаил никогда в своей короткой жизни не видел? Никита точно не давал ему таких опасных знаний.
— Миша сказал, что создавал «воздушную подушку», чтобы оторваться от земли, — пояснила Яна. — Сначала ему удалось выстроить конфигурацию, а потом она превратилась в «лезвие» …
— «Нож ассасина», — подсказала Аня, и Никита бросил на нее заинтересованный взгляд.
— Проанализировав ситуацию, я пришла к мысли, что Миша не смог удержать нестабильную магоформу и упустил момент трансформации, когда воздушные лезвия сменили Стихию, превратившись в Огненные лезвия.
— Есть идея, почему?
Яна, сидевшая на стуле, скромно держа руки на коленях, пожала плечами, выражая, скорее, сомнение, чем незнание.
— Случайное совпадение некоторых компонентов вязи, — ответила она. — Такое бывает. Именно эти вязи и мутировали, почувствовав свободу. Ну, это я образно… Про свободу.
— Понятно, — улыбнулся Никита. — Я слышал о твоей теории мутации Стихий. Надо предложить тему Иерархам. Пусть поломают голову над причинами таких метаморфоз. Все-таки Мишка создал неправильный скрипт. Именно его нестабильность привела к такому результату. Что-то он напутал. Ладно, я сам с ним поговорю, успокою. Попытаюсь взять слепок скрипта, разобрать.
— Мы будем его показывать Иерархам? — Тамара, пытаясь выглядеть спокойной, внутренне очень переживала за несвоевременно возникшие проблемы с Силой у своего сына. Сегодня он чуть не спалил дачный поселок, а какие фокусы начнет показывать завтра? — Или поставить блокировку?
— Ни в коем случае, — отрезал Никита, повысив голос. — Дело не в Михаиле. Ребенок по характеру послушный, а значит, глупостями не будет заниматься после такой опасной демонстрации. Я думаю….
Кресло жалобно пискнуло, когда он наклонился вперед.
— Я бы мог заниматься с сыном самостоятельно, если бы не множество обязательств, которые отнимают мое время, — сказал волхв. — Кто же мог ожидать, что уже в четыре года он начнет выкидывать такие фортели. Поэтому мальчику до инициации нужен наставник-контролер. В Академии Иерархов есть такая неприметная должность. Когда группа выходит на полигон для практических занятий, рядом с архимагом всегда находится человек, контролирующий учеников. Он точно знает, кто работает с техниками нестабильно, и внимательно следит за такими во избежание проблем. Вот кто нужен Мишке. А, возможно, и Ане.
— Вряд ли кто согласится прервать свои занятия и переехать в Вологду, — неуверенно ответила Тамара.
— Зачем? — удивился волхв. — Я поговорю со своими старыми знакомыми, а они подскажут, где найти контролера, ушедшего на пенсию. Предложу контракт на несколько лет. Для сына такое наставничество будет очень полезным. И не нужно принудительно снижать его магический потенциал. Ты же сама знаешь, солнышко, как тяжело организму, когда стоят блокираторы.
Тамара помрачнела. Еще бы не знать! Казалось бы, столько лет прошло, а нет-нет, сны возвращаются, где она мучается на таежной заимке, не имея возможности использовать свой Дар, безжалостно усекаемый магическими браслетами. Даже тошнота к горлу подступает, и тогда она, просыпаясь в мелком поту, осторожно вылезала из-под одеяла, чтобы не разбудить мужа, когда он бывал рядом, и шла пить воду. Убрав мерзкое послевкусие во рту, долго стояла возле окна. Она боялась привыкнуть к такому времяпровождению, и возвращаясь обратно, будила Никиту, чтобы забыться в его объятиях.
— А теперь насчет Ани, — Никита подмигнул девушке, задумчиво разглядывающей бухарскую саблю. — Еще один самородок появился, даже не знаю, что делать. Отдаем в Академию?
— Не хочу в Академию! — заволновалась Анора, тряся своими косичками, которые не хотела распускать, как бы не настаивали обе хозяйки «Гнезда». — Пожалуйста, господин!
Никита развел руки в стороны и выразительно глянул на жен.
— А ты хочешь заниматься магией? У тебя хорошо выходит, и потенциал сильный, — польстил он Аноре. — Как Яна, например. Она ведь тоже училась в Академии.
— Точно, — поддержала Никиту чародейка. — Там тебя научат всему, что обязан знать волхв. Будешь защищать Семью, дом.
Анора задумалась. Защита родного очага представлялась ей совсем по-другому. В Бухаре этим занимались родовые маги-мужчины. Женщины следили за домом и детьми, не смея показывать свои возможности, даже если у них были зачатки Силы. Зажечь огонь в очаге — пожалуйста. Провести уборку в доме с помощью магии — никто не запрещает. Но выступать в качестве бойца на женщину налагалось строжайшее табу.
А здесь ей открыто предлагали заняться настоящей учебой и овладеть всеми тайнами магического искусства. Анора испугалась от неожиданного вопроса хозяина, хотя страстно мечтала держать в руках силу Огня и Воды и повелевать ею. Бабушка очень хотела увидеть ее настоящей чародейкой, а не девочкой с Даром, развлекающей детвору на праздниках.
— В Академии получишь сразу два образования, — для наглядности показал два пальца Никита. Неуверенность в ее ауре полыхнула сиренево-золотистыми всполохами. Значит, не все потеряно. — Ты подумай, Аня. Будешь жить в Петербурге, очень большом городе, красивом и ярком.
— Хорошо, господин, — наклонила голову Анора, скрывая свою радость. — Я обещаю подумать.
****
Мишка уже спал. Потрясение, испытанное днем, буквально свалило его крепким сном. Никита погладил сына по голове, ощущая под ладонью мягкость и шелковистость волос, и задумался. Ладно, завтра утром будет время снять слепок скрипта. Надо же, «нож ассасина»! Кто бы мог знать, что Аня лихо разрушит боевое плетение. Нет, ей определенно нужно в Академию. Как раз осенью будет набор в подготовительную группу из старших подростков, проявивших свои способности в той мере, что привлекли внимание Иерархов.