Злой умысел (ЛП)

Глава 37
Моргана
Одним движением языка он показал мое место. Он оживил мое тело, даря мне каплю боли.
Я закрыла глаза, уже ощущая силу желания Джулиана. Мне многое хотелось получить от него: больше удовольствия, больше боли.
― Нам нужно уходить.
Он целомудренно поцеловал меня в лоб и отстранился. Мужчина оделся ровно за семь секунд. Одним взмахом руки его волосы были уложены в гладкую прическу.
Джулс подал мне мое платье, без нижнего белья. Я оделась и кое-как справилась со своей гривой.
― Расскажи мне о моей сестре. Почему вы заставили меня думать, что она была в той комнате? То, что он сделал с ней... ― мое разбитое сердце разрывалось на части, когда я вновь вспоминала те картины. Это заставило меня думать о моем отце, о Лейси Тидуэл.
Я знала, что у Джулиана есть все ответы на мои вопросы. Также знала: чтобы заставить его ответить, потребуется время, или он просто промолчит. Сейчас было самое подходящее время, чтобы потребовать ответов. Я должна была сделать это с того момента, как он вошел в эту комнату. Не поддаваться ему раз за разом.
― Потому что я ублюдок, потому что эгоист. Хотел оградить тебя от этого всего.
― Хочешь полного контроля надо мной?
― Да. И я буду делать это снова. Ведь ты была послушной.
Он посмотрел на мои обнаженные ноги, потом снова на мое лицо.
― Скажи мне, Моргана. Как сообщить кому-то, что его отец владеет частью чем-то похожим на «Георгин»? Что он один из самых востребованных исполнителей?
― Или что он затащил свою дочь в комнату для пыток, а потом спал с ней день за днем, прежде чем убить?
Мне хотелось плакать, но глаза оставались сухими. Я уже достаточно оплакивала отца, то, кем он был на самом деле, и все те ужасные вещи, которые произошли с моей сестрой.
― Пенни часто заманивала к нему девочек и мальчиков. Все ее друзья, которые у нее были, все ее парни? Я думаю, что для тебя новость, что вокруг нее всегда были разные люди.
Отрицание пронзило меня, но я понимала, что он не лгал.
― Пенни не была больной.
― Знаю. Она, как ты это говоришь, была нормальной, что делало ее безумнее, чем мы.
Могла ли я с этим согласиться?
Все это было так утомительно. Я чувствовала себя опустошенной. То, во что все заставляли меня верить, ложь, сплетенная вокруг меня удушающей паутиной жестоких намерений.
― Нам пора ехать, ― повторил он, начиная ходить по комнате, что-то ища.
Я пожала плечами, стараясь не выдавать своих намерений. О чем он никогда не узнает.
***
Звезды красиво блестели в темном небе.
Первые сорок минут пути я дремала, но потом меня разбудил тихий стук.
― Что случилось с твоей машиной?― я была раздражена, поскольку настроение испортилось, ощущала опустошение.
― Ничего, ― ответил спокойно.
― Ничего? Что ты... Что в... Кто в багажнике?
Внутренние огни на его приборной панели осветили его лицо, и я увидела, как уголок его рта приподнялся в ухмылке
Я была права ― он кого-то прятал в этом проклятом багажнике.
― Джулиан, кто в багажнике?
Мои нервы были на пределе. Он не ответил мне на вопросы, и его собственническая натура проявляла себя, распространяющая по его лицу, когда я спросила о Киране..
― Кто-то, кого туда уложил мой брат.
― Как долго он здесь?
Твою мать, я не хотела иметь дело с этим дерьмом.
Яркий флуоресцентный свет временно ослепил меня. Зелено-синяя вывеска какой-то неизвестной заправки. Никаких других транспортных средств здесь не было и в помине.
― Сиди здесь, ― предупредил он, выходя из машины.
Я наблюдала за ним, пока он был внутри магазина и разговаривал по мобильному телефону. Двигаясь так быстро, как только могла, я отстегнула ремень безопасности и нырнула через сиденье. Ключи он забрал с собой, но меня больше беспокоил человек в багажнике. Потянув за рычаг багажника, я услышал предательский хлопок.
Выбравшись из машины, я бросилась к багажнику и подняла крышку. От запаха экскрементов меня затошнило. Внутри была соблазнительная женщина, одетая только в лифчик и грязное нижнее белье.
 
Она всхлипывала сквозь кляп; ее запястья были связаны за спиной. Взглянув вверх, мой желудок сжался. Джулиан стоял и смотрел на меня из витрины магазина, выражение его лица было непроницаемым.
― Ты должна встать, мы должны...
Глядя на ее ноги, та, на которую она опиралась, была наклонена под странным углом. Нога была сломана, поэтому девушка не могла бежать, а я не могла тащить ее.
― Я скоро вернусь, ― я не давала никаких обещаний; то, что я делала, было безрассудно. Для меня не имело никакого значения, когда кто-то умирал. Я даже могла наблюдать, как человека пытают, но не бросать перед собой раненого человека, нуждающегося в помощи. В такие моменты я становилась святой. Лицемерная героиня.
Чем ближе я подходила к заправочной станции, тем шире становилась улыбка Джулиана.
Я ворвалась внутрь, едва взглянув на мужчину за прилавком.
― Ты должен отпустить ее.
― Почему я должен это сделать?
― Потому что это неправильно!
― Все в порядке? ― парень вышел из-за прилавка и направился к нам.
― Все отлично. Моя жена пропустила несколько приемов своих лекарств, поэтому у нее галлюцинации.
― У меня галлюцинации? Да ты чокнутый!
― Пошли, нам нужно ехать, ― Он прошел мимо меня так спокойно и собрано, что мне показалось, будто я действительно сошла с ума.
Я повернулась к сотруднику.
― В багажнике его машины находиться девушка. Она вся грязная, а ее нога сломана.
Лицо мужчины побледнело, но он не пошевелился.
― Почему вы все еще стоите здесь? Вызывайте полицию!
Он все еще продолжал стоять. Пыталась пройти мимо него, чтобы позвонить самой, но он схватил меня за плечи.
Если бы я могла предвидеть последствия его поступка, я бы ни за что не вышла из машины.
Джулиан толкнул мужчину в сторону, при этом поддерживая меня, чтобы я не упала на задницу, а затем его рука обхватила горло мужчины, поднимая его с пола.
― Джулс, нет!
Я попыталась оттащить его, но безуспешно. Бледное лицо мужчины стало ярко-красным. Он хватал ртом воздух, размахивая руками.
― Джулиан, отпусти его!
Кричала до тех пор, пока мой голос не осип. Он вздохнул и посмотрел на потолок, прежде чем опустить мужчину на пол.
― Прости, я не должен был прикасаться к ней, ― заныл мужчина.
― Правильно, ты не должен был к ней прикасаться, ― парировал Джулиан, и голос его, как всегда, был обманчиво спокоен.
Я только начала чувствовать некоторое облегчение, когда он схватил мужчину сзади за шею и ударил его лицом об морозилку для мороженого. Услышала, как хрустнул его нос. Кровь брызнула на стекло. Мужчина соскользнул на пол, всхлипывая, когда Джулиан отступил.
Бросившись за стойку, я лихорадочно стала искать телефон. Джулиан подошел ко мне, не торопясь и ни о чем не беспокоясь.
Заметив пистолет, я схватила тяжелый кусок металла и направила его на Джулиана.
Он не останавливался.
― Давай, спусти курок.
Мужчина продолжал приближаться, пока не оказался прямо передо мной. Его зеленые глаза смотрели в мои, не мигая.
― Чего же ты ждешь? Стреляй.
Андреу обхватил мою руку и прислонил дуло к своему лбу.
Мы стояли так несколько минут, но мне показалось, что прошли часы. Я не могла убить его. Я нуждалась в нем так же сильно, как и пыталась ненавидеть. Рыдание вырвалось из моей груди, и я ослабила хватку; Джулиан легко взял пистолет из моей руки, подмигнув мне.
― Бедняжка, ― вздохнул он. ― О, и ты снова в безопасности
Мой муж сделал что-то, чего я не заметила, когда он возвращался к работнику.
 
― Джулиан, не...
Мужчина прижал пистолет к виску мужчины и нажал на спусковой крючок. Плотная масса и кровь забрызгали пакеты с чипсами и кафельный пол.
― Великолепно, ― восхитился Джулиан и добавил, ― конечно, не так великолепно, как ты.