Запретное влечение

– Твоя матушка даже разыскала нас, чтобы узнать подробности. Она хотела выяснить, кто же твоя избранница, – сказал Эверод.
Фейн мог себе представить, какой допрос мать учинила его друзьям.
– И что же вы ей рассказали?
Он уважал чувства семьи, поэтому держал свой роман в секрете. Фейн ни словом не обмолвился о том, что ухаживает за леди Килби Фитчвульф. Но даже когда Фейн был уверен, что Килби была любовницей его отца, он держал свои чувства в тайне от семьи не из-за стыда. Он не хотел причинять боль своим близким. Но Фейн твердо был уверен в том, что даже если бы его семья попыталась отговорить его, он настаивал бы на своем выборе.
Кадд беззаботно пожал плечами.
– А что мы могли ей рассказать? Ты не слишком-то откровенничал.
– Но твоя мать нам не поверила, – взволнованно сказал Эверод, вспоминая беседу с матушкой друга.
– Я очень ценю, что вы стоически выдержали эти испытания.
Прежде чем представить свою герцогиню матушке, он обязательно поговорит с ней и разъяснит все подробности. Фейн не хотел бы, чтобы их первая встреча была омрачена недоразумениями.
– Я искал вас, потому что мне нужна ваша помощь, – сказал он, осторожно обводя взглядом толпу. – Нам надо найти укромное место.
Его друзья последовали за ним на улицу. Эверод нарушил молчание первым и предложил:
– Мы можем отправиться в клуб.
Рамскар махнул в сторону ожидавшего его на другой стороне улицы экипажа.
– Кадд, ты можешь привязать лошадь Солити к своей карете, а он поедет в моей. Встретимся у моего дома, – он ближе всего.
Предвидя отрицательный ответ Эверода, граф сказал:
– Если мы отправимся в клуб, то уже через час половина света будет знать о возвращении Солити.
Он посмотрел другу в глаза, желая найти подтверждение своему предположению.
Фейн и Рамскар пересекли улицу. Герцог замедлил ход, оглянувшись на Кадда, когда тот позвал его по имени.
– Я имел виды на твою лошадь, – с усмешкой сказал маркиз. – Ты уверен, что можешь доверить мне ее?
Фейн покачал головой и отмахнулся от друга. Кадд всегда завидовал ему из-за того, что Фейн обладал чутьем на лошадей, а также тому, что он всегда мог позволить себе купить то животное, которое ему приглянулось, в то время, как его друг не мог похвалиться такой возможностью. Это невинное состязание длилось уже много лет.
Внезапно без предупреждения появился большой черный экипаж, Фейн повернулся и увидел, как четверка запряженных лошадей мчится прямо на него. Он слышал звук кнута, рассекающего воздух. Незнакомый возница все пришпоривал гнедых. Животные были так близко, что Фейн видел пену, падающую из ртов, и чувствовал их страх. В последний момент он успел отскочить в сторону, и уже через мгновение возница и лошади промчались по тому месту, где еще секунду назад стоял Фейн. Несмотря на то что кучер чуть не задавил человека, он не остановился и продолжил свой путь вниз по дороге, пока не исчез из виду.
Рамскар нашелся первым. Друзья и прохожие окружили Фейна, чтобы убедиться в его невредимости.
– Не видел ничего подобного, – сердито отозвался Кадд. – Этого возницу надо наказать. Он направлял свой проклятый экипаж прямо на тебя.
Фейн оперся на руку Рамскара, который помог другу подняться.
– Кто-нибудь рассмотрел кучера?
Герцог увидел лишь темную размытую фигуру. Честно говоря, он смотрел только на лошадей. Похоже, никто вокруг не мог сказать ничего определенного о загадочном кучере.
Фейна трясло: он ощущал во всем теле непривычную слабость. Если бы он заколебался хоть на минуту, Килби могла бы стать вдовой. Сначала кто-то пытался утопить его жену, а теперь он сам чуть не погиб под колесами экипажа. Фейн не верил в совпадения.
Он взмахнул рукой, откашлялся и, тяжело опираясь на друга, пробормотал:
– Я думаю, что кто-то пытался привести в исполнение проклятие Солити.
Фейн снова откашлялся.
Рамскар лишь кивнул в сторону Кадда и Эверода:
– Пора идти. Думаю, мы действительно должны обсудить все, что за это время произошло с тобой, где-нибудь, где нас не побеспокоят.