"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Да! И мои братья постоянно тискаются со своими женами. И папа частенько пристает к маме, — поддержала ее Кассандра и усмехнулась.
— Вот поэтому у тебя целых восемь старших братьев, — поддела ее я.
— Важное уточнение! — подняла вверх указательный палец Льяра. — Для этого оборотником должен быть именно отец. Судя по тому, что моя мама — оборотница, а я одна. — она резко замолчала и посмотрела на нас расширенными в притворном ужасе глазами. — Бесы!
Мгновенно сообразив, что она намекает на своего мужа и потенциальный десяток детей, первый из которых уже зреет в ее пока еще плоском животике, мы дружно расхохотались.
— Кстати, лорд Яррант дома или как обычно погряз в делах? — вдруг спросила Кассандра.
— Мой с этими культистами совсем с ног сбился.
При упоминании советника меня обдало жаром. Чтобы скрыть неожиданно накатившее волнение, схватила стакан с соком и пригубила, пряча под ресницами глаза. Что со мной такое? Наверное, дело в том, что я слишком много в последнее время думаю о советнике? И во снах, что пришли на смену кошмарам? Вспоминая о Дженторе, я оставалась спокойной, а имя Сатем Яррант для меня тождественно защите и спасению.
Мелькнула шальная мысль, обратиться за помощью к нему, но я ее тут же отмела. В высших кругах не принято вмешиваться в семейные дела другого рода. Советник, конечно, вправе приказать лорду Хортесу, и тот даже починится. Но. Есть одно большое «Но». Это станет унижением для дяди.
Великая Мать! Ну о чем это я? Да какое Грозному Теневому Магу дело до меня? Кто я такая? Да советник совсем недавно родную дочь чуть не втюхал принцу файбардскому не взирая на протесты. То-то же!
Но как ни старалась себя уговаривать, внутри неумолимо вызревало желание хотя бы просто снова увидеть его, раз уж я здесь. Щеки предательски вспыхнули, и я, отодвинув стакан, приложила к ним ладони.
— Хорошая идея, Тил? — неожиданно спросила Кэс.
— Может и выгорит, если Парами согласиться, — пожала я плечами.
Девчонки так и прыснули.
— Да, Джентору совершенно необходимо утверждать цвет белья Льяры в первую брачную ночь, — едва не рыдая от хохота выдала Кассандра сквозь проступившие слезы.
Я уже успела набрать в рот новую порцию сока, и поспешно схватила салфетку.
— Прости, я все прослушала.
Я вытерла губы и поднялась.
— Мне нужно в туалет.
— По крайней дорожке к особняку и там налево через черный ход, —пояснила Льяра. — Тебя проводить?
Я отрицательно махнула рукой, и потопала в указанном направлении. На деле мне не столько нужно в уборную, сколько побыть немного одной и привести в порядок мысли. В кронах безмятежно чирикали птицы, сквозь листву было видно голубое небо, солнечные лучи ласкали теплом кожу, и ничто не напоминало, что дело давно идет к зиме.
Тропинка привела меня к боковому входу в особняк. За дверью имелся небольшой тамбур, сразу за которым находилась лестница на второй этаж, но подниматься не хотелось, и я свернула в коридор для слуг. Во всех особняках подобный имеется, а значит там есть туалетная комната.
Так и оказалось. В резиденции Яррантов он, по обыкновению, проходил по задней части через весь дом, позволяя слугам быстро и незаметно появляться там, где это необходимо. Дверей по правую руку вели в большой холл, портальную комнату, в столовые, сколько бы их тут не было. В залы для приемов, или бальные залы.
Интересно есть у лорда Сатема что-то подобное? Что-то я не слышала о вечеринках в доме советника. Представила, как бледнеют аристократы, получив приглашение на вечеринку от главы имперской службы безопасности, и улыбнулась.
Перед глазами возник пустой зал, который не разу не видел гостей. Здесь не раздавался смех, не звучала музыка. Зашторенные наглухо окна, полумрак и тишина. На мне сотканное из теней платье, подол которого стелился по полу. Волосы убраны в высокую прическу, открывающую шею и плечи... Лорд Сатем Яррант приближается ко мне и молча протягивает руку. Я принимаю ее, и мы танцуем в полном безмолвии. Его рука уверенно покоится на моей талии, вторая сжимает ладонь. Необычные для теневика светло-серые глаза, кажется, смотрят в самую душу, и я растворяюсь в его взгляде.
 
По телу побежали мурашки, и я глубоко вдохнула. Оказывается я застыла на месте и даже дышать перестала. В зеркальной полосе, что украшала стену, отразились мои порозовевшие щеки, и я приложила к ним прохладные ладошки. Встряхнулась, прогоняя странную истому, что овладела телом.
— Я такая дура! — прошептала себе под нос и, встряхнувшись, пошла дальше.
Как я, вообще, могу о таком думать теперь? Судя по опыту последних дней, если мужчина до меня хоть пальцем дотронется, я попросту брякнусь в обморок. Тут уж совершенно не до танцев. Состроив себе рожицу, свернула в тупичок, где обнаружились целых две туалетные комнаты. К слову, обе запертые изнутри.
Стоять под дверью было неловко, а мрачноватая прохлада особняка, словно бы опустевшего — я так и не встретила никого из слуг по пути — вызывала желание побродить в одиночестве. Манила, точно запретный плод. Решив не отказывать себе в подобной малости, поднялась по лестнице. Моя комната располагалась в противоположном конце особняка, и неспеша двинулась по коридору, рассматривая по пути обстановку.
Магия теней здесь ощущалась еще отчетливее, на полу дорожка с лиственным узором скрадывала шаги. Было много старинной мебели и антикварных вещей. Дом дышал сдержанной роскошью и своеобразным уютом. Похоже, лорд Яррант предпочитает классические решения.
Оказавшись в комнате для отдыха с большим, выходящим в сторону центрального входа окнами, поняла, что преодолела ровно половину пути и остановилась, чтобы немного полюбовалась открывающимся видом на парк-лабиринт.
Неожиданно до меня донеслись приглушенные голоса. Поначалу я не придала этому значения, пока отчетливо не разобрала, что один из них — женский. Ему отвечал лорд Сатем. Его-то голос и заставил меня прирасти к месту. Взгляд вдруг выхватил еще один проход по правую руку, которого изначально вроде бы и не было. На поверку там оказался короткий коридор и две расположенные напротив друг друга двери. Из-за одной из них и доносилась беседа.
— Я не должна подслушивать! Не должна! Не должна! — твердила себе, но ноги уже шагнули ближе.
Да и недавний опыт говорил, что так, порой, можно узнать что-то полезное.
— Я считаю, Элье лучше пока ничего не знать. Ни к чему лишнее волнение в ее положении.
— Она твоя дочь, Дариа! И у нее сегодня девичник. Как ты можешь быть такой жестокой?!
Никогда раньше не представляла, что в голосе Грозного Теневого мага может звучать столько мольбы и укора одновременно.
— Не может быть! — беззвучно шевельнулись мои губы. — Это... Это же... Мама Льяры?!
А подруга, похоже, ни тычинкой, ни пестиком о том, что она здесь! Да это же ни в какие порталы не лезет!
— Как смеешь ты обвинять меня в жестокости?! — возмутилась Дариа.
Говорила она негромко, но кошачье шипение отчетливо прорвалось сквозь маску холодности.
— Дари, — лорд Яррант смягчился. — Наша дочь ждала тебя всю свою жизнь. Ложилась и засыпала с надеждой, что в один прекрасный день увидит маму. А я. Я ждал тебя вместе с ней!
— Сатем, не начинай, — отчетливо послышалось раздражение. — Ты не хуже меня знаешь, что наш брак был большой ошибкой. Алларик так боялся твоего потенциала, что ему показалось мало одной лишь клятвы верности на источнике и он привязал тебя мной.
— Алларику нечего бояться. Я не давал повода и никогда не стал бы претендовать на корону. К тому же он мой друг, а я не предаю друзей!
Дариа хмыкнула.
— О! А они у тебя еще остались?
Советник проигнорировал выпад.
— А как же ты? Ты ведь меня любила?
Я бы поклялась, что слышу отчаяние в этих словах, и поняла, что начинаю ненавидеть эту женщину. Никто не в праве поступать так с этим достойнейшим человеком!
— Любила... — эхом повторила сводная сестра императора. — Или думала, что люблю, до тех пор, пока ты не запер меня здесь...