Круиз по лишним проблемам
– Отца посадят? – невыносимо тонким голосом спросила Тоник, глядя на Чернова.
– Его еще поймать надо, – буркнул тот.
– Даст бог, не поймают, – вздохнув, успокоил всех Геннадий Львович.
А я незаметно для всех подмигнула психиатру.
– Интересно, а что все-таки означает татуировка на животе нашего психиатра? – Наташка явно шла на провокацию. Сережа выглядел ни живым ни мертвым. Никаким. – Скоро сделает пересадку кожи, поменяет полживота, и не узнаем правды. – Подруга намеренно умолчала про свой снимок на цифровую камеру.
Тоник с опаской вызвалась посмотреть. Все деликатно отвернулись. Похоже, Сергей не сопротивлялся.
– Так все же очень просто, – оживилась Тоник. – Это не паук, а паучиха. Ой, вылитая Ольга! У нее такие же глаза. И рот. Разве у паукообразных бывают ресницы и губы? А на паутине – жертвы. Эта сморщенная куколка, наверное, я. А этот сушеный человечек – Пашка. И буква Б, вокруг которой висят на паутине дензнаки и прямо тянутся к паучихе, и… Тут еще один паучок сбоку к паучихе прилепился. Наверное, Власт себя изобразил. Гадость какая…
– Ну хватит! – возмутился Сергей и натянул на живот рубашку.
– А знаете, какая у Ольги девичья фамилия? – не успокаивалась Тоник. – Я вспомнила!
– А я догадалась – Паукова! Власту картины бы рисовать. Пожадничал, не хотел при жизни делиться отцовскими деньгами с приятелями. Но прижизненное послание друзьям из близкого окружения оставил, – пробормотала я. – Говорила же, что не очень-то доверял Власт своей постоялице. Дал ей слово до смерти не разглашать тайну о близком наследстве, вот и не разглашал. Просто татушкой предупредил ребят, с кого спрашивать то, что не получил при жизни. И кто виноват в его смерти. Помимо живой картины, Сережа стал и живым путеводителем. Вынужденно помог бы ребятам, рассказав все «от» и «до», в том числе, где именно искать Будковского, а главное, его жену. Надо же! Ольга скрывалась еще и от властовцев. Слушайте, да она и в самом деле сумасшедшая!
– Вы с Натальей недалеко от нее ушли. – Чернов пробормотал это тихо, но с расчетом, чтобы услышали все. Скорее всего, он добавил бы еще что-нибудь обидное, но отвлек звонок. Смысл разговора остался тайной, но расстроенным Андрей не выглядел. – Ну что, граждане отдыхающие, кто желает в столицу, милости прошу. Сейчас подадут попутный транспорт. Надеюсь, Ирина с Натальей скрасят мне долгую дорогу домой?
– Еще как скрасим! – пообещала Наташка. – Так надоело отдыхать! Только не забудьте мою «Шкоду». К утру я в нее пересяду, как будто и не вылезала.
– Обязательно. До утра я с вами как-нибудь промаюсь. Кто желает в Опухтино, можем подвезти. Вам, Сергей Юрьевич, следует срочно заняться получением документов.
На сборы ушло три минуты. Со смешанным чувством, не поддающимся описанию, я неотрывно глазела в оставляемую сзади темноту. До тех пор пока Наташка не ткнулась головой мне в плечо. Подруга мирно спала. И я поймала себя на том, что безмятежно улыбаюсь.
Эпилог
Чуть больше чем через полгода мы с Наташкой столкнулись с четой Кулагиных в Детском мире. Они любовались детскими кроватками, а нам было абсолютно все равно, на что глазеть. На улице сама по себе развлекалась снежная карусель, хотели переждать этот внезапный приступ зимней веселости. Мы долго раздумывали, стоит ли подходить к будущим родителям и будить неприятные воспоминания. Пока думали, Кулагины сами подошли к нам.
Располневшая Джин-Тоник вела себя так, как будто не было в нашей жизни страшной пятидневки и мучительных ее последствий. Не удивительно. Муж, какой-никакой, а психиатр.
Короткая встреча – короткие новости: уголовное дело в отношении Павла и Георгия Матвеевича было прекращено на стадии предварительного расследования. Подробностями мы не интересовались. Пашка в порядке, через полмесяца женится. Девочка хорошая, несмотря на то что с тринадцати лет воспитывалась в интернате из-за случайной гибели родителей. Лолита на киносъемках в Швейцарии. Стефа опубликовала свои первые стихи – Павел помог. Георгий Матвеевич… Тут Тоник немного помедлила, оглянулась на мужа и добавила: – в Индии. Кажется, на всю оставшуюся жизнь. Потом пригласила к себе в гости – за город.
Отказывались мы с таким энтузиазмом, как будто отстаивали свое право на труд, на отдых и спокойную обеспеченную старость. Не сразу дошли до сознания слова Сергея:
– Да продали мы свой участок в Демьяновке. А заодно квартиру Георгия Матвеевича. Он подарил ее Антонине для будущей внучки. В результате приобрели замечательный коттедж – пятнадцать километров от кольца. В нем постоянно и проживаем. Недавно приезжал Геннадий Львович. Сам, за рулем помолодевшего «Рено». Отыскал-таки свой кабриолет. Пел дифирамбы лазерной хирургии, благодаря которой привел зрение к норме, допустимой для получения водительских прав.
Расстались легко. С обещаниями перезваниваться.
– Как бы не так! – с энтузиазмом вываливаясь из дверей магазина, заявила Наташка. – Полная финита!
– Не совсем полная, – возразила я. – Так и не удалось выяснить, за что мальчишка, слетевший с велосипеда у торгового пятачка, невзлюбил Павла.
– Нашла проблему! – удивилась Наташка. – Да я это сразу поняла: парень безнадежно втрескался в Стефанию, а она безнадежно любит Павла Ильича.
Спустя два с половиной месяца у четы Кулагиных родился мальчик. Наталья стала его крестной матерью.