Братство (СИ)

— Ммм, наверно вкусно, только я ничего не понял от такого малюсенького кусочка. — Я смеюсь.
— Ладно, придется тебе дать целую.
— Тебе жалко, что ли? — с досадой говорит Марк.
Я разворачиваю еще одну конфету и целую отдаю ему. Сама же беру другую и кусаю ее понемножку, растягивая удовольствие. Так меня миссис Маргарет учила есть конфеты, чтобы почувствовать вкус и чтобы конфета не закончилась вперед кружки чая.
— Ешь, сколько хочешь, у меня теперь видишь их сколько?! — я смеюсь, указывая назад.
— Что-то я все равно не пойму, что у них за начинка.
— Там маленький орешек внутри! Это такие вкусняшки, — закладываю очередной кусочек в рот.
— Правда? Кажется, я знаю, как понять вкус конфеты. — Он резко наклоняется ко мне и начинает целовать, так что конфета с орешком у меня во рту забегала от меня к нему. Вмиг вся помадка растворилась, придавая поцелую сладкий вкус. Остался один орешек, который мы гоняем как мячик изо рта в рот. Наконец он забрал его себе и отпустил меня.
— Это не честно! Это был мой орешек!
— Почему? Он плавно перешел ко мне.
— Он был в моей конфете, значит он мой.
— Был твой, стал мой — смеясь и дразня меня, говорит Марк. Я надуваю губы. Я не обиделась, просто выделываюсь.
— Ну, хорошо, — нежно произносит Марк, на твое счастье, я его еще не съел, забери его если сможешь.
— Что?
— Я серьезно.
Я привстаю с сиденья и разворачиваюсь к Марку лицом, слегка наклоняюсь к нему, но с поцелуем не тороплюсь. Пристально смотрю на него, а он на меня. И вижу в его глазах столько печали. Его черты лица кажутся такими идеальными. От него так приятно пахнет. Я невольно провожу рукой по его лицу. Он не сводит с меня глаз.
— Марк, мне страшно за тебя. Такое ощущение, что ты прощаешься.
— Не бойся, детка, — Марк заправляет пряди моих волос за уши. — Я обещаю, что вернусь. Тем более сейчас, когда меня будет ждать любимая. — Он так просто утверждает факт, что я его "любимая", как будто мы уже целую вечность вместе. Даже я уже начинаю верить, что мы с ним пара. — Это обычная для меня командировка.
— Ты уверен?
— Абсолютно, к тому же, я еду не один.
— С коллегами?
— Эммммм…, нет, то есть да, с коллегами. — Я по — прежнему стою над ним. Он тянется к моим губам, чтобы поцеловать. Тут его попытки прерывает его телефон. Я отодвигаюсь и сажусь на свое место.
— Да…. Нет… еще нет… Да скоро буду, — рявкает он в трубку.
— Мне пора ехать, — обращается он ко мне.
— Конечно.
Мы подъехали к клубу со стороны заднего входа.
— Послушай, — говорю я ему, — я буду молиться, чтобы у тебя все прошло удачно.
— Хех, — усмехается он. — Молитвы тут не причем. Ну да ладно. Идем.
Мы вышли из машины, дождь уже закончился. Марк открывает заднюю дверь и достает пакеты.
— Я буду очень сильно скучать по тебе. — Он прижимает меня к себе и нежно целует в шею. — Я очень сильно тебя люблю, малышка. — Он продолжает меня обнимать и я чувствую его дыхание на шее. Мы стоим так минут пять.
— Знаешь, — я отстраняюсь от него. — Я оставлю половину конфет тебе.
— Зачем? — усмехается он.
— Чтобы ты там, в Бостоне, ел их и вспоминал меня, чтобы они принесли тебе удачу в деловых переговорах.
— В деловых переговорах? — опять усмехается Марк.
— Ну да.
— Хорошо, я возьму, только не половину, чуть меньше.
— Нет, бери половину. — Я отдаю ему часть пакетов. — Только если не съешь — привези мне обратно — с улыбкой произношу я.
— Ладно, я согласен. — Он опять крепко обнимает меня и целует в лоб. Его мобильный опять разрывается.
— Я пойду, — говорю я, отстраняясь от него, — а ты будь осторожен. Всё у тебя будет хорошо.
— Подожди, — он сбрасывает звонок и удерживает мою руку, притягивая к себе. Мы стоим пару секунд, глядя друг другу в глаза и волнительно делая каждый вдох. — Ты будешь ждать меня? — Он еле сдерживается от поцелуя, прикасаясь к моим губам.
— Буду, — шепчу я. У меня наворачиваются слезы и я ответно приоткрываю рот, чтобы поцеловать его. Он делает так специально. Он хочет, чтобы я первой его поцеловала. И я этого хочу. Мое сердце и душа просто жаждут этого поцелуя. И я сдаюсь. Он прижимает меня крепче и крепче с каждой секундой. Наш поцелуй наполняет нас нежностью и любовью. Как же мне не хочется его сейчас отпускать. Но его мобильник продолжает звонить без остановки и я с трудом отстраняюсь. Марк позволяет мне уйти, удерживая мои руки.
 
— Я вернусь, — произносит он на прощанье.
Я захожу в клуб, в коридорчик перед гримеркой. На душе ужасно плохо, что-то не то с Марком. Или на самом деле у него такие проблемы на работе? Такое ощущение, что он прощался. Слышу, как колеса засвистели, и звук рассеялся где-то вдали.
  
Глава 11
 
Всю следующую неделю мы с Пипи каждый день отправлялись на поиски работы, обошли уже столько мест, но все безрезультатно. Точнее, нам предлагали Кое-что, но в сравнении с тем, что мы имеет сейчас, это было совсем недопустимо. Марк первые три дня писал мне сообщения, а потом связь пропала. Один раз, по настоянию Пипи, я попыталась позвонить ему, но он был недоступен. В душе я сильно волнуюсь. Вдруг что-то случилось с ним!? У меня даже нет номеров никого из его знакомых, чтобы узнать о нем, да и знакомых его я не знаю. В общем, уже четыре дня от него нет никаких известий, он пропал. Видимо, Марк просто бросил меня, не получив желаемое. Ну, чего и следовало ожидать. В конце концов, я решаю выключить свой телефон на какое-то время, чтобы Марк не смог меня доставать в случае его повторного появления.
Сегодня воскресенье, а в воскресенье ночная жизнь еще не утихла. Последние штрихи перед выходом.
— Готова?
— Да, сейчас иду, Пипи.
В клубе полно народу. В прочем, это вполне нормально для воскресенья. Большая часть танцует. Иногда мы с Пипи спускаемся прямо на танцпол, к клиентам и зажигаем вместе с ними. Честно говоря, отрываться тоже устаешь. Может, если ты ходишь в клуб раз в неделю, то самое то оторваться один раз на полную катушку, но если ты танцуешь каждый день, то это, мягко сказать, напрягает. Сегодня Боб решил тоже отжечь по полной. Тело само так и танцует по его композиции. Сначала Пипи спустилась к толпе, а затем и я к ней присоединилась. Мы в центре круга синхронно танцуем, вокруг нас счастливая молодежь дергается и отрывается. Все довольны и счастливы. Как — то незаметно мы сливаемся с толпой, и я теряю Пипи из поля зрения. Мне становится ужасно душно, и я хочу выйти. Вдруг кто-то сзади хватает меня за талию и резко разворачивает.
— Потанцуем вместе, детка? — дыхнув на меня перегаром, заявляет мне какой-то тип.
— Руки убрал!
— Брось, я заплачу тебе.
— Отвали, я сказала!
— О, я люблю таких дерзких! — поднимает меня на руки и уносит.
— Извините сэр, — слышу голос Тейлора, — девушка всего лишь танцовщица.
— Все в порядке, я разберусь. — Какой-то незнакомый голос. Непонятно, это сказали Тейлору или этому пьянице. Тем временем мы оказались на улице. — Девушку отпусти.
— Да кто вы такие? Я ее снял, так что пока она моя, становитесь в очередь, — еле внятно произнес пьяница.
— Ты, кажется, не понял, девушка просто танцовщица.
— Да пошел ты!
— Джим… — Тут меня резко выхватывают из одних рук в другие, а тот трезвый чувак стал сильно лупасить пьяного. — Девушка — наша! Ты понял? Чтобы ни на шаг к ней! — Ну вот! Только освободилась от одного собственника, как объявились еще двое! Надо срочно придумывать план побега! Еще секунда и пьяный отвалил, или ему помогли отвалить. Я разворачиваю рот к мускулистой руке захватчика и кусаю со всей силы прямо сквозь футболку. Тот как вскрикнет, что сразу же отпустил обе руки, и я вмиг оказалась на свободе. Не раздумывая больше ни секунды, смываюсь с места происшествия.
 
Захлопнув дверь в гримерку, пытаюсь отдышаться.
— Больше я ни ногой на танцпол! — Что опять случилось? — врывается Пипи.