Благословение Небожителей 1-5 тома (ЛП)
— Фэн Синь, — после простенькой трапезы Се Лянь снял с пояса меч и протянул тому. — Возьми его и заложи.
Фэн Синь видел, как дрожит рука принца, держащая меч, однако не понял, почему.
— Зачем ты мне его отдаёшь?
— Тебе ведь нужны были деньги.
На лице Фэн Синя промелькнула печаль, однако он покачал головой:
— Больше не нужны.
Тогда Се Лянь не стал настаивать, просто забросил меч в сторону и лёг спать.
Возвратившись на этот раз, принц вёл себя, как будто ничего не случилось, надеясь поскорее вернуться к своему прежнему привычному состоянию. Вскоре они с Фэн Синем вновь решили вместе заняться уличными представлениями.
Сначала Фэн Синю не очень понравилась эта затея:
— Не нужно, лучше отдохни ещё пару дней.
— Я отдыхаю уже пару месяцев, — возразил Се Лянь. — Если те артисты снова явятся чинить нам неприятности, вдвоём будет легче справиться с ними.
— Они уже давно не приходили.
Но вовсе не потому, что их лидер погиб, а потому, что Фэн Синь стал среди них своим. Вначале его представления привлекали людей новизной, но со временем к нему стали относиться так же, как и к остальным. Фэн Синь потерял преимущество, для других артистов больше не представлял угрозы, и те перестали его прогонять. Всё равно зарабатывали все примерно одинаково.
Поэтому, как бы старательно Фэн Синь ни стрелял из лука, каким бы поразительным ни было его мастерство, зрителей заметно поубавилось, а значит, и денег тоже. Теперь он не собирал и десятой части от прежнего навара. Протрудившись полдня, Фэн Синь весь вспотел от усталости и сел на обочину передохнуть.
— Давай я тебя заменю, — предложил Се Лянь.
— Может, не стоит?
Но Се Лянь уже вышел вперёд. Зрители сразу оживились, увидев кого-то новенького:
— И каким же мастерством владеет этот юноша?
Се Лянь вместо ответа подобрал с земли ветку и, не обращая ни на кого внимания, начал фехтовать ею на манер меча. Его искусство фехтования было превосходным, и воздух свистел от ударов, словно от настоящего клинка, поэтому из толпы послышались одобрительные возгласы. Фэн Синь же посмотрел на представление с необъяснимым выражением лица, а потом и вовсе отвернулся.
Ну а Се Лянь больше не чувствовал ни стыда, ни тяжести на душе, продолжая старательно демонстрировать своё искусство. И вдруг из толпы послышался возглас:
— Ужасно, ужасно! Просто кошмарно! Кому охота смотреть, как ты тычешь своей палкой хрен знает куда?
Фэн Синь вскочил на ноги с криком:
— А ну попридержи свой грязный язык!
Се Лянь остановился и повернулся на голос, увидев в толпе мужчину, жующего арбуз и сплёвывающего семечки. Явно какой-то праздный зевака.
— Я пришёл представления смотреть! — ответил тот Фэн Синю. — Что хочу, то и говорю! Или ты, попрошайка, будешь указывать нам, благодетелям, что делать? Вынимай настоящий меч! Тогда я, твой господин, может, и подумаю, подкинуть ли тебе деньжат!
Остальные поддержали зеваку одобрительными криками. Фэн Синь так разгневался, что вознамерился проучить наглеца, однако перед ним мелькнула белая фигура — Се Лянь первым оказался возле того человека, схватил за горло и подбросил высоко в воздух.
Силу принц приложил немалую, мужчина подлетел на несколько чжанов, уронив арбузную корку, а люди вокруг пораскрывали рты от неожиданности. Потом зевака тяжело упал на землю и громко заорал, из его глаз, носа, рта и ушей хлынула кровь. Но Се Лянь на этом не остановился, он снова схватил беднягу за грудки и совершенно спокойно произнёс:
— Настоящего меча у меня нет, но могу предложить посмотреть на настоящую смерть!
От испуга люди бросились врассыпную с криками:
— На помощь! Спасите! Убивают!
Фэн Синь поразился сильнее всех:
— Ваше Высочество!!!
Принц его даже не слышал, он собирался ещё разок подкинуть наглеца на пару чжанов, чтобы тот грохнулся о землю. Но Фэн Синь подоспел, чтобы удержать его от этого поступка.
— Ваше Высочество!!! — Он даже позабыл о том, что принцу нужно скрывать истинную личность. — Очнись! Ты ведь убьёшь его!!!
В зрачках Се Ляня безумно полыхал чёрный огонь. Он отбросил руку Фэн Синя и вбил несчастного зеваку в землю. Тот вытянул ноги и больше не двигался. Фэн Синь подбежал было проверить, дышит ли он, но услышал, как на другом конце улицы кто-то, надрывая глотку, кричит:
— Вот они! Вон там!
Плохи дела! Сюда идут солдаты Юнъань!
Фэн Синь бросился было бежать, но заметил, что Се Лянь даже не подумал сдвинуться с места, глядя в сторону отряда солдат и словно намереваясь затеять с ними драку. Потянув принца за собой, Фэн Синь крикнул:
— Чего ты встал? Бежим!
Скрываясь и прячась, им удалось-таки сбежать и добраться до укрытия. Только они вошли в дом, Фэн Синь накинулся на принца прямо в присутствии государыни:
— Как ты мог такое учинить?!
Прежде Фэн Синь ни за что не посмел бы вести себя подобным образом на глазах у Их Величеств. Но с течением времени, пока они жили вместе, многое изменилось.
— Идите в комнату, — сказал Се Лянь матери.
Женщина залепетала:
— Мой сын, что у вас…
— Идите в комнату! — повторил Се Лянь.
Государыня хотела расспросить, но не решилась перечить и послушалась.
Се Лянь же снова повернулся к Фэн Синю:
— Что я такого сделал?
— Ты едва не убил его! — в гневе заявил Фэн Синь.
Но Се Лянь возразил:
— Он ведь не умер. И вообще — ну убил бы, и что с того?
Фэн Синь был потрясён.
— Что ты сказал? Что значит — «убил бы, и что с того»?
— Кто же заставлял этого простолюдина нарываться? Он хотел помереть — я бы исполнил его пожелание. Что не так?
Совершенно поражённый услышанным, Фэн Синь заговорил лишь после долгого молчания:
— Он… повёл себя неправильно. Но ведь не до такой степени, чтобы убивать его? Ударил бы раз — и хватит с него. Неужели он заслуживает смерти из-за одной фразы?
Се Лянь перебил:
— Да. Раз посмел такое говорить, значит, должен заплатить за свои слова.
Не веря своим ушам, Фэн Синь произнёс:
— Как ты можешь такое говорить?
— Что именно?
— Раньше ты бы не назвал человека «простолюдином». Я никогда не слышал от тебя этого слова.
— Что ты хочешь этим сказать? Я ведь не божество. Мне что, нельзя злиться? Мне запрещено ненавидеть?
Фэн Синь чуть не подавился, услышав такое, а потом с трудом выдавил:
— Я не это имел в виду. Но всё же не стоило…
Се Лянь, не желая больше ни слушать, ни говорить, ушёл в комнату и с грохотом захлопнул дверь. Едва дверь закрылась, принц громко вскрикнул и повалился на кровать.
Он обманывал себя и других! Вне всяких сомнений! Что бы он ни делал, не мог притвориться, что ничего не случилось. И не мог больше стать таким, каким был когда-то!!!
Вечером в дверь комнаты кто-то постучался. Се Лянь решил, что это Фэн Синь, и промолчал. Но потом услышал голос государыни:
— Мой сын, это твоя матушка. Позволь мне войти поглядеть на тебя?
Се Лянь не хотел шевелиться. Но, полежав ещё немного, всё-таки поднялся и открыл дверь.
— Что вам нужно? — утомлённо спросил он.
Государыня стояла на пороге с тарелками в руках.
— Мой сын, ты ведь голоден?
Се Лянь, глядя на неё, с большим трудом, но всё же проглотил подступившие к горлу слова «как бы голоден я ни был, а твою стряпню есть не стану». Он пропустил матушку в комнату.
Поставив тарелки на стол, женщина сказала:
— Посмотри сюда.
Бросив взгляд на блюда, Се Лянь едва не рассмеялся от накатившей злости.
— Что это такое?
Государыня, словно поднося драгоценный дар, объяснила:
— Посмотри, это — фрикадельки Однокрылых птиц[298], а это — похлёбка Прекрасных цветов и полной луны[299]…
Однокрылые птицы скорее походили на чей-то двухголовый труп, а Прекрасные цветы и полная луна напоминали нечто бесформенное и комкообразное. Се Ляню пришлось перебить:
— Вы ещё и придумываете этому названия?