Поймай меня, если сможешь! (СИ)

— Ты не умеешь врать. — Аллегра усмехнулась и взяла его лицо в свои ладони. — Смотри на меня, а не на стены, видишь, я уже выросла из этих рюшей.
— Вижу, — прошептал Марио и потянулся к её губам.
«Нельзя было соглашаться и подниматься в спальню», — забилось в голове спустя пять минут, когда Марио обнаружил, что лежит в одних плавках, прижимая к себе Аллегру, на которой осталось только чёрное хлопковое бельё с крохотными белыми бантиками. Эти бантики буквально сводили его с ума, такие маленькие, невинные и в то же время невероятно притягательные. Руки прошлись по спине, обвели контур резинки бюстгальтера и нырнули под неё, слегка приподнимая. Подушечками пальцев Марио погладил след на её коже и, не сдержавшись, застонал, когда Аллегра потёрлась о его член, извиваясь, словно кошка.
— Ты хочешь моей смерти, — простонал он в её губы и настойчиво притянул за затылок, жадно целуя.
Аллегра не ответила. Осторожно провела по его рёбрам, слегка царапая короткими коготками, сверху вниз, и вдруг нырнула под плавки, заставляя Марио с шумом втянуть воздух.
— Луковка, — простонал он, попытался отодвинуться, но она держала крепко. — Ты что опять творишь?
— У нас есть множество способов провести время приятно, — промурлыкала Аллегра ему на ухо, нежно целуя. — Не нарушая твоих глупых правил.
— То, что я… здесь, уже… нарушает все… правила, — задыхаясь, проговорил Марио, прикрывая глаза. Одной рукой обнимая её, прижимая к себе и непрерывно поглаживая по спине, вторую он положил на бедро, не решаясь заходить дальше. Но движения нежной, но в то же время крепкой руки, размазывающей влагу по члену, постепенно сломило последние барьеры, выстроенные в голове, и Марио с тихим стоном запустил руку в её трусики. Кровь ударила в голову, в ушах зашумело, а может, это Аллегра так тяжело, сладко задышала, постанывая в его шею.
«Думай о Рико, думай о Рико, думай…» — лихорадочно повторял себе Марио, лаская Аллегру и мечтая только об одном: не кончить раньше, чем доведёт её до оргазма. Но тело подвело в самый неподходящий момент: она стонала громче, невольно подаваясь навстречу его пальцам, когда Марио, не сдержавшись, коротко вскрикнул и кончил в её ладонь.
— Не думай, что на этом всё закончится, — пообещал Марио, ловя затуманенный страстью, разочарованный взгляд. Перевернув Аллегру на спину, он опустился к её ногам, осторожно поддел трусики и спустил их вниз, на несколько секунд застыв, любуясь ею. А потом мысли как-то разом кончились, остался только её вкус, рваные движения бёдер навстречу его губам и её пальцы, запутавшиеся в его волосах.
— Ты хитрая лиса, луковка, — едва отдышавшись, проговорил Марио. Он настоял на том, чтобы Аллегра оделась, и даже укутал её в покрывало, и только потом прижал к себе. — Теперь я точно не засну.
— Зато я буду спать, как убитая, — довольно улыбнулась Аллегра, чмокнув его в нос.
— Мы нарушили правило, о котором я сам же сегодня говорил Карле — никакого секса перед делом.
— А разве у нас был секс? — Аллегра невинно округлила глаза и с усмешкой добавила: — Рико сам наверняка нарушает это правило со своей Бьянчи. И явно не ограничивается петтингом.
— Тут ты права. — Марио вздохнул. — Но всё равно не могу избавиться от чувства, что мы его обманываем.
— Он тоже обманывает Карлу, а мы его покрываем. По всем законам вселенной мы квиты.
— Как ты всегда находишь столько лазеек? Тебе надо идти в адвокаты!
— Адвокаты — слуги дьявола, а я предпочитаю сражаться на стороне света. — Аллегра потёрлась о его плечо и зевнула. — Не уходи, — пробормотала она сонно, почувствовав, что Марио собирается вставать. — Побудь со мной, пока я не засну.
— Спи. — Марио нежно улыбнулся и провёл по её щеке рукой. — Спи, сладкая моя.
Обняв её, он долго прислушивался к размеренному дыханию и собственным мыслям, пытаясь найти среди них пресловутое чувство вины, но находил только покой и светлое, искрящееся счастье.
Даниэлла проследила за Рико, пока тот не скрылся из виду, и потянулась, высоко подняв руки над головой. Несмотря на выпитое накануне, голова была на удивление ясной, а мысли — чёткими. Приехать в комиссариат, подготовить бумаги для закрытия дела, поговорить с Сантино и перед передачей документов запросить отчёт о движении денежных средств Эстеллы. Последняя ниточка, которая могла бы привести к неуловимой Карле, а через неё — к главарю «Святош». Даниэлла раздумывала о нём, собираясь; пыталась представить, что он из себя представляет, короткими движениями накладывая тушь на ресницы, и пришла к выводу, что заурядный тип девушку вроде Карлы навряд ли бы привлёк. Судя по фотографиям, найденным у неё дома, Карла привыкла к яркому образу жизни, к азарту, скорости и уверенным в себе мужчинам. Фыркнув, Даниэлла коснулась кончиком пальца уголка губ, стирая вышедшую за края помаду, и сузила глаза: самоуверенные самцы, из которых так и хлещет тестостерон, никогда не привлекали её внимание. Был ли он таким?.. Она поймала себя на мысли, что хочет разыскать грабителей не только из-за профессионального азарта, но и ради того, чтобы посмотреть на человека, целый год водившего за нос местную полицию.
 
«Карла Боска, чем же он тебя привлёк?» — размышляла Даниэлла по пути в комиссариат, и, почти дойдя до серого здания, замерла, озарённая внезапной догадкой. Карла из Перуджи, а дела оттуда не запрашивались. Что, если именно там спрятан недостающий паззл? Буквально взлетев по ступеням, она стремительно пересекла холл, кивнув дежурному, и направилась в кабинет, радуясь, что Диего навряд ли станет проверять, закрыто ли дело сегодня, или будет сдано завтра. В любом случае, пока подготовят бумаги о завершении её командировки и отпуске, есть ещё день-два.
Эстэр, вяло стуча по клавиатуре и дописывая отчёт о краже сумочки из парка, подняла на неё глаза и тут же вернулась к прерванному делу, стрельнув взглядом в сторону Вито. Тот, как и ожидалось, моментально вскочил с места и рассыпался в любезностях, расспрашивая, как прошла вчерашняя поездка.
— Мне надо кое-что проверить, — дождавшись, пока он замолчит, сказала Даниэлла. — Созвониться с Перуджей, запросить у них дела.
— Я смотрю, вы любите копаться в бумажках, — не скрывая иронии, заметила Эстэр.
— Иногда это необходимо, чтобы добиться цели, — прохладно ответила Даниэлла, вновь поворачиваясь к Вито. — Теперь у нас будет помощник, так что много времени тратить не придётся.
— Расширяете штат? — Брови Эстэр удивлённо взметнулись вверх. Она уже не пыталась сделать вид, что поглощена работой, чувствуя, как глухое раздражение от одного только вида столичной выскочки перерастает в тихую ненависть. Надо же, и Вито ей дай, и ещё одного помощника, может, и главу комиссариата заставит приносить тапочки в зубах?
— Работаю на результат. — Даниэлла пристально посмотрела на неё, и Эстэр почудилось, будто в грудь вонзился тонкий стилет. «Ведьма», — подумалось стремительно. Эстэр нарочито равнодушно пожала плечами, пробормотав что-то вроде: «Знать бы, где выдают такое самомнение», но больше в разговор не влезала.
Вскоре пришёл Сантино. Робея, представился и занял место на краешке стула рядом с Даниэллой, записывая задание: узнать обо всех случаях пополнения карты синьоры Боска-старшей. После состоялся долгий разговор с архивом Перуджи, в котором Даниэлла терпеливо поясняла, что именно ей нужно прислать, и только к обеду, положив, наконец, телефонную трубку на место, тихо выдохнула. Пусть Диего кричит сколько хочет — она найдёт, что сказать на обвинения в невыполнении приказа. Дела из Перуджи привезут к концу рабочего дня, максимум к завтрашнему обеду придёт распечатка счёта Эстэр, и, если и там, и там ничего не будет, Даниэлла закроет дело, зато будет уверена, что проверила все возможные зацепки. Тогда она задержится здесь до конца недели, проведёт её с Рико, совместив приятное с полезным: попытки отыскать Карлу она оставлять не планировала.
 
Обед прошёл за обсуждением дела с Сантино — общаться с пареньком было гораздо проще, чем с Вито, чей красноречивый взгляд слишком отчётливо говорил о желании затащить в постель. Сантино, видимо, и подумать о таком не мог, а если и мечтал, то не вблизи от Даниэллы. Он действительно горел своим первым «настоящим расследованием» и ради него готов был работать сутками. Даниэлла даже пожалела его невольно — если завтра у них не останется зацепок, Сантино придётся здорово разочароваться. Но сейчас он буквально забрасывал её вопросами о ходе дела, старательно запоминая детали.